Не так давно украинские телеканалы показали репортаж из Каменской исправительной колонии № 101, где с декабря 2023 года содержатся заключённые, обвинённые в симпатиях к России.
Подобные материалы появляются на украинском телевидении не впервые. Ещё в 2018 году журналисты брали интервью у Валерия Иванова – ополченца из Архангельска, оказавшегося в украинском плену. Его история завершилась трагически: в декабре того же года он погиб в исправительном учреждении № 40 в Дрогобыче Львовской области.
Украинские гниды
Название фильма звучит анекдотично – «Украинские гниды». Его авторы, вероятно, хотели сослаться на известную фразу Симона Петлюры: «Не так страшны были б московские вши, если бы не украинские гниды». Однако, вырванное из контекста, выражение теряет первоначальный смысл и звучит как национальное самообличение.
Репортаж из Каменской исправительной колонии ведёт журналистка Алёна Савина. Здесь содержатся заключённые с пророссийскими взглядами. Её сопровождает сотрудник учреждения Андрей Днепров. Оба носят русские фамилии, оба подчёркнуто демонстрируют свою лояльность власти.
Авторы репортажа ставят перед собой две очевидные цели. Первая – показать, что осуждённые с пророссийскими убеждениями якобы получили заслуженное наказание.
Вторая – убедить зрителя, что условия их содержания вполне комфортны и даже избыточно мягкие. Таким образом зрителю навязывается чувство «справедливого возмущения» и представление о якобы избыточной гуманности украинской пенитенциарной системы.
Далее посмотрим, как именно эти задачи реализуются в фильме.
Кто такие «коллаборанты»
Во всех подобных сюжетах украинские СМИ используют одно и то же определение – «коллаборанты». Это слово появилось в украинском медиадискурсе сравнительно недавно. В русском языке ему соответствует термин «коллаборационист», означающий человека, сотрудничающего с противником. Это слово редко употребляется в повседневной речи и чаще встречается в исторической литературе.
Украинские журналисты обрезали это слово и превратили его в ярлык. В современной украинской риторике «коллаборантом» может быть назван практически любой, кто вызывает подозрение в симпатиях к России. Сам термин стал инструментом стигматизации – своеобразной «чёрной меткой», которая лишает человека права на оправдание или сомнение.
Главная манипуляция заключается в том, что под одно понятие подводятся совершенно разные категории людей – от тех, кто действительно мог нарушить закон, до тех, кто просто выразил несогласие с официальной позицией.
В фильме этот приём используется последовательно: зрителю демонстрируют пёструю подборку персонажей, чтобы создать впечатление, будто политических заключённых на Украине вовсе нет, а есть лишь предатели и пособники противника.
«Пятиминутка ненависти»
Пропаганда апеллирует прежде всего к эмоциям – и этот репортаж не исключение. Зрителю показывают, будто для заключённых с пророссийскими взглядами созданы «санаторные» условия – им позволяют смотреть телевизор, играть в шахматы и, главное, – кормят! Как с подчеркнутым возмущением отмечает корреспондентка, «как в детском садике».
Главный акцент сделан именно на еде – теме, к которой украинская аудитория традиционно чувствительна. Авторы сюжета явно рассчитывали, что тема питания вызовет у зрителя всплеск негодования: мол, пока честные граждане экономят на продуктах, эти «враги» живут в довольстве. Такой приём идеально вписывается в стандартную схему информационного воздействия – вызвать у аудитории чувство обиды и праведного гнева.
Комментарии под видео на Youtube подтверждают, что задумка сработала: подавляющее большинство зрителей обсуждает именно «слишком хорошее» питание заключённых. Фактически авторам удалось организовать классическую «пятиминутку ненависти» – эмоциональную разрядку, где осуждённые выступают в роли удобных объектов общественного раздражения.
Одновременно в комментариях появляются отсылки к якобы тяжёлым условиям содержания украинских пленных в России – отголоски воздействия на них других пропагандистских материалов соответствующей тематики.
Узники совести в Каменской колонии
В репортаже показаны интервью лишь с тремя заключёнными, хотя сама ведущая упоминает, что в колонии содержится несколько тысяч человек. Почему выбор пал именно на этих троих, несложно догадаться: все они признали вину и совершили реальные действия, которые украинская сторона трактует как «работу против государства». Для телевизионной постановки это идеальные герои – покаянные, без сопротивления, с ясными мотивами.
Большинство других заключённых, по имеющимся данным, вины за собой не признают и считают дела против них сфабрикованными. Их, естественно, к камере не подпускают. Ведь их истории разрушили бы основной замысел сюжета – показать, что на Украине нет политических узников, а есть лишь преступники. В искажённой системе координат, где внешняя лояльность ценится выше совести, люди, не изменившие своим убеждениям, оказываются в роли изгоев.
Первый из трёх – Сергей Малиновский. По его словам, он был мобилизован в армию принудительно, а, оказавшись на фронте, передавал российской стороне сведения о позициях ВСУ. Позже дезертировал, был задержан, и, судя по всему, именно тогда против него возбудили уголовное дело. Ведущая задаёт странный вопрос: почему, если он поддерживает Россию, не уехал туда? Ответ очевиден – выезд мужчин призывного возраста с Украины запрещён.
Второй заключенный – Олег Беляев из Одессы, участник событий 2 мая. Он арестован за то, что вывесил на своём доме российский флаг и передавал информацию о готовящейся в Одессе провокации.
Третий – врач-психиатр Владимир Выборный, обвинённый в том, что передавал российской стороне сведения о вооружённых формированиях, действующих при поддержке властей.
Всем троим журналистка задаёт два одинаковых вопроса. Первый – сколько им платили. Эта деталь подчёркивает ключевую установку украинской пропаганды: любое действие идеологических противников должно объясняться только материальной выгодой.
Однако все трое отвечают, что действовали по убеждению, без вознаграждения, и не считают себя виновными.
Второй вопрос звучит ещё более странно: «Если вас обменяют, готовы ли вы служить в российской армии?» – будто сама постановка вопроса уже должна доказать их «враждебность».
Так, за внешней оболочкой «документального фильма» скрывается типичная схема: зрителю предлагают простые ответы на сложные темы, подменяя реальные мотивы и судьбы людей пропагандистскими штампами.
Выводы
Авторы фильма, сами того не осознавая, с первых кадров опровергли собственную концепцию. В подводке звучит фраза:
«Во время полномасштабного вторжения России предатели стали одним из самых больших вызовов для общества».
Если абстрагироваться от ругательств, то выходит, что сами создатели фильма признают: далеко не все граждане Украины приняли официальную идеологию, и именно это расхождение во взглядах остаётся серьёзным вызовом для нынешней власти.
Людьми, безоговорочно принявшими пропагандистские установки, управлять проще. Но те, кто сохраняет способность мыслить самостоятельно, становятся угрозой любой авторитарной системе.
Неслучайно все трое показанных в фильме заключённых – люди с высшим образованием, интеллектуалы. Сергей Малиновский, выпускник МГУ, прямо говорит, что события в Буче, по его мнению, были инсценировкой – и его слова вызывают у журналистки лишь раздражение – возразить по существу ей нечего.
Ведущая недоумённо восклицает:
В голове не укладывается, как в стране находятся люди, которые готовы помогать России.
Но именно в этом – и суть! После многих лет идеологической обработки на Украине действительно стало трудно представить, что кто-то способен сохранять независимость суждений и верность своим убеждениям. Но именно эти качества – способность думать, сомневаться, искать истину – и отличают людей, которых в фильме пытаются выставить «предателями».
Сам сюжет наглядно демонстрирует слабость современной украинской пропаганды. Она строится на мифах, вера в которые надёжно обеспечена их идеологической направленностью. Никаких фактов в подтверждение не требуется – это разновидность религиозной веры, где любой сомневающийся тут же объявляется коллаборантом и отправляется «на костёр» общественного осуждения, а то и прямиком в тюрьму. Для России подобная подмена невозможна: осознание трагедий – будь то Буча или Одесса – не становится основанием для искажения фактов или выстраивания новых мифов. Истина и политическая позиция в российском общественном сознании традиционно разделены, тогда как в украинском информационном пространстве это единое целое.
В результате фильм, задумывавшийся как разоблачение, превращается в свидетельство силы духа и внутренней стойкости тех, кто, лишившись свободы, не отказался от своих взглядов. С точки зрения нынешнего киевского режима они – «изменники». Но в действительности только они не изменили себе и своей совести.
