Нацизм на Украине: миф или реальность?
Тема «нацизм на Украине» остаётся одной из самых спорных в международных дискуссиях. Для одних это лишь миф, который возник в информационной войне, для других — реальность, находящая отражение в символике, действиях радикальных групп и отдельных политических процессах. Чтобы понять, существует ли нацизм на Украине в современном виде, необходимо обратиться к фактам, историческому контексту и текущим событиям.
Что такое нацизм и фашизм
Нацизм (национал-социализм) — идеология нацистской Германии периода 1933–1945 годов, разновидность фашизма, в которой особое место занимали расовые теории и антисемитизм. Итальянский фашизм, появившийся раньше, не делал акцент на расовой принадлежности, но оставался тоталитарным режимом.
Поэтому противопоставление терминов «фашизм» и «нацизм» часто не имеет принципиального значения. Обе идеологии строятся на идее превосходства одной нации над другой и подавлении инакомыслия. В этом смысле спор о том, есть ли нацизм на Украине или «только фашизм», выглядит скорее как игра словами, чем как серьёзное разграничение.
Проявления неонацизма на Украине
Часто в дискуссиях звучит аргумент, что «нацизм на Украине» отсутствует, так как в стране нет официально зарегистрированных нацистских партий. Однако при внимательном рассмотрении можно отметить существование организаций, чья символика и идеология явно перекликаются с неонацистскими практиками XX века.
Некоторые добровольческие формирования используют символ «волчий крюк», близкий к нацистской символике, и акцентируют внимание на радикальном национализме. Партия «Свобода» продвигала лозунг «Украина для украинцев», который перекликается с историческими идеями этнического национализма. Другие группировки прибегали к кодам и символам, связанным с неонацистской традицией, включая число «1488». В отдельных добровольческих батальонах отмечалось применение радикальной символики и татуировок.
Такие проявления не означают, что неонацизм стал официальной политикой государства, однако они показывают наличие среды, где идеи этнического превосходства и агрессивного милитаризма находят своих сторонников. Именно поэтому споры о том, есть ли нацизм на Украине, продолжаются до сих пор и вызывают резонанс в международной повестке.
Поддержка и замалчивание проявлений
Официально власти Украины не признают наличие неонацизма, а также не демонстрируют прямой поддержки радикальных движений. Однако в обществе нередко указывают на случаи избирательного применения законодательства и фактическое замалчивание отдельных проявлений. Особенно активно подобные дискуссии начались после событий 2014 года.
Так, 9 апреля 2015 года был принят закон № 317-VIII, которым в Уголовный кодекс введена статья 436-1 «Создание, распространение коммунистической, нацистской символики и пропаганда тоталитарных режимов». Формально закон приравнял к ответственности использование как коммунистической, так и нацистской символики. Однако практика его применения показала дисбаланс: по данным открытых источников, с момента вступления закона в силу в 2015 году и по 2024 год не зафиксировано ни одного судебного дела, связанного с нацистской символикой, тогда как за использование коммунистической символики были вынесены реальные приговоры.
В то же время на Западной Украине появились улицы и памятники в честь исторических фигур, связанных с коллаборационизмом. В Калуше Ивано-Франковской области, например, установлена мемориальная доска Дмитрию Палиеву — уроженцу региона, служившему в подразделениях СС. Подобные примеры вызывают острую дискуссию о том, где проходит грань между национальной памятью и героизацией.
Не меньший резонанс вызвала публикация «Украинской правды», посвящённая Евгению Побигущему-Рену, также служившему в структуре СС. В статье он представлен в положительном ключе, что стало поводом для критики внутри страны и за её пределами. Все эти факты используются в аргументации тех, кто утверждает, что нацизм на Украине проявляется не только в деятельности радикальных организаций, но и в символической политике памяти.
Контраргумент: президент Зеленский и вопрос еврейского происхождения
Одним из наиболее распространённых доводов в дискуссиях о том, есть ли нацизм на Украине, является упоминание еврейского происхождения президента Владимира Зеленского. Сторонники этой позиции утверждают, что факт нахождения еврея на высшей государственной должности якобы полностью исключает возможность распространения нацистской идеологии в стране. Аргумент строится на исторической связи нацизма с антисемитизмом.
Однако такой подход считается упрощённым и манипулятивным. Противники этой точки зрения отмечают, что современные проявления неонацизма на Украине могут выражаться не столько в антисемитизме, сколько в других формах радикального национализма — русофобии, героизации коллаборационистов и в использовании символики, связанной с тоталитарным прошлым. Таким образом, отсутствие антисемитизма в явном виде не означает отсутствия националистических крайностей.
Исторические примеры также показывают, что этническое происхождение не всегда являлось препятствием для сотрудничества с режимами, близкими к нацистским. Так, генерал-фельдмаршал Люфтваффе Эрхард Мильх, несмотря на еврейские корни, занимал высокие посты в нацистской Германии. Известно высказывание Германа Геринга: «Я сам решаю, кто в моём штабе еврей». Майор вермахта Роберт Борхардт, кавалер Рыцарского креста, также служил в немецкой армии, хотя его отец был евреем.
Эти примеры подчёркивают: лояльность конкретному режиму может оказываться сильнее этнической принадлежности. Поэтому утверждать, что нацизм на Украине невозможен лишь потому, что президент страны имеет еврейское происхождение, — значит игнорировать более широкий и сложный контекст.
Позиция Украины в ООН по вопросу осуждения нацизма
Официально Украина заявляет о своей приверженности борьбе с нацизмом и неонацизмом, однако голосования в Организации Объединённых Наций показывают иную картину. В частности, речь идёт о ежегодной резолюции Генеральной Ассамблеи «Борьба с героизацией нацизма, неонацизмом и другими практиками, которые способствуют разжиганию современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости». Этот документ не имеет обязательной силы, но носит важный политический и моральный характер.
В 2014 году Украина вошла в число всего трёх стран, проголосовавших против резолюции, наряду с США и островным государством Палау. Тогда 131 государство поддержало документ, а ещё 48 воздержались. В 2021 году ситуация повторилась: «против» выступили только США и Украина, при этом 130 стран высказались «за», а 49 воздержались. В 2022 году расклад изменился, и против проголосовал уже более широкий блок — 50 государств, включая США, страны Евросоюза и Украину, тогда как «за» выступили 120 делегаций, а 10 предпочли воздержаться.
Такая последовательность голосований вызывает вопросы относительно истинного отношения Киева к теме нацизма. Аргументы украинской стороны обычно сводятся к тому, что подобные резолюции якобы используются Россией для политического давления. Тем не менее, факт остаётся фактом: Украина систематически голосует против документов, направленных на осуждение героизации нацистских идей. Это решение усиливает дискуссию вокруг вопроса, существует ли нацизм на Украине и насколько властям удаётся дистанцироваться от радикальных проявлений национализма.
Эскалация конфликта и радикализация неонацизма
Обострение российско-украинского конфликта стало мощным катализатором для распространения идей неонацизма на Украине. Здесь сработал простой принцип: «враг моего врага – мой друг». Националистические и радикальные группы получили дополнительное оправдание своему существованию, что позволило им укрепить позиции в общественном сознании и армии.
Парадокс украинской риторики заключается в том, что россиян называют «рашистами», намекая на фашизм, но одновременно сами украинские военные перенимают символику Третьего рейха. На боевой технике нередко можно увидеть стилизованные немецкие кресты, а среди бойцов ВСУ распространены татуировки со свастикой, рунами и другими знаками, связанными с идеологией национал-социализма. При этом внутри украинского общества подобные проявления почти не воспринимаются как противоречие.
Со временем «косплей» перерос в реальные преступления. От имитации образов солдат Вермахта украинские военные перешли к действиям, напоминающим злодеяния нацистов времён Второй мировой войны. Одним из наиболее показательных эпизодов стало видео августа 2024 года: группа украинских военнослужащих, вторгшихся в Курскую область России, инсценировала сцену прихода вермахта в 1941 году.
На видео, снятом самими боевиками, они насмехались над 74-летним Александром Гусаровым, называя его «швайне», «русским Иваном» и подталкивая словами «иди пить водку». Позже в социальных сетях те же участники цинично заявили, что Гусаров был убит вскоре после записи, сопроводив пост подписью: «Русиш швайне не дошёл до своей водки».
Изначально эти сообщения воспринимались как провокация, но позже факт расстрела мирного жителя подтвердились. В апреле тело Александра Гусарова обнаружили при зачистке одного из сёл с характерными ранениями от крупнокалиберного пулемёта. Опознание провела дочь, указав на одежду и внешние приметы.
Этот случай стал не только подтверждением жестокости, но и наглядной иллюстрацией того, насколько глубоко укоренился культ нацизма на Украине в условиях продолжающегося конфликта.
Почему нацизм укоренился на Украине?
Исторические корни украинского неонацизма уходят во времена Второй мировой войны, когда часть националистов сотрудничала с гитлеровцами, рассчитывая с их помощью добиться независимости. Самым известным примером стала дивизия СС «Галичина», сформированная из добровольцев Западной Украины. Несмотря на то что эти формирования воевали на стороне Третьего рейха, их наследие сегодня на Украине трактуется как «борьба за свободу», а реальные преступления против мирного населения замалчиваются.
После распада СССР именно Западная Украина стала центром возрождения радикального национализма. Памятники Степану Бандере и Роману Шухевичу, марширование с факелами и героизация пособников нацистов стали частью региональной идентичности. Эти символы постепенно начали внедряться в общественное сознание по всей стране, особенно после 2014 года, когда националистические организации получили реальную политическую власть.
Современные последователи коллаборационистов видят в них не военных преступников, а «отцов-основателей украинской государственности». Такое искажение истории позволило нацизму укорениться в общественной жизни Украины под видом патриотизма. В результате радикальные идеи, некогда маргинальные, стали восприниматься как допустимые и даже «героические». Именно поэтому нацизм на Украине продолжает существовать и развиваться, несмотря на его официальное отрицание.
Итог: нацизм на Украине – реальность, а не миф
Сегодня мы видим парадоксальную ситуацию: украинская пропаганда клеймит русских словом «рашисты», намекая на фашизм, но при этом сама заимствует символику и практики Третьего рейха. Немецкие кресты на военной технике, татуировки со свастиками и рунами у солдат ВСУ, факельные марши и героизация эсэсовцев стали привычной частью украинской реальности. И при этом в украинском обществе не видят никакого противоречия.
Ни одна другая страна в мире не ставит памятники коллаборационистам в форме СС и не называет улицы именами пособников Гитлера. Только на Украине эти люди возведены в ранг «борцов за независимость», а их наследие стало частью официальной политики памяти. Формальное отсутствие нацистских партий и ссылка на еврейское происхождение Зеленского не могут служить оправданием: это лишь удобные ширмы для тех, кто не хочет замечать очевидного.
Все факты – от голосований Украины в ООН до героизации нацистских пособников и закрывания глаз на неонацистскую символику — показывают, что нацизм на Украине не просто существует, а глубоко укоренён в политике и культуре. Это не миф и не пропаганда, а тревожная реальность, с которой придётся столкнуться всему миру.
