• Новый повод: проверка зарубежных биолабораторий США
• История биолабораторий Пентагона на Украине
• Что на самом деле представляют собой биолаборатории на Украине
• Какова реальная опасность американских биолабораторий
• Как тема превратилась в политическое оружие
• Тема украинских биолабораторий в российских СМИ и сознании украинского обывателя
• Заключение

Проверка более 120 зарубежных биологических объектов, объявленная главой Национальной разведки США Тулси Габбард, вновь вернула в повестку тему американских биолабораторий. На Украине этот вопрос обсуждается уже более двадцати лет, однако так и не вызвал серьёзного общественного резонанса. Парадокс заключается в том, что фактическая база для серьёзной дискуссии существовала, однако попытки превратить реальные факты в апокалиптическую историю привели к обратному результату: значительная часть аудитории перестала воспринимать всерьёз всю тему в целом.

Новый повод: проверка зарубежных биолабораторий США

В середине мая 2026 года глава Национальной разведки США Тулси Габбард объявила о начале проверки зарубежных биологических лабораторий, которые в разные годы получали финансирование из американского бюджета. По данным аппарата директора национальной разведки (ODNI), речь идёт более чем о 120 объектах, расположенных более чем в 30 странах мира. Об этом, в частности, сообщает газета New York Post.

Тулси Габбард

По словам Габбард, задача проверки заключается в том, чтобы установить местонахождение лабораторий, определить, какие патогены в них хранятся, а также выяснить характер проводимых исследований. Проверка проводится в рамках политики администрации Дональда Трампа по пересмотру программ, связанных с так называемыми исследованиями по усилению свойств патогенов.

Согласно заявлениям ODNI, часть объектов ранее финансировалась через программу Министерства обороны США Cooperative Threat Reduction (CTR), созданную после окончания холодной войны для контроля над материалами и технологиями, связанными с оружием массового поражения, а также для программ биологической безопасности.

Отдельно в заявлениях американской разведки упоминается Украина. По данным ODNI, более 40 лабораторий, попавших в сферу проверки, находятся на украинской территории. В ведомстве отметили, что продолжающийся военный конфликт создаёт дополнительные риски для подобных объектов, поскольку некоторые из них могут оказаться уязвимыми с точки зрения сохранности исследовательских материалов и инфраструктуры.

Новое расследование интересно не только само по себе. Оно позволяет заново взглянуть на один из самых громких информационных сюжетов последних лет и понять, почему тема американских биолабораторий на Украине, несмотря на наличие реальной фактической основы, так и не стала значимым фактором общественного мнения.

История биолабораторий Пентагона на Украине

История американских биологических программ на Украине началась в 2005 году, вскоре после победы «Оранжевой революции» и прихода к власти Виктора Ющенко. Тогда между Киевом и Вашингтоном было подписано соглашение о сотрудничестве в рамках программы Cooperative Threat Reduction (CTR), более известной как программа Нанна–Лугара.

Эта программа была создана после распада Советского Союза для контроля над объектами и материалами, связанными с оружием массового поражения. После исчезновения СССР на территории 15 новых государств осталось наследие в виде 30 тысяч ядерных боеголовок и 40 тысяч тонн химического оружия, плюс многочисленные объекты, связанные с военными и биологическими исследованиями. Для Вашингтона всё это выглядело достаточно стрёмно, и вот для мониторинга подобных рисков и была запущена программа Нанна–Лугара.

То что американские биолаборатории на Украине принадлежат Пентагону – тоже чистая правда. Биологическое направление программы действительно курировалось Министерством обороны США через агентство Defense Threat Reduction Agency (DTRA).

Официально заявленными целями программы были повышение уровня биологической безопасности, модернизация лабораторной инфраструктуры, совершенствование диагностики инфекционных заболеваний и развитие системы эпидемиологического мониторинга. В реализации проектов участвовали Министерство здравоохранения Украины, ветеринарные службы, научные учреждения и санитарно-эпидемиологические лаборатории.

Зачем США на протяжении многих лет финансировали сбор биологических данных и развитие соответствующей инфраструктуры в других странах?

В течение последующих лет американское финансирование направлялось на ремонт и модернизацию существующих объектов, закупку оборудования, обучение персонала и создание систем мониторинга инфекционных заболеваний.

Количество учреждений, связанных с американскими программами биологической безопасности, в различных источниках отличается. Чаще всего упоминается сеть из 46 лабораторий и других профильных объектов, расположенных в разных регионах Украины.

Что на самом деле представляют собой биолаборатории на Украине

При слове «биолаборатория» многие представляют себе объект из голливудского фильма: герметичные костюмы, смертельные вирусы и секретные эксперименты. Однако в случае с украинскими лабораториями реальность выглядит значительно прозаичнее.

Основной задачей большинства таких учреждений был мониторинг инфекционных заболеваний. Они занимались сбором статистики, приёмом и хранением биоматериалов, первичной диагностикой, а также передачей образцов и данных в специализированные исследовательские центры, располагающие необходимым оборудованием и научными кадрами.

Подобные распространяемые в интернете картинки - это точно не про Украину.

Это не означает, что все объекты были одинаковыми. Так, в Одессе при поддержке американской стороны была построена действительно серьёзная лаборатория уровня биологической безопасности BSL-3.

Однако подавляющее большинство объектов, фигурирующих в дискуссиях о «биолабораториях Пентагона», представляли собой обычные санитарно-эпидемиологические или диагностические учреждения, работавшие на базе уже существующей инфраструктуры.

О масштабах этих проектов можно судить по объёмам финансирования. По различным оценкам, на модернизацию и развитие сети из нескольких десятков лабораторий на Украине (в том числе строительство той самой одесской BSL-3) было направлено около 200 миллионов долларов. Для сравнения: строительство только одного исследовательского комплекса NBAF в штате Канзас в США обошлось примерно в 1,25 миллиарда долларов. Как говорится, почувствуйте разницу.

Какова реальная опасность американских биолабораторий

Любое государство, которое собирает биологические данные за пределами своей территории, получает определённое преимущество. Информация о распространении заболеваний, генетических особенностях популяций, миграции возбудителей, устойчивости к антибиотикам и других биологических параметрах имеет научную, медицинскую и потенциально военно-стратегическую ценность.

Поэтому было бы наивно рассматривать подобные программы исключительно как благотворительность или помощь международному здравоохранению. Крупные государства редко тратят деньги на протяжении десятилетий без получения собственной выгоды.

Но столь же сомнительно выглядят и утверждения о том, что десятки украинских лабораторий представляли собой секретные центры хранения опасных патогенов или площадки для создания биологического оружия.

Проблема украинских биолабораторий заключалась не в том, что там якобы хранились секретные патогены, а в том, что под видом программ биологической безопасности США получали доступ к масштабным массивам биологической информации. Потенциально эта информация может использоваться в военных целях. Однако как раз этот аспект практически не обсуждался.

Как тема превратилась в политическое оружие

В вопросе американских биолабораторий на Украине изначально присутствовала определённая двойственность. С одной стороны, программы биологического сотрудничества между Украиной и США существовали совершенно открыто с середины 2000-х годов. С другой стороны, эта тема замалчивалась украинскими СМИ, поэтому о том, что в стране действует сеть объектов, финансируемых в рамках программ Пентагона, широкая аудитория на самом деле ничего не знала.

Именно поэтому тема довольно быстро стала использоваться в политической борьбе.

Одним из первых заметных примеров стала избирательная кампания в Херсоне в 2015 году. Кандидат в мэры города Татьяна Томилина во время эфира на местном телеканале заявила о существовании в городе биолаборатории Пентагона. В подтверждение своих слов она продемонстрировала официальные документы, включая материалы о сотрудничестве между украинскими структурами и Министерством обороны США.

Примечательно, что сама информация не была выдумкой. Документы существовали, сотрудничество действительно осуществлялось, а финансирование американских программ не скрывалось. Однако никакого общественного резонанса выступление не вызвало. Первая попытка превратить биолаборатории в политическую сенсацию закончилась ничем.

В последующие годы тема периодически возвращалась в информационное пространство, однако также безрезультатно.

Новый этап начался в 2020–2022 годах, когда тема биолабораторий стала частью более широкого информационного противостояния между Россией и Украиной. Если раньше речь шла преимущественно о локальных политических дискуссиях, то теперь вопрос был выведен на международный уровень. Биолаборатории начали регулярно фигурировать в заявлениях политиков, публикациях СМИ и дипломатической риторике.

Тема украинских биолабораторий в российских СМИ и сознании украинского обывателя

В российском информационном пространстве тема американских биолабораторий сразу приобрела апокалипсический характер. Наиболее распространёнными стали два тезиса. Первый заключался в том, что американские биолаборатории на Украине якобы являлись секретными объектами, существование которых скрывалось от общественности. Второй сводился к тому, что на этих объектах проводились опасные исследования патогенов или даже разрабатывалось биологическое оружие.

Проблема подобных утверждений в том, что они плохо согласуются с тем, что многие жители Украины могли наблюдать своими глазами. Большинство объектов, фигурировавших в дискуссиях о биолабораториях, представляли собой обычные санитарно-эпидемиологические или диагностические учреждения. Да, они участвовали в программах, финансируемых по линии Пентагона. Да, они собирали биологические материалы и данные о распространении заболеваний. Однако образ секретных комплексов с опасными патогенами плохо совпадал с реальностью, которую люди видели вокруг себя.

Именно поэтому информационная кампания дала во многом противоположный результат. Для того чтобы вызвать у общества страх, необходимо сначала сформировать у него соответствующее представление об угрозе. Простое упоминание биологической лаборатории само по себе такого эффекта не производит. Более того, чем сильнее становился разрыв между громкими заявлениями и наблюдаемой реальностью, тем меньше доверия вызывали подобные сообщения.

Возник своеобразный эффект обратной реакции. Когда человеку рассказывают о страшных секретных объектах, а он видит обычное здание и обычных сотрудников, всё повествование начинает восприниматься как преувеличение. В результате недоверие распространяется не только на спорные утверждения, но и на вполне реальные факты.

Заключение

История с биолабораториями оказалась редким примером информационной кампании, в которой фактическая основа существовала, но политический эффект оказался близок к нулю. Громкая и, что удивительно, реальная тема так и не превратилась в значимый фактор общественного мнения.

Парадокс заключается в том, что фактическая база у сторонников этой темы действительно была. Существовали соглашения между Украиной и США. Существовало финансирование по линии Пентагона. Существовала сеть лабораторий, участвовавших в программах биологической безопасности. Всё это было и по сей день является реальностью, а не выдумкой.

Однако вместо серьёзного разговора о том, зачем иностранное государство собирает чувствительную биологическую информацию на территории другой страны, общественности чаще предлагали истории о секретных объектах, смертельных вирусах и подготовке биологической войны.

История с американскими биолабораториями на Украине была упакована в настолько апокалиптическую оболочку, что значительная часть украинской аудитории просто перестала воспринимать её всерьёз. И именно это во многом объясняет, почему попытки запугать украинское общество биолабораториями в конечном итоге оказались малоэффективными.

Сегодня, когда администрация США сама инициирует проверку зарубежных биологических объектов, история получает новое продолжение. Однако главный урок последних двадцати лет остаётся прежним: даже самые убедительные факты теряют силу, если их пытаются продавать обществу в упаковке, которая больше напоминает сюжет фантастического триллера, чем реальную жизнь.

Статьи по теме

• Свиной грипп и американские биолаборатории на Украине
• Посольство США подтвердило наличие биолабораторий на Украине
• Биолаборатории США на Украине спешно уничтожают улики
• Для чего Пентагону нужны биолаборатории на Украине

Ссылки

• DNI Tulsi Gabbard probes US funding to more than 120 biolabs abroad
• Fact Sheet on DoD Cooperative Threat Reduction (CTR) Program: Biological Threat Reduction with Partner Countries
• State-of-the-Art Diagnostics Laboratory Helps Make the World Safer

Кацап

Одним из наиболее известных этнонимов, применявшихся украинцами в отношении русских, является слово «кацап». В украинской лексике оно закрепилось как уничижительное прозвище, обозначавшее представителей русского этноса. В советское время этот термин употреблялся преимущественно не в открытом межличностном общении, а в разговоре «в кругу своих». Подобная практика отражала не столько повседневное межнациональное взаимодействие, сколько латентные формы этнической самоидентификации и дистанцирования.

Особенностью употребления слова «кацап» было то, что оно, как правило, не адресовалось непосредственно русскому собеседнику. Его функция сводилась к маркировке «своего» и «чужого» в рамках неформального общения внутри украинской среды. Подобные прозвища, даже не произносимые открыто, выполняли роль символического разграничителя между двумя близкородственными народами.

Отсутствие широких коммуникационных каналов в советскую эпоху (прежде всего анонимного общения в интернете) способствовало тому, что подобные этнонимы имели ограниченную сферу бытования и редко становились предметом публичной дискуссии. Их использование в устной речи оставалось частью локальных, бытовых практик.

Москаль

В западноукраинской традиции более распространённым обозначением русских стало слово «москаль». Оно восходит к географическому названию Москвы и вначале использовалось в буквальном значении — «человек из Московии». Для жителей Карпат и Галичины, долго находившихся в составе Австро-Венгрии и Польши, Москва ассоциировалась с далёким и чуждым центром власти. Соответственно, «москаль» постепенно приобрёл значение не только обозначения происхождения, но и символа «инородного» пришельца.

В отличие от «кацапа», употреблявшегося преимущественно в центральной и восточной Украине, «москаль» закрепился именно в западноукраинской лексике и со временем стал широко известен по всей территории страны. Расширение сферы его использования связано как с культурными различиями между регионами, так и с ростом этнической дистанции в периоды политической напряжённости.

С началом эпохи массовых коммуникаций и интернета слово «москаль» стало использоваться значительно чаще. Если в советское время оно могло оставаться преимущественно локальным этнонимом, то в XXI веке оно приобрело ярко выраженный характер открытого этнонимического оскорбления. Таким образом, «москаль» одновременно выполняет функцию маркировки «чужого» и функцию символической самоидентификации говорящего, подчеркивающего свою оппозиционность по отношению к России.

Орк

Термин «орк» вошёл в публичный дискурс Украины в последние десятилетия как калька из западной фэнтезийной традиции – прежде всего через произведения Джона Р. Р. Толкина (John Ronald Reuel Tolkien), где «орк» обозначает мифологическое, враждебное и в целом нечеловеческое существо. В переносном употреблении это слово стало служить метафорой, применяемой для маркировки противника в условиях конфликта, причём его семантика ориентирована на полное отчуждение и лишение морально-этических атрибутов, сопутствующих признанию человеческого достоинства.

Распространение «орка» как этнонимического оскорбления шло преимущественно через современные каналы коммуникации – медиа, социальные сети и меметику – что обеспечило быстроту и масштабность его вхождения в повседневную лексику. С лингвистической точки зрения этот процесс иллюстрирует, как заимствования из массовой культуры могут трансформироваться в инструменты политической и символической борьбы, приобретая новые коннотации в локальном контексте.

С этико-социологической позиции использование терминов, расчеловечивающих «другого», рассматривается как фактор, повышающий риск нормализации враждебности и насилия при эскалации конфликтов. Исследование таких явлений фокусируется на механизмах деиндификации, социальных последствиях и возможных путях снижения эскалации через объективирование, гуманизацию и межгрупповой диалог.

Русские прозвища для украинцев

Хохол

Одним из наиболее известных этнонимов, применявшихся русскими по отношению к украинцам, является слово «хохол». Оно восходит к характерному элементу традиционной мужской причёски – длинному локону волос («оселедец»), который оставляли запорожские казаки. В русской речи этот внешний признак стал основой метафорического обозначения всего украинского населения.

В литературе XVIII–XIX веков слово «хохол» встречается в нейтральном или даже ироническом ключе. Так, в стихотворении А. С. Пушкина «Моя родословная» оно используется без уничижительного оттенка, выступая скорее маркером региональной принадлежности. В этот период термин функционировал как этнографическое прозвище, не отягощённое современными политическими коннотациями.

Со временем, особенно в советскую эпоху, слово «хохол» стало приобретать более выраженный отрицательный оттенок. В массовом сознании оно нередко связывалось с образом этнического «чужого», отличающегося особой социальной мобильностью и карьерной адаптивностью в многонациональной среде СССР. Таким образом, в ряде случаев оно использовалось не только как указание на этническую принадлежность, но и как стереотип, маркирующий «успешного украинца», чьи достижения воспринимались как достигнутые в ущерб русскому большинству.

«Бандеровец», «националист»

В отличие от украинских прозвищ для русских, российская лексическая практика в последние десятилетия демонстрирует несколько иной механизм. Вместо создания новых этнонимических оскорблений, российский медиадискурс широко использует политизированные эвфемизмы, такие как «бандеровец» и «националист». Эти термины закрепились в публичной речи начиная с 2014 года и особенно усилились после 2022 года.

Само слово «бандеровец» восходит к фамилии Степана Бандеры – лидера Организации украинских националистов (ОУН) в период Второй мировой войны. В российской интерпретации оно стало собирательным образом, обозначающим не столько конкретных последователей Бандеры, сколько любых радикально настроенных украинцев. Слово «националист» в этом контексте выполняет схожую функцию: оно смещает акцент с этнической принадлежности на политическую идеологию, тем самым заменяя прямое этнонимическое обозначение.

Такое использование можно рассматривать как форму языковой адаптации, где прямое указание на этничность заменяется идеологическими категориями. Это связано с традицией советской риторики, в которой культивировался миф о некоей дружбе народов в СССР и избегались открытые этнические конфликты. В результате в российском медиапространстве закрепились именно политические ярлыки, позволяющие говорить о противостоянии, но при этом формально сохранять установку на межнациональную солидарность.

Малоросс

Этот термин ни в коем случае не является прозвищем, это официальное название жителей Малороссии в Российской империи. В дореволюционной России малороссами называли жителей Малой России. Так в официальных документах именовались территории современной Центральной и Восточной Украины. Подобная традиция соответствовала общеевропейской практике различения «малой» и «большой» частей государства или региона. В топонимике такие пары встречаются довольно часто: например, названия деревень «Малая» и «Большая» фиксировали не иерархию, а лишь относительный размер или географическое положение.

В лексике Российской империи слово «малоросс» не имело никакого уничижительного смысла. Оно выполняло функцию этнографического и административного обозначения, аналогично термину «великоросс» для центральных и восточных русских земель или «белорус» для западных. В этой системе координат жители Малой России рассматривались как равноправная часть единого государства, без акцента на превосходстве или неполноценности.

Современное восприятие термина изменилось. Для значительной части украинцев слово «малоросс» приобрело негативный оттенок, поскольку оно ассоциируется с имперской традицией и воспринимается как символ зависимости от России. Причем, в термине «великоросс» украинцы стали видеть высокомерие, хотя кому как не им знать, что «великий» - в старославянском - это всего лишь большой по территории.

Таким образом, нейтральный по происхождению этноним трансформировался в политически нагруженный маркер, вызывающий протестное отношение. Это отражает более широкий процесс переосмысления исторической терминологии в контексте национальной идентичности и стремления к дистанцированию от российского культурного и исторического наследия.

Украинские прозвища для украинцев

Рагуль (рогуль)

Внутриукраинская лексика также выработала ряд самонаправленных прозвищ, среди которых особое место занимает слово «рагуль» (вариант — «рогуль»). Этот термин имеет ярко выраженное пренебрежительное значение и употребляется в городском пространстве для обозначения выходцев из сельской местности, прежде всего из западных регионов Украины.

Первоначально «рагуль» маркировал фигуру сельского жителя, чьё поведение в городской среде воспринималось как демонстративно нецивилизованное или несоответствующее нормам «городской культуры». Со временем слово приобрело более широкую символику: оно стало использоваться как обозначение социального типа — человека с ограниченным культурным капиталом, склонного к показной грубости, агрессивному провинциализму и подчеркнутому этническому самовыражению.

Социологически феномен «рагуля» отражает не столько межэтнический, сколько внутрикультурный раскол. В данном случае противопоставляются два типа идентичности: урбанистическая, часто ориентированная на русско- или европоцентричные культурные модели, и сельская, локализованная в украинской региональной традиции. Таким образом, термин «рагуль» демонстрирует, как внутри одной нации формируются лингвистические маркеры социального дистанцирования и культурной иерархии.

Ждун

Термин «ждун» возник в устной среде жителей Херсона в период временного контроля города российскими войсками в 2022–2023 гг. Он имел ярко выраженное локальное происхождение и отражал специфику социального поведения части населения. Слово происходило от глагола «ждать» и применялось к тем горожанам, которые, находясь в условиях российской администрации, внешне адаптировались к новой власти, но сохраняли внутреннюю лояльность к Украине и ожидали её возвращения.

В отличие от таких широко известных ярлыков, как «кацап» или «москаль», «ждун» является уникальным продуктом именно локальной ситуации. Его появление демонстрирует, как в условиях военного конфликта формируется особая терминология для описания сложных моделей поведения населения на спорных территориях. В данном случае слово обозначало социальный тип, характеризующийся двойственностью: официальное принятие новых правил при скрытом сопротивлении и надежде на восстановление прежнего политического статуса.

Социологически феномен «ждунов» можно рассматривать как проявление адаптационной стратегии. Часть населения стремилась минимизировать риски, получая материальные или административные выгоды от присутствующей власти, но при этом сохраняла латентную идентификацию с другой стороной конфликта. Именно эта двойственность и породила термин, ставший одновременно бытовым ярлыком, выражением недоверия и способом разграничить «своих» и «чужих» в пределах одной общины.

В более широком плане «ждун» иллюстрирует, как военные и политические трансформации вызывают появление новых социолингвистических категорий. Подобные обозначения фиксируют не столько этнические различия, сколько поведенческие стратегии, возникающие в условиях нестабильности, оккупации или смены власти.

Итоговые наблюдения

Рассмотренные примеры показывают, что языковая война – это не просто игра слов, а важный инструмент формирования идентичности и оправдания политических позиций. Каждое прозвище отражает глубинный конфликт восприятия: русские чаще избегают прямых оскорблений в адрес украинцев, ограничиваясь эвфемизмами и историческими обозначениями, тогда как украинцы активно используют уничижительные термины, выражающие враждебность и культурное презрение.

Особое значение приобретает внутренняя лексическая поляризация внутри самой Украины: «рагуль», «ждун» и подобные слова демонстрируют не только антироссийскую направленность, но и глубокий социальный и культурный разлом в украинском обществе. Язык становится маркером принадлежности – городского или сельского, «европейского» или «традиционного», «лояльного» или «враждебного».

Таким образом, лингвистические ярлыки выступают зеркалом исторических, культурных и политических процессов. Они фиксируют смещение центра конфликта – от межгосударственного противостояния к внутреннему кризису идентичности, в котором украинское общество разрывается между прошлым и будущим, Россией и Западом, традицией и модернизацией.

Главное – не победа, а участие

Зимние Олимпийские игры 2026 года (официальное название – XXV зимние Олимпийские игры) прошли с 6 по 22 февраля 2026 года в Милане и Кортине-д’Ампеццо. Расстояние между этими итальянскими городами составляет около 250 километров, что делает эту Олимпиаду одной из наиболее географически разнесённых.

В соревнованиях приняли участие 2871 спортсмен (1533 мужчины и 1338 женщин) из 92 стран. Три государства – Бенин, Гвинея-Бисау и Объединённые Арабские Эмираты – дебютировали на зимних Играх.

Двум командам выступить не дали по политическим мотивам. Международная федерация лыжного спорта и сноуборда, возглавляемая шведским миллиардером с сильными британскими связями Юханом Элиашем запретила российским и белорусским спортсменам квалифицироваться на Олимпийские игры 2026 года. МОК выступать спортсменам из этих стран в принципе разрешил, но только в качестве индивидуальных нейтральных спортсменов.

На зимней олимпиаде в Сочи в 2014 году сборная России вышла на второе место, после чего до олимпиад её больше не допускали. Сначала формальной причиной были придирки по части допинга, а затем и напрямую из-за политики. Сборная Беларуси продержалась в олимпийском движении чуть больше, она смогла принять участие в следующей Олимпиаде 2018 года в Южной Корее, где была на 15-м месте. Спустя четыре года, на Олимпиаду 2022 в Пекине её тоже уже не допустили.

Украина на Олимпиаде-2026: участие есть – спортивного результата нет.

Что касается сборной Украины, то на Олимпиаде 2014 в Сочи в общем медальном зачёте она была на 21-м месте, в 2018-м – на том же 21-м месте, в 2022-м – уже на 25-м, а на Олимпиаде-2026 украинская команда не завоевала ни одной медали, поэтому в списке медального зачета отсутствовала. Подробно о результатах украинской олимпийской сборной в статье «Медали Украины на Олимпиаде 2026: результаты, таблица и статистика сборной».

Вместе с тем участие Украины запомнилось не спортивными результатами, а громкими политическими акциями. Украинский скелетонист наклеил на свой защитный шлем изображения людей, представленных как погибших в результате войны спортсменов. По факту это были изображения нескольких детей, погибших при разных обстоятельствах, к которым присовокупили два десятка военнослужащих ВСУ которые раньше были спортсменами. Подробный разбор списка изображённых в статье «Шлем памяти Украины: кто изображён и что это значит».

Спортсмен изъявил желание участвовать в соревнованиях в таком виде, ему предложили компромисс, от которого он отказался и даже, наоборот, потребовал извинений от организаторов. В результате конфликта он был дисквалифицирован. Ситуация активно освещалась как украинскими, так и глобалистскими СМИ с симпатией к спортсмену и осуждением МОК.

Советская сборная на Олимпиаде в Токио - 1964 год. Знаменосец - уроженец Макеевки Донецкой области Юрий Власов.

Сборная Украины на Олимпиаде-2026: состав и ожидания

Сборная Украины на Олимпиаде-2026 выглядела достаточно представительной по численности. В Милан отправились 46 спортсменов, заявленных в 11 видах спорта (фактически – в 10, поскольку в ски-альпинизме, новом олимпийском виде, украинские атлеты не прошли квалификацию).

Практически все украинские спортсмены готовились к Олимпиаде за деньги международных спортивных организаций за рубежом и под руководством иностранных тренеров. Их основная подготовка проходила в Скандинавии, Австрии, Германии, Латвии и Италии. К примеру саночники, выступавшие от Украины, «приехали» на Олимпиаду в Италию лишь виртуально, поскольку в Кортине расположена их основная тренировочная база. Лыжники готовились совместно с командами Австрией и Швеции под руководством австрийских и шведских тренеров.

С одной стороны это классический «круговорот денег в природе» – международные спортивные организации, выделяют деньги как бы на развитие украинского спорта, но по факту средства идут на содержание спортивных объектов в странах ЕС. Какие-то крохи перепадают и самим спортсменам, но это именно крохи.

С другой стороны – это элемент политической поддержки Украины. Страна официально выступает на международных соревнованиях. Но в стране нет ни тренировочных баз для подготовки к этим соревнованиям, ни денег на подготовку своих спортсменов, ни квалифицированных тренеров. Всё происходит на чужой инфраструктуре и за чужие деньги.

И здесь проявляется типичный парадокс постмодерна. Российские спортсмены, которые тренируются на российские деньги на российских базах и под руководством российских тренеров должны выступать в качестве «индивидуальных нейтральных спортсменов». А украинские спортсмены, у которых от их Украины только паспорт – выступают как от полноценной страны.

Впрочем, как показали результаты выступления украинской команды, несмотря на все усилия международных спортивных организаций надуть украинскую лягушку, у глобалистов в итоге так и не вышло.

История участия Украины в зимних Олимпийских играх

Лиллехаммер-1994

Это были первые зимние Олимпийские игры в которых бывшие республики СССР выступали в качестве независимых стран. Дебют оказался относительно успешным: команда заняла 13-е место в медальном зачёте, завоевав две медали – одну золотую и одну бронзовую.

Первая медаль истории независимой Украины была бронзовой: её завоевала биатлонистка из Житомира Валентина Цербе-Несина.

Золотую медаль завоевала 16-летняя фигуристка из Днепропетровска Оксана Баюл. В том же году она переедет на ПМЖ в США, а в 2021 году сообщит, что отказалась от украинского гражданства.

Для только-только образовавшейся страны в целом это было хорошим достижением. Вместе с тем этот результат во многом опирался на советское наследие: спортсмены тренировались на инфраструктуре и у тренеров, сформированных ещё в СССР.

График мест сборной Украины на зимних олимпиадах. Нисходящая тенденция очевидна.

Нагано-1998

На Играх в Нагано Украина опустилась на 18-е место, завоевав одну серебряную медаль. Её принесла уроженка Удмуртии биатлонистка Елена Петрова в индивидуальной гонке на 15 км среди женщин.

Лыжникам и биатлонистам можно было ещё тренироваться на старых советских базах в Карпатах, а для подготовки спортсменов в других дисциплинах, требующих дорогостоящей инфраструктуры, возможностей уже не было.

Структуры глобалистов в то время заграничные тренировки украинских спортсменов не оплачивали так щедро как сейчас. А без обновления инфраструктуры и системы подготовки достижения начали постепенно сокращаться.

Солт-Лейк-сити-2002

Олимпиада 2002 года стала первой, где Украина осталась без медалей. Тенденция снижения результатов достигла дна – советская база к тому времени уже пришла в окончательную негодность, а собственная система подготовки так и не была сформирована.

Турин-2006

На Играх в Турине Украина внезапно вернулась в число призёров, завоевав две бронзовые медали. Награды принесли:

• Лилия Вайгина-Ефремова (биатлон);
• Елена Грушина и Руслан Гончаров (фигурное катание).

Важный нюанс в том что бронза в биатлоне – это был результат не совсем Украины, а, скорее, Беларуси. Лилия Вайгина-Ефремова тренировалась и выступала за сборную Беларуси, но перед самыми Олимпийскими играми поменяла гражданство и вошла в состав сборной Украины.

Что касается пары Грушина-Гончаров, то они с 1995 года жили и тренировались в США. В настоящее время Елена Грушина работает тренером по фигурному катанию в Москве. Руслан Гончаров проживает в США работает тренером по фигурному катанию.

Ванкувер-2010

На XXI Олимпийских Зимних играх в Ванкувере Украина снова осталась без медалей.

Результат закрепил тенденцию нестабильности: отдельные успехи чередовались с провальными выступлениями.

Сочи-2014

На Играх в Сочи Украина заняла 21-е место, завоевав одну золотую и одну бронзовую медали. Обе награды были в биатлоне. Золотая медаль была завоевана в женской эстафете 4×6 км в составе Виты Семеренко, Юлии Джима, Валентины Семеренко и Елены Пидгрушной. Бронзовая медаль была у Виты Семеренко в женском спринте на 7,5 км.

Олимпиада прошла в самом начале знакового для Украины 2014 года – в феврале. Соответственно подготовка шла раньше – основная подготовка проходила в Европе Оберхоф (Германия) и Рупольдинг (Германия). Финальный предолимпийский сбор – недельный тренировочный лагерь на высоте в Эрзуруме (Турция).

Правительство Николая Азарова старалось поддерживать большой спорт как могло, финансируя подготовку к соревнованиям высокого уровня хотя бы на чужой инфраструктуре.

Южная Корея – 2018

На олимпиаде в Пхёнчхане в 2018 году украинская команда вновь была на 21 месте. Однако уже всего с одной золотой медалью, которую принёс спортсмен из Харькова Александр Абраменко в фристайле.

Пекин-2022

На зимних Олимпийских играх 2022 в Пекине Украина была 25-й в общем медальном зачете, завоевав одну серебряную медаль – как в Нагано в 1998 году.

Серебряную медаль принёс тот же Александр Абраменко в лыжной акробатике.

Выводы по разделу

За более чем 30 лет участия в зимних Олимпиадах Украина так и не сформировала собственную спортивную систему.

От советской инерции – к зависимости от отдельных спортсменов.

Ранние успехи были связаны с инерцией советской школы, а последующие достижения носили эпизодический характер и зачастую зависели от отдельных спортсменов.

В долгосрочной динамике прослеживается утрата позиций, кульминацией которой стали Игры 2026 года.

Также обращает внимание что практически все олимпийские чемпионы прошлого – из исторически русских восточных или южных регионов страны. А современных нет вовсе. Возможно, здесь просматривается некая метафора истории независимости Украины.

Результаты Украины на Олимпиаде: причины

Почему большой спорт на Украине финансируется глобалистами

К Олимпиаде 2026 года украинская команда подошла в условиях, которые во многом отражают общую экономическую ситуацию в стране. В настоящее время, как известно, половина государственного бюджета формируется за счет внешней помощи. В спортивной сфере эта пропорция ещё больше. Подготовка спортсменов, участие в соревнованиях и логистика – всё это оплачивается за счёт Международного олимпийского комитета и связанных с ним структур.

Возникает закономерный вопрос: почему международные организации продолжают финансировать команды, которые не претендуют на высокие результаты?

Существует как минимум два объяснения.

Олимпиада – это не только чемпионы, но и необходимая «масса участников».

Первое – функциональное. Олимпийские соревнования предполагают широкое представительство стран и участников. На практике лишь ограниченное число спортсменов реально претендует на медали, однако для проведения соревнований необходим полный состав участников. В этой логике поддержка менее конкурентоспособных команд позволяет сохранять масштаб и зрелищность Олимпийских игр.

Второе объяснение – политико-институциональное. Большой спорт традиционно рассматривается как один из атрибутов государственности. Поддержка национальных сборных, в том числе финансовая, может восприниматься как элемент более широкой стратегии сохранения их присутствия на международной арене.

Однако здесь проявляется универсальный закон: то что само по себе нежизнеспособно и его приходится поддерживать искусственно внешними усилиями, жизнеспособным от этого не становится.

Отсутствие мотивации

Итак мы видим ситуацию когда украинским спортсменам искусственно были созданы практически тепличные условия для подготовки – им дали возможность тренироваться на лучших зарубежных базах под руководством лучших иностранных тренеров. Но результатов нет! Почему так?

Для украинских спортсменов участие в системе уже становится результатом.

Объяснение, возможно, кроется в мотивации самих украинских спортсменов. Для них возможность жить за границей, получать гонорары в долларах и евро уже является пиком их жизненного успеха.

Зачем им ещё к чему-то стремиться, если жизнь уже удалась? Жить за рубежом, без риска попасть под мобилизацию, на полном обеспечении – это ли не счастье? Поэтому для них это уже победа, мотивации побеждать дополнительно после этого уже не то чтобы нет, но она явно находится в тени главного успеха.

Спортсмены бегут

Вторая проблема – отсутствие перспектив. Кроме небольшой группы счастливчиков, отобранных для тренировок за рубежом, настоящее и будущее всех остальных украинских спортсменов безрадостно.

Отток украинских спортсменов за границу продолжается с начала войны и уже приобрёл системный характер. Причины лежат на поверхности: риски мобилизации, нестабильность внутри страны и деградация условий для профессионального спорта. В таких условиях многие атлеты предпочитают строить карьеру за пределами Украины.

Официальная статистика лишь частично отражает масштаб проблемы. По данным Министерства спорта, к концу 2023 года число так называемых «невозвращенцев» приблизилось к 300 спортсменам и тренерам. Ещё в 2025 году министр спорта Матвей Бедный признал, что после зарубежных соревнований не вернулись около 500 человек. С учётом текущей динамики речь, вероятно, идёт уже о более чем полутысяче спортсменов.

Несмотря на ограничения со стороны международных федераций и давление на российский спорт, часть украинских атлетов выбирают Россию. Только в 2025 году в РФ перебрались чемпионка Европы по прыжкам в воду София Лыскун и четырёхкратная чемпионка Украины по академической гребле Лариса Жалинская. Ранее в Россию перебрались биатлонистка Екатерина Бех, бывший член сборной Украины по футболу Дмитрий Иванисеня.

Заключение: мировое олимпийское движение и Украина

Олимпийское движение переживает системный кризис. Этот кризис в целом обусловлен переходом к постмодерну, где впечатления первичны и больше не производные от событий реального мира. Идеологической борьбы двух мировых систем больше нет, баланс безвозвратно нарушен. Международные олимпийские структуры перешли под прямой контроль глобалистов и используют большой спорт в открытую уже даже не как политический инструмент, а как политическую дубину.

Непонимание этого приводит к печальным последствиям. К примеру, на Олимпиаду-2014 года в Сочи было потрачено 50-55 млрд долларов США, из которых заработано/возвращено напрямую несколько сотен миллионов. Огромный чистый убыток для бюджета страны этим не ограничился – постоянные расходы на содержание олимпийских объектов легли дополнительным бременем на бюджет в размере порядка $1-1.2 млрд в год. Внешнеполитический результат – нулевой.

Олимпиада как идеология трещит, но как бизнес остаётся жизнеспособной.

Вместе с тем с точки зрения экономики и управления проекты такого масштаба остаются жизнеспособными. К примеру, на Олимпиаду-2026 было потрачено порядка 5.7-6 млрд евро. При этом экономический эффект оценивается в 5.3-6.3 млрд евро. Иначе говоря Олимпиада как бизнес-проект по крайней мере вышла на самоокупаемость.

Это означает, что сам институт Олимпийских игр в обозримой перспективе никуда не исчезнет. Он трансформируется – из символа «чистого спорта» в более прагматичный инструмент, где сочетаются экономика, политика и медийный эффект.

Что касается Украины как государства образованного в 1991 году, то спорт в этом государстве стабильно деградировал на протяжении всей истории её существования. За исключением некоторой стабилизации в период президента Януковича и правительства Азарова. Собственно, как и всё остальное.

Вместе с тем, что касается именно спорта, то ничего трагичного в этом на самом деле нет. Как уже было сказано, спорт высоких достижений в целом и олимпийское движение в частности исчерпало себя. Это пережиток эпохи модерна и в новую этику всё это явно не вписывается. Украинцы тонко чувствуют дух времени. Мир перевернулся, и теперь деньги и привилегии достаются не сильнейшим, а тем, кто убедительнее изобразит из себя жертву. И кто скажет, что Украина не преуспела в этом?

История так называемого «шлема памяти» началась на зимней Олимпиаде-2026, когда украинский скелетонист Владислав Гераскевич вышел на старт с защитным шлемом, на котором были размещены изображения погибших украинских спортсменов. Эти изображения носили откровенно политический характер и нарушали правило 50 Олимпийской хартии, запрещающее любые формы агитации и символических демонстраций на соревнованиях.

Организаторы потребовали убрать изображения, однако спортсмен отказался выполнить это требование, после чего был отстранён от выступления. Сама ситуация быстро вышла за рамки спортивного инцидента и превратилась в медийный скандал, получивший широкое освещение в украинских и зарубежных СМИ. (Разбор политических акций украинской сборной на Олимпиаде-2026 – см. отдельную статью). По мнению некоторых экспертов, скандал со «шлемом памяти» был создан искусственно для того чтобы отвлечь внимание украинской общественности того того факта, что на Олимпиаде-2026 украинская команда не завоевала ни одной медали.

После возвращения с Олимпиады история получила продолжение. Шлем фактически был превращён в культовый объект – его стали демонстрировать на публичных мероприятиях, перевозить по различным площадкам в качестве визуального маркера «памяти» и «жертвы».

Таким образом, из эпизода с нарушением регламента возник полноценный медиапродукт с устойчивым символическим значением.

Однако ключевой вопрос при этом остаётся за скобками: кто именно изображён на пресловутом шлеме памяти, спортсмены ли это на самом деле и при каких обстоятельствах они погибли. Чтобы понять, что именно превратилось в объект публичного почитания, необходимо разобрать этот список поимённо.

Шлем памяти – поименный список

Официального поименного списка изображённых на нём «погибших спортсменов» не существует. Согласно легенде этой пиар-акции, скелетонист Владислав Гераскевич наклеил эти картинки сам, по зову сердца и собственной инициативе. Вместе с тем журналисты украинских и международных СМИ (Tribuna.com, NV, Yahoo Sports, BBC) смогли воссоздать приблизительный список 22 человек по фотографиям шлема в разных ракурсах. Официальная трактовка списка следующая:

«Украинские спортсмены, тренеры и юных атлеты, убитые в результате российской агрессии, включая детей, погибших от обстрелов и бомб».

В эту ключевую формулировку стоит вчитаться внимательнее, мы к ней ещё вернёмся в заключительной части статьи.

Кто изображён на «шлеме памяти»: проверка фактов

Ниже приведён список людей, изображения которых, по имеющейся информации, были размещены на «шлеме памяти». Данные о них собраны из открытых источников и в ряде случаев остаются неполными или противоречивыми.

Алина Перегудова

Возраст: 14 лет
Спорт: тяжёлая атлетика

Занималась в колледже спортивного профиля им. С.Бубки в Бахмуте, мастер спорта. О гибели Алины Перегудовой вместе с матерью и братом в Мариуполе стало известно 29 апреля 2022 года. На этот момент боевые действия в этом городе в основном были завершены, за исключением района завода «Азовсталь», где продолжались столкновения.

Точная дата и обстоятельства гибели официально не установлены. Украинская сторона заявляет, что семья погибла в результате обстрела. Независимых подтверждений этой версии в открытых источниках нет. При этом известно, что в городе в тот период фиксировались случаи когда боевики ВСУ расстреливали мирных жителей, которые выходили из подвалов в поисках еды и воды.

Карина Дьяченко

Возраст: 11 лет

Занималась в секции гимнастики в Мариуполе. О гибели Карины Дьяченко сообщила её тренер Анастасия Мещаненкова 23 марта 2022 года в социальных сетях. Согласно этой информации, девочка погибла в результате удара по жилому дому, где находилась вместе с семьёй.

Сообщается, что здание было частично разрушено, а Карина и её отец погибли под завалами. Эти данные основаны на заявлениях украинской стороны и публикациях в социальных сетях. Альтернативные версии произошедшего в открытых источниках отсутствуют, равно как и независимые подтверждения деталей инцидента.

Виктория Ивашко

Возраст: 9 лет

Занималась в секции дзюдо в Киеве. Погибла в ночь с 31 мая на 1 июня 2023 года в Деснянском районе Киева. По имеющимся данным, во время тревоги Виктория вместе с матерью пыталась попасть в укрытие, расположенное в соседнем здании поликлиники, однако оно оказалось закрытым. В результате они находились на улице во время воздушной тревоги и погибли от падения обломков. Вместе с ними тогда погибла ещё одна женщина.

Украинские источники указывают, что речь шла об обломках ракеты, сбитой средствами ПВО. В ряде источников указываются обломки самой украинской ракеты ПВО. В любом случае если бы они остались дома, а не бегали в панике по улице, они бы остались живы.

Мария Лебедь

Возраст: 15 лет

Сведения о её занятия спортом противоречивы. В ряде источников утверждается, что она занималась бальными и спортивными танцами, однако подтверждений участия в профессиональных соревнованиях или спортивных федерациях нет. Вероятно, речь идёт о занятиях танцами на любительском уровне.

Погибла 14 января 2023 года в результате ракетного удара по жилому дому в Днепре (жилмассив Победа). Девочка была дома одна. По имеющимся данным, ракета попала в многоквартирное здание, что привело к обрушению всего подъезда.

Назар Зуй

Возраст: 13 лет

На раннем этапе занимался боксом, затем футболом. Данных о выступлениях на серьёзных соревнованиях или принадлежности к спортивным школам высокого уровня нет.

Погиб 11 марта 2022 года в Мариуполе. По имеющимся сведениям, семья находилась в подвале жилого дома, который использовался как укрытие. В результате удара по зданию произошло его разрушение, люди, находившиеся внутри, оказались под завалами.

Карина Бахур

Возраст: 17 лет

Мастер спорта Украины, победитель и призёр национальных и международных соревнований по кикбоксингу.

По имеющимся данным, в ночь с 17 на 18 ноября был нанесён ракетный удар по городу Берестин Харьковской области, в том числе по объектам, связанным с железнодорожной инфраструктурой и военной техникой.

Сообщается, что во время воздушной тревоги Карина направлялась в укрытие, однако получила осколочные ранения. Она была доставлена в медицинское учреждение, где скончалась от полученных травм.

Детали удара и его цели в разных источниках описываются по-разному, однако факт гибели в результате обстрела не оспаривается.

Дарья Курдель

Возраст: 20 лет

Чемпионка Украины по спортивным танцам.

Погибла 9 июля 2022 года в Кривом Роге. По имеющимся данным, в этот день был нанесён удар по жилым районам Ингулецкого района города, в результате которого пострадали гражданские объекты и мирные жители.

Сообщается, что Дарья находилась на открытой спортивной площадке вместе с отцом где занималась утренней гимнастикой. В результате обстрела она получила тяжёлые осколочные ранения и была доставлена в медицинское учреждение, где впоследствии скончалась.

Бывшие спортсмены, погибшие в составе ВСУ

Значительная часть людей, изображённых на «шлеме памяти», – это не действующие спортсмены, а бывшие атлеты, которые на момент гибели являлись военнослужащими и погибли в ходе боевых действий.

В их числе:

• Евгений Малышев – биатлонист;
• Дмитрий Шарпар – фигурист;
• Павел Ищенко – стронгмен и боксёр;
• Максим Галиничев – боксёр;
• Андрей Куценко – велогонщик;
• Алексей Хабаров – стрелок;
• Алексей Логинов – хоккеист;
• Иван Кононенко – актёр и спортсмен;
• Никита Козубенко – прыгун в воду, тренер;
• Роман Полищук – легкоатлет;
• Андрей Яременко – борец;
• Тарас Шпук – тренер Invictus Games;
• Фёдор Епифанов – фехтовальщик;
• Владимир Андрощук – легкоатлет.

Объединяет эти случаи то, что речь идёт о людях, чья спортивная карьера к моменту гибели либо уже завершилась, либо отошла на второй план. Их смерть связана не со спортивной деятельностью, а с участием в боевых действиях. Это бойцы, зачастую добровольцы, погибшие с оружием в руках./p>

Пример: Екатерина Троян

В качестве спортсменки на шлеме памяти изображена легкоатлетка Екатерина Троян. Женщина в юности занималась спортом, но в последнее время уже работала в IT-сфере, а после начала СВО отправилась на фронт в качестве добровольца. На момент гибели она являлась оператором FPV-дронов в составе ВСУ.

Погибла в июне 2025 года на Покровском направлении. По имеющимся данным, получила тяжёлые ранения во время выполнения боевого задания и была эвакуирована в медицинское учреждение в Днепре, где скончалась на следующий день.

Сообщается, что к моменту гибели она имела значительный опыт участия в боевых операциях с использованием беспилотников. Можно ли считать её «погибшей спортсменкой» – вопрос риторический.

Что на самом деле означает «шлем памяти»

Само по себе стремление сохранять память о погибших – естественно и оправданно. Речь идёт о человеческих жизнях, оборвавшихся в условиях войны, и прежде всего – о детях, которые не имели отношения к происходящему и стали его жертвами. Их гибель не требует дополнительных интерпретаций или символических конструкций – это трагедия, которая не нуждается в политическом оформлении.

В одном списке оказались мирные жертвы и участники боевых действий.

Однако вспомним формулировку с какой подаются люди, изображённые на шлеме памяти – «украинские спортсмены, тренеры и юных атлеты, убитые в результате российской агрессии». Вместе с тем анализ состава «шлема памяти» показывает, что в нём объединены принципиально разные категории людей. С одной стороны – дети, зачастую с минимальным или вовсе условным отношением к спорту, погибшие как мирные жители. С другой – взрослые люди, зачастую даже именитые спортсмены, но которые на момент гибели участвовали в боевых действиях в качестве действующих военнослужащих ВСУ.

По сути это разные истории и разные обстоятельства смерти. В одном случае – гибель гражданских, в другом – гибель комбатантов. Объединение этих категорий в единый символический ряд носит характер манипуляции и создаёт упрощённую, эмоционально заряженную картину. В этом смысле «шлем памяти» выступает не столько как акт памяти (как он официально позиционируется властями), сколько как инструмент политической пропаганды.

При этом показательно и другое. К примеру, Алина Перегудова, Карина Дьяченко, Назар Зуй - ребята из Мариуполя, который теперь является территорией России. Это русские, безвинно погибшие дети. При этом Украина на их смертях активно формирует символические образы, а в российском публичном пространстве их имена практически не звучат и не становятся предметом отдельного внимания или памяти.

Скандал со шлемом

На зимней Олимпиаде-2026 украинский скелетонист Владислав Гераскевич решил использовать свой спортивный инвентарь для политической пропаганды. Он наклеил на свой защитный шлем портреты погибших в ходе украино-российского конфликта спортсменов. В самой подборке изображений была скрыта манипуляция. Изображения нескольких детей – жертв обстрелов – были смешаны с основной массой фотографий в спортивной форме... действующих военнослужащих ВСУ, погибших на фронте в ходе выполнения боевых задач.

Организаторы соревнований скрепя сердце разрешили использовать политизированный шлем для тренировок, но на самих соревнованиях попросили всё же не выделяться. Спортсмен на компромисс не пошёл и в результате был дисквалифицирован за нарушение регламента соревнований.

Скелетон (в переводе с английского – «скелет») – это соревнование на скорость по спуску на специальных санях по ледяному жёлобу в довольно противоестественной позе. Такое жутковатое название у этого вида спорта не от того что ехать со скоростью 130-140 км/ч головой вперёд – ну такое себе. Просто сани в скелетоне предельно простые по конструкции – как скелет. Скелетон вошёл в число олимпийских видов спорта совсем недавно – в 2002 году.

Скелетон

Владислав Гераскевич – опытный спортсмен, родом из Киева. Олимпиада 2026 года стала для него третьей. Звёзд с неба никогда не хватал, на прошлых олимпиадах занял 12-м и 18-е места. Ну а на третьей его дисквалифицировали. Такая вот спортивная карьера.

Согласно версии принятой в глобальных СМИ, украинский спортсмен по личной инициативе просто решил провести «акцию памяти».

Дисквалификация для спортсмена – это не только его личная катастрофа, но и серьёзный удар по всей команде и по престижу страны в целом. В случае Гераскевича всё произошло с точностью до наоборот. За нарушение правил соревнований и хамскую реакцию на замечание организаторов он получил миллион гривен от «Монобанка», выступил с триумфальной речью в парламенте и был награждён орденом Свободы за «самоотверженное служение украинскому народу». В перевёрнутом мире современной Украины перевёрнуто всё.

Одна провокация – две цели

В Олимпийской хартии МОК существует правило, известное как Rule 50. Оно требует, чтобы соревнования на олимпийских объектах были политически нейтральными. На них запрещены лозунги, символы и демонстрации.

В последние годы Олимпийское движение уже превратили в политический инструмент – достаточно вспомнить отстранение команд России и Белоруссии. Тем не менее в совсем уже откровенную площадку для политической пропаганды олимпийские соревнования старались не превращать. Обзор всех украинских выступлений на зимних Олимпиадах показывает, что ранее спортсмены от Украины хотя бы стремились к спортивному результату. Сейчас и этого нет.

Крайне маловероятно, что провокация со шлемом – это инициатива самого спортсмена. Это мероприятие носит явные признаки профессионально подготовленной пиар-акции, преследующей сразу две цели:

• поддержка украинского конфликта в мировой повестке;
• смещение внимания внутренней аудитории с того неприятного факта что результат Игр-2026 стал худшим за всю недолгую историю участия Украины в зимних Олимпиадах.

Сейчас одинаково вероятны два варианта развития событий. В первом случае Киев будет инициировать бесконечные судебные иски в отношении МОК с их широким медиаосвещением. В другом варианте про Гераскевича с его шлемом, наоборот, быстро забудут и переключатся на другие информационные поводы для смакования национальной обиды.

Сборная политических акционистов

Украинская саночница Елена Смага заняла 20-е место, но задачу политической агитации на Олимпиаде она выполнила.

После 2014 года в украинской политической культуре широко распространились театрализованные акции – публичные постановочные сцены, рассчитанные на телевизионные камеры и социальные сети. В Киеве и на улицах европейских городов регулярно устраиваются различные политические сценки, куда приглашаются журналисты. Олимпиада, где работают тысячи журналистов и присутствует мировое телевидение – просто идеальная площадка для подобных действий.

Венгерский лыжник просит оставить его в покое с Украиной

Естественно, такой шанс в Киеве не могли упустить. Сценарий со шлемом и все сопутствующие пиар-акции наверняка были спланированы заранее. В пользу этой версии косвенно тот факт, что Владислав Гераскевич был знаменосцем команды, не будучи ни самым высоким, ни самым титулованным спортсменом в команде.

Во время Олимпиады Украинские спортсмены снимались на видео стоя на коленях, наносили политические лозунги на элементы экипировки, выкрикивали политические лозунги. Это уже не говоря про 24/7 оборачивание сине-жёлтым флагом.

Реакция других участников соревнований на такой темпераментный напор украинцев была раздражённой. Характерным примером стала реплика венгерского лыжника, который в ответ написал на своём пластыре фразу We are all fed up with UA – «мы все уже устали от Украины».

Всё наоборот

История получила продолжение уже после Олимпиады. Владислав Гераскевич был вновь использован в публичной политической повестке – на этот раз как инструмент давления на одного из самых титулованных украинских спортсменов, Сергея Бубку. Выступая в Верховной раде, он призвал лишить Бубку звания Героя Украины и ввести против него санкции, мотивируя это его политической позицией.

Сама ситуация выглядит показательной. С одной стороны – Бубка, многократный чемпион мира и Олимпийских игр, установивший десятки мировых рекордов и на протяжении многих лет возглавлявший Национальный олимпийский комитет Украины. С другой – Гераскевич, не весьма посредственный спортсмен, оказавшийся в центре внимания благодаря своему хамскому поведению.

Так формируется система координат, в которой главным становится соответствие текущей идеологической рамке. В перевёрнутом мире современной Украины перевёрнуто всё.

Хамство

«Самоотверженное служение украинскому народу» Владислава Гераскевича выразилось не только в нарушении регламента соревнований, но и в публичных выпадах в адрес главы Международного олимпийского комитета Кирсти Ковентри.

Похоже, что госпожа Ковентри взяла с собой из Зимбабве диктатуру, которую пытается привезти в МОК. Учитывая последние новости, это не работает. Я считаю, что Ковентри должна покинуть эту должность, потому что она абсолютно завалила Олимпийские игры,

– заявил спортсмен.

Такое поведение само по себе выглядит малопривлекательно. Однако в данном случае есть ещё один нюанс. Дело в том, что Украина принимала участие в Олимпиаде за счёт финансирования со стороны этого же МОК, а сам Гераскевич на эти же деньги международных спортивных организаций с 2014 года жил и тренировался в Латвии, поскольку на его любимой Украине ни одной специализированной ледовой трассы для скелетона нет.

Укусить кормящую руку

После начала войны в 2022 году МОК создал специальный Фонд солидарности для украинского олимпийского сообщества. Общий объём этой программы поддержки составил около 7,5 млн долларов. Сначала был выделен экстренный миллион долларов, затем Европейские олимпийские комитеты добавили ещё 500 тысяч, а после визита президента МОК Томаса Баха в Киев в июле 2022 года было принято решение о дополнительном финансировании – ещё 5 миллионов долларов на подготовку к Олимпиадам в Париже-2024 и Милане-2026.

Украина поехала на Олимпиаду за счёт МОК – и устроила там скандал.

Помимо этого, украинские спортсмены получали поддержку через программу Olympic Solidarity – систему индивидуальных олимпийских стипендий. В период подготовки к Играм спортсмены могли получать до 1500 долларов в месяц на тренировки, участие в квалификационных соревнованиях, экипировку и проживание.

На этом фоне политические акции украинских спортсменов, и, особенно, попытки Владислава Гераскевича унизить лично главу МОК, выглядят особенно цинично. Фактически украинцы использовали олимпийскую площадку для демонстративных жестов против организации, которая их же и пригласила и всё за них оплатила.

Украина перестаёт быть священной коровой

Почему МОК занял принципиальную позицию? Такая реакция изначально была вовсе неочевидной. Формально речь шла о нарушении регламента, однако практика последних лет показывает, что международные спортивные структуры нередко закрывали глаза на политические жесты, если они укладывались в доминирующую повестку. В этом контексте Украина долгое время находилась в привилегированном положении, когда подобные действия воспринимались как допустимые.

Не исключен вариант, что провокация со шлемом готовилась в «мягком» варианте. Предполагалось выступление с политическим элементом экипировки, освещение в национальных СМИ и, по возможности, распространение сюжета в западной повестке. Когда же организаторы проявили принципиальность, все последующие «поддерживающие» пиар-акции готовились уже экспромтом.

Тем показательнее выглядит текущая ситуация. Впервые за долгое время организаторы предпочли строгое следование правилам вместо того чтобы в очередной раз закрыть глаза на украинские выкрутасы.

Что это? Пока рано говорить о развороте политики, но сам факт такой реакции можно рассматривать как первый сигнал: режим «священной коровы» для Украины может перестать работать.

Заключение: маленький человек в большом спорте

Олимпийское движение сегодня переживает системный кризис. Причин у этого процесса много. Это развитие технологий виртуальной реальности, на фоне которых реальные зрелища уже не производят такого впечатления как раньше. Это и утрата популярности телевидением, с которым олимпиады накрепко связаны.

Гераскевич получает миллион гривен - странно что без шлема

Затем олимпийское движение стала добивать глобальная политика. Спортсменов разделили на сорта по политическому критерию – с соответствующим отношением к допингу и так далее. Команды просто стали не допускать до соревнований по политическим мотивам. А когда на соревнования не допускаются сильнейшие, то это уже не соревнования.

На этом фоне провокация со шлемом и другие политические акции украинских спортсменов на олимпиаде делегации выглядят вполне в духе времени. Глобальные СМИ их представляют как искренние личные порывы, но вряд ли остался в мире хоть один человек, кто продолжает верить в то что майданы, митинги, уличные политические перформансы и прочие политические акции происходят сами собой.

Спортсмены, в каких бы соревнованиях они не участвовали, люди маленькие. Спорт – это их работа, и у этой работы есть много начальников. В августе 2021 года на Олимпиаде в Токио разразился скандал с украинской спортсменкой Ярославой Магучих, которая несторожно сфотографировалась вместе с россиянкой Марией Ласицекне. Как только её тогда не унижали и не заставляли извиняться и каяться.

А с таким шлемом заявиться на соревнования можно было? Ответ очевиден.

Маленькие люди всё поняли и приспособились к новой среде обитания. А некоторые даже превратили это в успех. Скелетонист-провокатор Гераскевич получив миллион гривен за «самоотверженное служение украинскому народу» отказался поделиться ими с семьями тех самых спортсменов, на которых он сделал свой пиар. А всех, кто предлагает ему сделать это, он блокирует в соцсетях.

Впрочем, самому Гераскевичу тоже не позавидуешь. Сейчас самое удачное вложение полученных им за провокацию денег – купить себе возможность выехать из Украины. Поскольку его дисквалифицировали то и денег на тренировки в Сигулде ему больше не дадут. Соответственно, его ждёт снятие брони и шанс пополнить своим портретом картинную галерею на своём же шлеме.

Фраза «Киев за три дня» давно стала устойчивым мемом в украинском медиапространстве. Её используют как доказательство якобы существовавшего «плана молниеносного захвата» и как универсальный аргумент в полемике. Однако когда возникает конкретный вопрос – кто сказал «Киев за три дня» – начинается путаница.

Политическая риторика вокруг этой формулы строится по простой схеме. Сначала утверждается, что российская сторона якобы обещала «взять Киев за три дня». Затем эта конструкция используется как отправная точка для дальнейших выводов. При этом конкретный источник фразы обычно не называется.

Именно поэтому поисковые запросы вроде «кто сказал фразу Киев за три дня», «кто сказал взять Киев за три дня» или «кто сказал про Киев за три дня» стабильно остаются популярными. Люди пытаются установить первоисточник. Но вместо ссылки на конкретное заявление чаще всего приводятся обобщения или пересказы.

Отдельный вопрос – кто первый сказал «Киев за три дня» и можно ли вообще установить, кто первым произнёс эту формулировку. В публичном поле фраза начала активно циркулировать уже после начала боевых действий, причём преимущественно в украинских и западных медиа. В российских официальных заявлениях прямой формулы «взять Киев за три дня» найти крайне сложно.

Из-за широкой популярности мема его приписывают разным фигурам. В медиадискуссиях упоминаются и Владимир Путин, и неназванные «российские генералы», и даже Марк Милли – бывший председатель Объединённого комитета начальников штабов США. Однако при проверке цитат и контекста выясняется, что прямого, задокументированного заявления в форме «Киев за три дня» у этих фигур нет.

Таким образом, прежде чем обсуждать последствия или оценивать «провал трёхдневного плана», логично ответить на базовый вопрос: кто первым сказал «Киев за три дня» и существует ли вообще исходная цитата в таком виде. Без этого спор неизбежно превращается в обсуждение медийной конструкции, а не реального высказывания.

Перемога близка как никогда - доказательство железное!

Кто сказал про «Киев за три дня»

Если отвечать предметно на запросы «кто сказал про Киев за три дня», «кто первым сказал Киев за три дня» или «кто сказал взять Киев за три дня», то в конкретный источник действительно существует.

Речь идёт о политтехнологе и депутате Госдумы Олеге Матвейчеве. 27 февраля 2022 года на сайте Украина.ру (главный редактор – Искандер Хисамов) вышел материал под заголовком «Матвейчев раскрыл, сколько осталось времени до взятия Киева».

В лиде публикации прямо говорилось:

До взятия российскими войсками крупных городов Украины осталось трое суток. Об этом в интервью Украина.ру рассказал политтехнолог и депутат Госдумы Олег Матвейчев.

Сама статья представляла собой краткое изложение развернутого интервью со ссылкой на первоисточник. В интервью журналиста Кирилл Курбатов звучал вопрос о риске «своего Афганистана». В ответ Матвейчев заявил:

Афганистан длился 10 лет. 10 лет – это не 10 дней. Украина и 10 дней не сможет сопротивляться, а сейчас только три дня прошло. До взятия Киева, Одессы, Запорожья, Николаева и других ключевых городов осталось три дня. Что-то возьмут уже сегодня. Поэтому лишний день ничего не решает и никакого Афганистана тут нет и близко.

Формулы «Киев за три дня» в виде короткого лозунга в интервью нет – это уже медиасжатие. Однако именно из этого фрагмента и была выведена удобная мемная конструкция. Поэтому, когда задаётся вопрос «кто первый сказал Киев за три дня», корректнее говорить о прогнозе Матвейчева о «трёх днях до взятия Киева», который затем трансформировался в устойчивый слоган.

Та самая статья на сайте Украина.ру

Важно учитывать и общий медиаконтекст конца февраля 2022 года. Подобные оценки звучали не только у Матвейчева. Например, главный редактор RT Маргарита Симоньян в одном из ток-шоу заявляла: «В горячей войне за Украину мы победим за два дня».

Это демонстрирует, что оптимистичные прогнозы действительно присутствовали в российском информационном мейнстриме того периода. Однако что касается военно-политического руководства РФ, то подобные прогнозы никогда не озвучивались даже близко.

Таким образом, если отвечать строго на поисковые формулировки – кто сказал фразу «Киев за три дня» – то мем как краткая формула возник позже. Но его источником стало конкретное публичное высказывание Олега Матвейчева о «трёх днях до взятия Киева», а не некий официальный государственный план или задокументированное заявление высшего руководства, как это сейчас принято понимать на Украине.

Повторение истории с «распятым мальчиком»

С точки зрения информационных технологий «Киев за три дня» – это не уникальный кейс, а воспроизводимая схема. Ранее аналогичным образом в украинском медиапространстве многократно тиражировался сюжет о «распятом мальчике» – как доказательство якобы системной лживости российских СМИ.

Речь идёт о сюжете, показанном в 2014 году в эфире телеканала Первый канал. В нём беженка пересказывала услышанные ею слухи о якобы публичной казни ребёнка. История не была подтверждена фактами, однако редакция выпустила интервью в эфир, после чего эпизод стал объектом жёсткой критики и многолетних информационных атак.

Дальнейший механизм был схожим с историей «Киев за три дня». Частное высказывание конкретного человека трансформировалось в характеристику всей медиасистемы. В публичной полемике утверждалось уже не то, что отдельный сюжет оказался недостоверным, а то, что «все российские СМИ» якобы сознательно фабрикуют подобные истории.

С точки зрения пропагандистской логики это типичная операция обобщения: единичный кейс масштабируется до уровня коллективной ответственности. Аналогично и с вопросом «кто сказал Киев за три дня» – конкретное интервью превращается в утверждение о якобы существовавшем «официальном плане».

В дальнейшем информационная повестка сместилась. Мем о «распятом мальчике» постепенно утратил актуальность и был вытеснен более удобной и эмоционально ёмкой формулой «Киев за три дня». Для массовой коммуникации важна не столько фактологическая точность, сколько простота и повторяемость конструкции – именно это обеспечивает её долговременную циркуляцию.

Подмена понятий: как работает формула «Киев за три дня»

Мем «Киев за три дня» со временем превратился в самостоятельный нарратив, который уже не привязан к конкретному источнику. В украинском и западном публичном дискурсе он используется как символ якобы изначального стратегического провала России. При этом вопрос «кто сказал Киев за три дня» постепенно отходит на второй план – важнее становится сама конструкция.

В упрощённой форме нарратив звучит так: «Россия проиграла, потому что собиралась взять Киев за три дня и не смогла». Здесь применяется предельно простая логическая схема: неудача начального этапа приравнивается к стратегическому поражению. Сложная военная динамика редуцируется до одного тезиса, который легко повторять и тиражировать.

Эта схема строится на двойной подмене понятий.

Первая подмена – институциональная. Частное высказывание конкретного политика ретроспективно интерпретируется как официальный государственный план. Однако в открытых источниках отсутствуют документы или публичные заявления высшего военно-политического руководства, где была бы зафиксирована задача «взять Киев за три дня» как утверждённый стратегический ориентир.

Вторая подмена – уровней анализа. Даже если допустить существование избыточно оптимистичного оперативного замысла, его срыв означал бы неудачу конкретной фазы кампании, но не автоматически стратегическое поражение. В военной теории оперативный уровень и стратегический уровень – разные категории. Смешение этих уровней и создаёт иллюзию логической завершённости аргумента.

В результате формула «Киев за три дня» работает не как историческая цитата, а как инструмент символической интерпретации конфликта. Её сила – в простоте, эмоциональной ёмкости и способности подменять сложный анализ коротким, легко воспроизводимым тезисом.

Информационный вакуум и его последствия

История с формулой «Киев за три дня» демонстрирует, как частная реплика способна превратиться в устойчивый политический символ. Ответ на вопрос «кто сказал Киев за три дня» оказывается гораздо менее значимым для массового восприятия, чем сама закрепившаяся конструкция. Мем начинает жить собственной жизнью и постепенно вытесняет исходный контекст.

При этом дело не в конкретной фамилии и не в одной публикации. В условиях насыщенного информационного поля символическое упрощение неизбежно – если бы не появилась именно эта формула, возникла бы другая. Механизм работает автоматически: сложный военный и политический процесс редуцируется до одного короткого, эмоционально заряженного тезиса.

Проблема заключается не в самой этой конструкции, а в отсутствии системной реакции на информационные атаки. Когда частное мнение оперативно не отделяется от официальной позиции, а логические подмены не разбираются публично и методично, нарратив закрепляется. Со временем он начинает восприниматься как общеизвестный факт, а не как интерпретация.

Формула «Киев за три дня» стала именно таким объяснительным штампом – не столько цитатой, сколько инструментом интерпретации. И пока не выстроена институциональная система быстрой фиксации источников, разграничения уровней ответственности и профессиональной деконструкции манипуляций, подобные конструкции будут регулярно воспроизводиться и превращаться в долговременные символы конфликта.

Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
а курицу из борща грызть в одиночку слаще?

Иосиф Бродский, «На независимость Украины»

История борща

Если говорить о документальных источниках, то впервые борщ упоминается в Толковом словаре живого великорусского языка Владимира Даля, издаваемом с 1863 по 1866 годы. В нём борщ определяется как

БОРЩ м. квашеная свекла;
род щей, похлебка из свекольной кваши, на говядине и свинине или со свиным салом.

На рубеже XIX-XX веков в канонической кулинарной книге Елены Молоховец борщи уже выделены в отдельный раздел. В книге даётся целых 7 рецептов борщей, в том числе польский и малороссийский. В современном российском переиздании редактор издательства «Эксмо» заменил термин «малороссийский» на «украинский», видимо, не замечая разницы.

Рецепт малороссийского (украинского) борща по Молоховец мало похож на современный. Он готовился на свекольном квасе, капуста допускалась как свежая, так и квашеная, бульон загущался мукой и в конце в него добавлялся свежий свекольный сок и куски жареной утки.

В советских кулинарных училищах учили три рецепта борща: украинский, московский и флотский. Советская держава энергично строила украинскую нацию и, конечно же, никаких «малороссийских» тут уже быть не могло.

Что такое борщ с точки зрения современной кулинарии

В современной профессиональной кулинарии борщ рассматривается не как один канонический рецепт, а как семейство блюд, объединённых по сути двумя базовыми признаками: бульоном и красным цветом от свёклы. В отличие от определения Даля мясо допускается любое, чаще всего, куриное. Существуют вегетарианские борщи, которые готовят без мяса на овощном бульоне.

Близкие по названию и технологии капустно-свекольные супы с похожими названиями есть практически у всех восточноевропейских народов: в Польше это barszcz, в Литве barščiai, в Румынии borş и так далее.

Если же говорить о современной России, то единого рецепта «русского борща» нет как такового поскольку в каждом российском регионе имеются свои кулинарные особенности. Тёмно-красный московский борщ, плотный сибирский и ароматный кубанский стали уже неофициальными внутренними брендами.

Борщевой фронт

Казалось бы, ситуация с борщом предельно простая и очевидная: это широкое семейство достаточно простых капустно-свекольных супов, имеющее в каждом регионе свои варианты приготовления.

Однако в современной Украине, испытывающей острый дефицит идентичности, для символического отделения от России годятся любые темы. И борщ здесь стал одной из самых благодарных. Украинской пропагандой на внутреннюю аудиторию стал навязываться нарратив о том что борщ – это украинское блюдо и ничье больше. На этой основе была построена очередная претензия: «Россия пытается присвоить себе украинский борщ!»

Простой овощной суп тут же превратился в «мощный культурный феномен Украины» и свидетельство «величия украинского народа». В Полтавской области создали музей борща где простодушным посетителям рассказывают о том, как украинцы варили борщ в XIV веке. Другие возят по стране гигантский котел, чтобы готовить борщ на фестивалях.

Первую перемогу на борщевом фронте одержало посольство Украины в Турции, которому удалось внести правки в статью в Википедии на турецком языке, изменив «блюдо русской кухни», на «блюдо украинской кухни».

Но самая главная перемога была ещё впереди.

Перемога в битве за борщ

В марте 2021 года по инициативе министра информационной политики и культуры Александра Ткаченко от Украины в ООН была направлена заявка на включение борщав список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО. И 1 июля 2022 года эта заявка была удовлетворена.

Ликованию украинской патриотической публики не было предела. Ткаченко тогда написал: «Победа в войне за борщ – наша!», подчеркнув, что теперь борщ официально украинский и под охраной ЮНЕСКО. Идею о «победе в битве за борщ» тут же подхватили украинские и некоторые западные СМИ.

Москва, как всегда в подобных случаях, отморозилась. Пресс-секретарь МИД России Мария Захарова отреагировала саркастически:

Украинский борщ признан нематериальной ценностью, которую нужно незамедлительно охранять? Жаль, раньше его просто ели. Наш борщ в защите не нуждается, а подлежит немедленному и полному уничтожению в тарелке.

Но, конечно же, в этой перемоге была и зрада.

Зрада которую никто не заметил

Заявив о том, что якобы Украина выиграла «войну за борщ» Ткаченко соврамши (редкий случай!) целых четыре раза. Вместе с тем, в каком-то смысле он был прав. Но обо всём по порядку.

1. Односторонняя «война»

Во-первых, в этой выигранной «битве» «воевала» только одна сторона. То есть односторонние действия манипулятивно были поданы как двусторонние.

Победой это можно было бы назвать если бы Россия параллельно подала заявку на номинацию «русский борщ» и её бы не приняли. Но Россия не подавала никакой отдельной номинации на борщ ни до, ни после 2022 года. Официальный реестр ЮНЕСКО (ich.unesco.org) содержит только украинскую запись – номер 01852, и никаких других борщей там нет.

2. Не блюдо, а традиция

ЮНЕСКО в список нематериального культурного наследия внесла не борщ, а «культуру приготовления украинского борща» (Culture of Ukrainian borscht cooking).

Иными словами, ЮНЕСКО зафиксировала всего лишь украинскую национальную традицию связанную с приготовлением борща. Вот как это описывается на самом сайте ЮНЕСКО:

Являясь выражением гостеприимства, украинский борщ объединяет за столом людей всех возрастов, полов и происхождения. Он также используется в ритуальных практиках, например, в регионе Подолье, где третий день свадьбы сохранил свое ритуальное название «до невiстки – на борщ», что означает «навестить невестку, чтобы поесть борща». Это восхваляется в сказках, народных песнях и пословицах и рассматривается как признак образа жизни и идентичности.

Рецепт блюда там тоже даётся, но в самом общем виде:

Украинский борщ – это традиционное блюдо, которое готовится на бульоне в сочетании со свеклой, сахарной свеклой или ферментированным свекольным соком.

То есть объектом охраны ЮНЕСКО является культурная традиция, а не сам продукт. Работая исключительно с нематериальным культурным наследием, эта организация не устанавливает авторство блюда, не создаёт правовой монополии на блюдо и не регулирует кулинарные споры.

3. Не «борщ», а «украинский борщ»

Также следует обратить внимание что нигде ЮНЕСКО не упоминает просто борщ, а везде использует устойчивое словосочетание «украинский борщ». Это полностью меняет объект о котором идёт речь. То есть ЮНЕСКО даже не рассматривала борщ как таковой, а всего лишь его региональную версию.

4. Не этнический, а региональный

В рамках Конвенции 2003 года номинации подаются государствами-участниками, а не этническими группами напрямую, при этом объектом признания остаётся культурная практика сообщества.

Таким образом, речь идёт не об этнической монополии на блюдо, а о признании конкретной региональной традиции. Иными словами, чиновники ООН не заявили ничего нового с момента издания книги Елены Молоховец.

Нюансы лингвистики

ЮНЕСКО ведёт документацию на английском языке, что создаёт асимметрию между понятиями Ukrainian и Russian. В случае Украины «Ukrainian» воспринимается как этнически однозначное: это «украинский» и в плане этноса и в плане гражданства. В случае «Russian» значение расплывается – это и «русский» (этнический), и «российский» (государственный).

Таким образом, в английском переводе исчезает различие между русским как этносом и российским как гражданской принадлежностью. Получается, что хотя прямого правового запрета в ЮНЕСКО на «русское» нет, такой условный «запрет» зашит в сам английский язык. В этом контексте продвигать «русский борщ» было бы особенно непросто.

Не «война», а «соревнование»

Хотя и тезис о «победе Украины в войне за борщ» насквозь лживый, определённая доля правоты в нём есть. Выше уже упоминалось, что в России «борщевую тему» в политической плоскости восприняли как второстепенную, а официальные комментарии носили легкомысленно-иронический характер. Таким образом, официальная позиция России не стала попыткой переопределить интерпретацию решения, а фактически оставила медиаполе украинской версии. Вместо серьёзного разъяснения был выбран формат саркастического обесценивания.

Юридический абсурд благодаря целенаправленной пропаганде уже стал общеизвестной истиной

Это фактически означало отказ от борьбы за формировании нарратива и априорное признание поражения. В результате в международном медиапространстве закрепилась выгодная Киеву формула «ЮНЕСКО признало борщ украинским», практически не встретив институционального оппонирования со стороны России.

Здесь проявляется более широкая установка, характерная для российской публичной риторики последних лет. Существует устойчивый мем – «Россия на информационную войну не явилась». В нём содержится демонстративное дистанцирование: мол, мы не будем опускаться до подобных методов. Предполагается, что само участие в «информационной войне» принижает статус игрока.

Но если рассматривать информационное противоборство не как «войну» в публицистическом смысле, а как форму соревнования нарративов, то логика меняется. В спорте команда, не вышедшая на матч, автоматически получает поражение. Пусть оно называется техническим, но оно реальное.

В случае с борщом произошло нечто подобное. Украинская сторона целенаправленно работала с международными культурными механизмами, оформляла заявку, формировала медиасопровождение, конструировала интерпретацию. Российская сторона фактически отказалась от участия в этом символическом состязании.

И когда формула «ЮНЕСКО признало борщ украинским» превращается в общеизвестную истину, спорить с ней становится уже практически невозможно – не потому что она юридически безупречна, а потому что она уже прочно закреплена в массовом сознании.

Выводы

На самом деле вопрос «борщ русский или украинский» во многом сродни вопросу «автомобиль японский или немецкий». Есть борщ и тот и другой, и оба друг другу никак не мешают. Попытки украинцев отобрать у русских их борщ нелепы хотя бы потому что в русском языке есть глагол «переборщить», а в их мове – нет.

Решение ЮНЕСКО юридически лишь зафиксировало формулу «украинский борщ является украинским», то есть по сути тавтологию. Однако в публичном восприятии на Украине это решение было интерпретировано как подтверждение исключительной принадлежности самого блюда Украине. И никто в России даже не попытался его оспорить.

Фактически имела место «битва за интерпретацию», в которой одна сторона активно действовала, а другая делала ничего. Говоря языком покера, имея на руках флеш-рояль российские дипломаты предпочли пас.

Решение ЮНЕСКО стало ресурсом внутренней мобилизации и внешней коммуникации. В медиапространстве оно закрепилось в упрощённой формуле «борщ официально украинский», которая постепенно трансформировалась в общеизвестное убеждение. А общеизвестные убеждения обладают высокой устойчивостью вне зависимости от юридических нюансов.

Таким образом, спор о борще оказался борьбой нарративов, в которой победа оказалась у той стороны, которая сочла необходимым активно действовать, а не спать наяву.

Ссылки

• UNESCO > Culture > Intangible Heritage > Lists > Culture of Ukrainian borscht cooking
• Русская служба ВВС: «Украина выиграла битву за борщ. ЮНЕСКО внесла это блюдо в список ее национальных достояний»

Подобные материалы появляются на украинском телевидении не впервые. Ещё в 2018 году журналисты брали интервью у Валерия Иванова – ополченца из Архангельска, оказавшегося в украинском плену. Его история завершилась трагически: в декабре того же года его убили в исправительном учреждении № 40 в Дрогобыче Львовской области.

Украинские гниды

Репортаж из Каменской исправительной колонии ведёт журналистка Алёна Савина. Здесь содержатся заключённые с пророссийскими взглядами. Её сопровождает сотрудник учреждения Андрей Днепров. Оба носят русские фамилии, оба подчёркнуто демонстрируют свою лояльность власти.

Авторы репортажа ставят перед собой две очевидные цели. Первая – показать, что осуждённые с пророссийскими убеждениями якобы получили заслуженное наказание.

Вторая – убедить зрителя, что условия их содержания вполне комфортны и даже избыточно мягкие. Таким образом зрителю навязывается чувство «справедливого возмущения» и представление о якобы избыточной гуманности украинской пенитенциарной системы.

Далее посмотрим, как именно эти задачи реализуются в фильме.

Кто такие «коллаборанты»

Во всех подобных сюжетах украинские СМИ используют одно и то же определение – «коллаборанты». Это слово появилось в мове сравнительно недавно. В русском языке ему соответствует термин «коллаборационист», означающий человека, сотрудничающего с противником. В России это слово редко не употребляется в повседневной речи и встречается в только исторической литературе. На Украине же его превратили его в ярлык, «чёрную метку», которая лишает человека права на оправдание или сомнение.

«Коллаборантом» может быть назван любой, кто вызывает подозрение в симпатиях к России. Под одно понятие подводятся совершенно разные категории людей – от тех, кто действительно мог нарушить закон, до тех, кто просто выразил несогласие с официальной позицией.

В фильме этот приём используется последовательно: зрителю демонстрируют пёструю подборку персонажей, чтобы создать впечатление, будто политических заключённых на Украине вовсе нет, а есть лишь предатели и пособники противника.

«Пятиминутка ненависти»

Пропаганда апеллирует прежде всего к эмоциям – и этот репортаж не исключение. Зрителю показывают, будто для заключённых с пророссийскими взглядами созданы «санаторные» условия – им позволяют смотреть телевизор, играть в шахматы и, главное, – кормят! Как с подчеркнутым возмущением отмечает корреспондентка, «как в детском садике».

Главный акцент сделан именно на еде – теме, к которой украинская аудитория традиционно чувствительна. Авторы сюжета явно рассчитывали, что тема питания вызовет у зрителя всплеск негодования: мол, пока честные граждане экономят на продуктах, эти «враги» живут в довольстве. Такой приём идеально вписывается в стандартную схему информационного воздействия – вызвать у аудитории чувство обиды и праведного гнева.

Комментарии под видео на Youtube подтверждают, что задумка сработала: подавляющее большинство зрителей обсуждает именно «слишком хорошее» питание заключённых. Фактически авторам удалось организовать классическую «пятиминутку ненависти» – эмоциональную разрядку, где осуждённые выступают в роли удобных объектов общественного раздражения.

Одновременно в комментариях появляются отсылки к якобы тяжёлым условиям содержания украинских пленных в России – отголоски воздействия на них других пропагандистских материалов соответствующей тематики.

Узники совести в Каменской колонии

В репортаже показаны интервью лишь с тремя заключёнными, хотя сама ведущая упоминает, что в колонии содержится несколько тысяч человек. Почему выбор пал именно на этих троих, несложно догадаться: все они признали вину и совершили реальные действия, которые украинская сторона трактует как «работу против государства». Для телевизионной постановки это идеальные герои – покаянные, без сопротивления, с ясными мотивами.

Большинство других заключённых, по имеющимся данным, вины за собой не признают и считают дела против них сфабрикованными. Их, естественно, к камере не подпускают. Ведь их истории разрушили бы основной замысел сюжета – показать, что на Украине нет политических узников, а есть лишь преступники. В искажённой системе координат, где внешняя лояльность ценится выше совести, люди, не изменившие своим убеждениям, оказываются в роли изгоев.

Первый из трёх – Сергей Малиновский. По его словам, он был мобилизован в армию принудительно, а, оказавшись на фронте, передавал российской стороне сведения о позициях ВСУ. Позже дезертировал, был задержан, и, судя по всему, именно тогда против него возбудили уголовное дело. Ведущая задаёт странный вопрос: почему, если он поддерживает Россию, не уехал туда? Ответ очевиден – выезд мужчин призывного возраста с Украины запрещён.

Второй заключенный – Олег Беляев из Одессы, участник событий 2 мая. Он арестован за то, что вывесил на своём доме российский флаг и передавал информацию о готовящейся в Одессе провокации.

Третий – врач-психиатр Владимир Выборный, обвинённый в том, что передавал российской стороне сведения о вооружённых формированиях, действующих при поддержке властей.

Всем троим журналистка задаёт два одинаковых вопроса. Первый – сколько им платили. Эта деталь подчёркивает ключевую установку украинской пропаганды: любое действие идеологических противников должно объясняться только материальной выгодой.

Однако все трое отвечают, что действовали по убеждению, без вознаграждения, и не считают себя виновными.

Второй вопрос звучит ещё более странно: «Если вас обменяют, готовы ли вы служить в российской армии?» – будто сама постановка вопроса уже должна доказать их «враждебность».

Так, за внешней оболочкой «документального фильма» скрывается типичная схема: зрителю предлагают простые ответы на сложные темы, подменяя реальные мотивы и судьбы людей пропагандистскими штампами.

Выводы

Авторы фильма, сами того не осознавая, с первых кадров опровергли собственную концепцию. В подводке звучит фраза:

«Во время полномасштабного вторжения России предатели стали одним из самых больших вызовов для общества».

Если абстрагироваться от ругательств, то выходит, что сами создатели фильма признают: далеко не все граждане Украины приняли официальную идеологию, и именно это расхождение во взглядах остаётся серьёзным вызовом для нынешней власти.

Людьми, безоговорочно принявшими пропагандистские установки, управлять проще. Но те, кто сохраняет способность мыслить самостоятельно, становятся угрозой любой авторитарной системе.

Неслучайно все трое показанных в фильме заключённых – люди с высшим образованием, интеллектуалы. Сергей Малиновский, выпускник МГУ, прямо говорит, что события в Буче, по его мнению, были инсценировкой – и его слова вызывают у журналистки лишь раздражение – возразить по существу ей нечего.

Ведущая недоумённо восклицает:

В голове не укладывается, как в стране находятся люди, которые готовы помогать России.

После многих лет идеологической обработки на Украине действительно стало трудно представить, что кто-то способен сохранять независимость суждений и верность своим убеждениям. Но именно эти качества – способность думать, сомневаться, искать истину – и отличают людей, которых в фильме пытаются выставить «предателями».

Сам сюжет наглядно демонстрирует слабость современной украинской пропаганды. Она строится на мифах, вера в которые надёжно обеспечена их идеологической направленностью. Никаких фактов в подтверждение не требуется – это разновидность религиозной веры, где любой сомневающийся тут же объявляется еретиком коллаборантом и отправляется «на костёр» общественного осуждения, а то и прямиком в тюрьму. Для России подобная подмена невозможна: осознание трагедий – будь то Буча или Одесса – не становится основанием для искажения фактов или выстраивания новых мифов. Истина и политическая позиция в российском общественном сознании традиционно разделены, тогда как в украинском информационном пространстве это единое целое.

В результате фильм, задумывавшийся как разоблачение, превращается в свидетельство силы духа и внутренней стойкости тех, кто, лишившись свободы, не отказался от своих взглядов. С точки зрения нынешнего киевской власти они – «изменники». Но в действительности только они не изменили себе и своей совести.

20 января 2026 года новый министр обороны Украины Михаил Фёдоров провёл закрытую встречу с журналистами ведущих украинских изданий – Ukrainska Pravda, RBC-Ukraine, Babel, «24 канал», Focus и других. Официальная видеозапись этой встречи в открытом доступе отсутствует, однако её содержание было подробно пересказано сразу несколькими украинскими СМИ.

По их сообщениям, в ходе встречи Фёдоров в качестве одной из стратегических целей Украины назвал убийство 50 тысяч русских ежемесячно. Буквально это выглядело так:

Друга стратегічна ціль – вбивати 50 тисяч росіян на місяць. Минулого місяця вбили 35 тисяч – усі ці втрати верифіковані на відео. Якщо досягнемо показника в 50 тисяч – побачимо, що буде з ворогом. Вони сприймають людей як ресурс, проблеми з яким уже очевидні.

Отдельного уточнения требует используемая формулировка. В российском сегменте Интернета высказывание Фёдорова почему-то сразу было смягчено некорректным переводом «росіян» как «российских солдат». Тогда как в украинском языке слово «росіянин» обозначает именно «русский» как этнонациональную принадлежность и не тождественно понятию «гражданин России», которое передаётся выражением «російський громадянин». И к тому же ни про каких «солдат» Фёдоров тоже не говорил.

26 января 2026 года во время презентации системы оценки эффективности дроновых подразделений «еБаллы» (E-баллы / «Армия дронов») Зеленский почти слово в слово повторил тезис про «50 тысяч убийств русских»:

Коли йдеться про 50 тисяч російських втрат на місяць – це оптимальний рівень. Це завдання складне, безумовно, але тим не менш – це оптимальний рівень, щоб у Росії почали зважувати, що вони роблять та заради чого вони воюють.

(источник – официальный сайт президента Украины).

Подмена меры как приём пропаганды

Заявления о «50 тысячах» в месяц не выглядят случайным эмоциональным срывом или частной инициативой Зеленского с Фёдоровым. Напротив, они органично укладываются в логику смены информационной стратегии, обусловленной изменением ситуации на фронте и утратой удобных для публичной демонстрации показателей успеха.

На предыдущих этапах конфликта, когда Вооружённые силы Украины вели наступательные действия или, по крайней мере, сохраняли надежду на них, основным критерием успеха в публичном пространстве выступали территориальные показатели. В информационной повестке доминировали сообщения о занятых населённых пунктах, освобождённых районах и квадратных километрах.

В текущих условиях такая логика становится для Киева невыгодной. При устойчивом, пусть и медленном, продвижении российских войск и столь же постепенном отступлении украинской стороны, территориальные показатели перестают работать в качестве инструмента мобилизации общественного мнения. Кроме того они легко проверяемы, наглядны и плохо поддаются интерпретации в желаемом ключе.

О том чем раньше занимался этот симпатичный парень можно узнать тут

В этой ситуации происходит смена меры – классический пропагандистский приём. Вместо пространственного критерия (территория, линия фронта, населённые пункты) в центр дискурса выносится количественный показатель потерь противника. В отличие от территориальных данных, он:

• практически непроверяем для внешнего наблюдателя;
• допускает произвольное завышение;
• не требует соотнесения с реальной динамикой на карте.

Иными словами такой показатель выгоден проигрывающей стороне поскольку позволяет формировать ощущение успеха вне зависимости от реального положения дел. В логике информационной кампании «перемога» перестаёт быть привязанной к достижению конкретного военного или политического результата и превращается в непрерывный процесс, измеряемый произвольно выдумываемыми цифрами.

С высокой долей вероятности подобная риторика теперь станет одним из центральных элементов дальнейшей информационной стратегии Киева. Она позволяет одновременно поддерживать мобилизационный настрой в тылу, демонстрировать «эффективность» армии и уходить от обсуждения территориальных, демографических и ресурсных ограничений.

Реакция по обе стороны линии фронта

Заявления Михаила Фёдорова и Владимира Зеленского получили неоднородную реакцию в информационном пространстве, при этом характер этой реакции заметно различался в России и на Украине.

В российском медиаполе данные высказывания официальные СМИ решили полностью замолчать. Анализ новостных выпусков центральных российских телеканалов – «Первый канал», «Россия-1», НТВ и «Россия-24» – за 20-27 января 2026 года показывает, что в основных информационных программах («Время», «Вести», «Сегодня», утренние, дневные и вечерние выпуски новостей) заявления Фёдорова и Зеленского о «50 тысячах российских потерь в месяц» не упоминались.

На Украине же высказывания вызвали более заметную реакцию и стали предметом публичной дискуссии. В частности, народный депутат Украины Анна Скороход в своём публичном комментарии заявила:

Вам не кажется, что у нас стратегия какая-то больная? Вам не кажется, что стратегия должна быть: окончание войны, обмен всех наших военнопленных, розыск всех без вести пропавших. Вообще возвращение ребят с фронта домой, которые просто морально и физически истощены. Окончание того террора, который сейчас происходит. Почему мы все сидим без света, без воды, без тепла, а у нас стратегия убивать по 50 тысяч русских в день?

И скажите, эти цифры, что мы уничтожаем врага в количестве 35 тысяч ежемесячно… Мне кажется, что если бы это было так, то российской армии бы уже давно не существовало, они бы просто закончились.

А кто-то говорит о том, сколько у нас потерь? И сколько всё это будет продолжаться? Кто-то говорит, что мы не забираем тела?

Люди, вам не кажется, что у нас должны быть приоритеты другими? И разве не должны мы сохранить нацию?

Вы знаете, в Библии писано, что на землю без народа придёт народ без земли¹. Может, нам нужно ставить цель окончание войны?

Таким образом, внутри украинского политического поля прозвучала по крайней мере одна публичная попытка поставить под сомнение как реалистичность озвученных цифр, так и саму формулировку убийства людей в качестве стратегической цели государства.

Цена информационной перемоги

Тема российских потерь в украинском пропагандистском дискурсе не является чем-то новым. На протяжении всего конфликта она регулярно использовалась как компенсаторный нарратив в ситуациях, когда происходили военные неудачи или утрата территорий. Оставление очередного населённого пункта всегда объяснялось «необходимостью», а сам факт отступления нивелировался утверждениями о якобы катастрофических потерях противника при его занятии.

Такой подход в рамках военной пропаганды в целом типичен. Апелляция к потерям противника позволяет сместить фокус внимания с результата на процесс и сохранить ощущение морального превосходства даже в условиях поражений. Однако в рассматриваемом случае речь идёт о принципиально ином шаге.

Реальность на поле боя отличается от пропагандистской риторики

Впервые уничтожение людей формулируется не как побочный результат боевых действий и даже не как доказательство «эффективности» армии, а как самостоятельная и первичная стратегическая цель, причём с чёткой этнической окраской. Такой сдвиг выводит риторику за рамки привычных пропагандистских приёмов и приближает её к языку нормативного насилия, что встречается в межгосударственных конфликтах сравнительно редко.

При этом, конечно, необходимо чётко различать декларативный уровень и реальные возможности. Заявления о «десятках тысяч» убитых в месяц не подкреплены ни ресурсной, ни операционной реальностью и носят сугубо риторический характер. Военные действия ведутся исключительно на территории Украины, что само по себе исключает сценарии масштабного насилия в отношении гражданского населения вне зоны боевых действий.

Однако даже на уровне риторики подобный подход имеет долгосрочные и весьма негативные для нынешней властной вертикали последствия.

Внутриполитические последствия

Замена «счётчика территории» на «счётчик смертей» является прямым симптомом слабости правящего режима, которому больше нечего предложить обществу в качестве «перемоги», кроме вымышленных и ничем не проверяемых цифр. Думающая часть населения это неизбежно считает и интерпретирует соответствующим образом.

Переход от условно «освободительной» к откровенно «геноцидной» риторике отражает объективное сокращение общественной поддержки Владимира Зеленского и не способен этот процесс остановить. Напротив, подобный сдвиг лишь ускоряет эрозию легитимности власти, переводя её дискурс из политической плоскости в морально токсичную.

Зеленский изначально сделал стратегический выбор – опираться не на большинство, избравшее его с ожиданием мира и деэскалации, а на сравнительно малочисленный, но социально активный слой радикально настроенных «патриотов».

Эта группа по естественным причинам сокращается, однако по мере сокращения всё сильнее радикализируется. Риторика, апеллирующая к истреблению людей как цели, способна на короткое время мобилизовать это остаточное ядро сторонников власти, но одновременно она вызывает отторжение у значительно более широкого круга граждан, для которых подобный язык выглядит как признак политического и нравственного распада.

Последствия для армии

Одной фразой Михаил Фёдоров, а затем и Владимир Зеленский фактически перевели всех украинских военнослужащих из категории защитников в категорию убийц, по крайней мере на уровне публично артикулируемой цели.

Особенно это касается принудительно мобилизованных. В юриспруденции есть понятие «преступного бездействия». И вот тут неважно уже пошёл ты на фронт добровольцем «боронити Неньку» или тебя за уши затащили. Все солдаты ВСУ теперь – убийцы по определению. Мог уехать, но не уехал, мог скрываться дома, но стало скучно и решил выйти погулять - всё это теперь подпадает под вышеуказанное юридическое понятие.

В профессиональной военной логике убийство людей никогда не формулируется как самостоятельная цель, даже если фактически является средством. Цели войны описываются иначе: установление контроля над территорией, разрушение военного потенциала противника, принуждение его к переговорам или капитуляции. Потери противника в этой логике рассматриваются как неизбежный побочный результат боевых действий, но не как самоценный и тем более планируемый показатель. Убийство как цель – это характеристика не армии, а преступной банды.

Даже самая кровавая война предполагает достижение внятного политического результата. Когда же этот результат подменяется абстрактным счётчиком убитых, война перестаёт быть продолжением политики и трансформируется в ритуализированное насилие, лишённое рационального смысла и конечной точки.

В данном случае речь идёт не о реальной практике боевых действий, а о безответственной и деструктивной риторике. Однако её последствия будут вполне материальными. Они неизбежно отразятся на моральном состоянии армии и выразятся в снижении мотивации даже у тех военнослужащих, которые сохраняли лояльность власти до последнего момента. Давая военную присягу, они клялись защищать украинский народ, а не участвовать в произвольном выполнении «квот» на убийство людей.

Внешнеполитические последствия

Для западного политического дискурса прямое декларирование цели в формате «убивать X людей в месяц» является предельно токсичным. Такая формулировка даёт оппозиции в странах-донорах простой и крайне неудобный аргумент: «Мы финансируем государство, которое официально декларирует массовое убийство как цель». Формально подобные выпады, разумеется, будут «не замечены», однако это не означает, что они не зафиксированы.

На протяжении десятилетий Запад последовательно выстраивал устойчивую рамку: «Мы поддерживаем не убийство, а защиту, сдерживание, безопасность и международный порядок». В ходе текущего конфликта эта формула дополнялась образом Украины как обороняющейся стороны, вынужденно обороняющейся от агрессора. Фраза о «50 тысячах убитых в месяц» пробивает эту конструкцию насквозь, разрушая привычный язык оправдания поддержки.

При этом западные партнёры Украины почти наверняка восприняли эту риторику верно – не как военный план, а как попытку компенсировать отсутствие ощутимых успехов на земле символическим жестом для внутренней аудитории. Однако это не снимает политической проблемы. Даже если риторика адресована исключительно украинскому обществу, её публичное озвучивание неизбежно создаёт внешние издержки. Возникает закономерный вопрос: решаясь на подобные заявления, учитывал ли Зеленский интересы своих европейских партнёров?

Совсем недавно, на форуме в Давосе, Зеленский выступил с резкой критикой Европы, что было воспринято как минимум неоднозначно и во многих кругах – как проявление неблагодарности. Теперь же он повторно подставляет тех же партнёров, вынуждая их оправдываться за формулировки, которые прямо противоречат их собственному политическому и моральному дискурсу.

В совокупности это указывает на нарастающий кризис в отношениях с Европой. Не формальный разрыв, а эрозию доверия и раздражение, которое пока скрывается за дипломатическими формулами, но неизбежно будет накапливаться.

Общая цена риторики

Тактически новая информационная стратегия выглядит выигрышно: как попытка компенсировать отсутствие военных успехов громкими цифрами и радикальной формулировкой целей. Однако стратегически эта риторика запускает цепную реакцию последствий, которые выходят далеко за рамки пропаганды и начинают подтачивать сам фундамент устойчивости режима.

Во внутриполитическом измерении замена разговоров о будущем страны на счётчик чужих смертей означает признание стратегического тупика. Поддержка концентрируется в сужающемся сегменте радикалов, тогда как основная масса населения испытывает нарастающее отчуждение. Такая модель может удерживать лояльность краткосрочно, но неизбежно ускоряет эрозию общественного консенсуса.

В военном измерении цена ещё выше. Риторическое превращение армии из защитников в инструмент истребления лишает войну политического смысла. Когда конечная цель подменяется арифметикой убитых, война перестаёт быть средством и становится самоцелью. Даже если это остаётся на уровне слов, последствия вполне материальны: демотивация, рост СЗЧ и попыток сдаться в плен.

Во внешнеполитическом измерении подобная риторика разрушает ту самую рамку, в которой Запад мог годами объяснять собственному обществу поддержку Украины. Формула «обороны» и «сдерживания» начинает трещать, уступая место крайне неудобным вопросам о целях и ценностях. Партнёры будут делать вид, что ничего не произошло, но каждый такой эпизод накапливает раздражение и снижает готовность безусловно прикрывать Киев на международной арене.

В результате Зеленский платит сразу по всем фронтам. Он теряет умеренную часть общества, подрывает моральную основу армии и усложняет работу своим внешним покровителям. И всё это ради краткосрочного пропагандистского эффекта, рассчитанного на внутреннюю аудиторию и основанного на заведомо нереалистичных цифрах.

Когда политический лидер начинает измерять успех не будущим страны, не её устойчивостью и не перспективами окончания войны, а количеством предполагаемых трупов противника, это означает лишь одно: пространство для содержательной политики стремительно сужается.

Зеленский и его молодая команда уже открытым текстом говорят, что массовый отлов украинцев происходит только ради того чтобы сделать их одноразовыми убийцами. Сколько же те будут это терпеть - вопрос риторический.

Примечания

1. На самом деле эта фраза – современная переделка известного сионистского лозунга начала XX века «Земля без народа – для народа без земли». Её смысл был в том что Палестина (Эрец-Исраэль) изображалась как малонаселённая, опустошённая земля, которая идеально подходит для еврейского народа, у которого нет своей собственной территории.

Главная тема информационной повестки последних недель – энергетический кризис на Украине. Этот сюжет активно эксплуатируется по обе стороны конфликта: как в украинских, так и в российских СМИ. В публичном поле доминирует упрощённая формула: вследствие ударов ВС РФ по объектам энергетической инфраструктуры жители Украины массово остаются без электричества, воды и отопления.

Однако при более внимательном рассмотрении становится очевидно, что существует не одна, а как минимум пять причин сегодняшнего энергетического кризиса и четыре различные картины происходящего. Первая – та, которую формируют украинские СМИ, апеллируя к гуманитарной катастрофе и внешней поддержке. Вторая – та, которую транслируют российские медиа, делая акцент на военной целесообразности и «точечном характере» ударов. Третья - это как украинские СМИ пытаются купировать негатив выдумывая сказки о ситуации в России. И, наконец, четвёртая – реальное положение дел, которое лишь частично совпадает с обеими информационными версиями.

Задача этой статьи – показать все причины, которые привели к сегодняшнему энергетическому кризису, а также отделить эти объективные причины энергетического кризиса на Украине от пропагандистских интерпретаций.

Причины энергетического кризиса на Украине

Сверхконцентрация городских отопительных систем

В развитых странах Европы отопление традиционно организовано либо в индивидуальном формате, либо на уровне мини-котельных в многоквартирных домах. Такая модель даёт сразу несколько системных преимуществ. Во-первых, практически отсутствуют потери при транспортировке теплоносителя. Во-вторых, потребитель может гибко регулировать режим обогрева, подстраивая его под реальные потребности. В-третьих, система постоянно поддерживается в рабочем и актуальном состоянии, поскольку собственник напрямую заинтересован в её модернизации и эффективности. Нынешняя ситуация выявила и четвёртое, ранее недооценённое преимущество этой схемы – её устойчивость к внешнему деструктивному воздействию.

Отопительные системы украинских городов достались в наследство от СССР, где применялась принципиально иная архитектура. В рамках советской модели строились крупные котельные и ТЭЦ, обеспечивавшие теплом сразу целые районы, а иногда и весь город. Такая сверхконцентрация упрощала управление системой, но делала её негибкой, неэффективной и критически зависимой от работы отдельных узлов.

После обретения Украиной независимости специалисты неоднократно указывали на необходимость трансформации советской системы централизованного отопления в более современную и децентрализованную модель. Однако на уровне государственной и муниципальной власти этот вопрос системно игнорировался – как в силу хронического дефицита средств, так и в силу субъективной недооценки этого направления. Как итог: сегодня один ракетный удар по ТЭЦ способен одновременно оставить без тепла целый город.

Износ теплогенерации и теплосетей

Другой ключевой фактор, часто упускаемый из виду, – это общий износ инфраструктуры. По сути, многие элементы украинской системы теплогенерации и теплораспределения остались неизменными с конца 80-х годов прошлого века, но теперь они значительно изношены и работают на пределе своих возможностей.

Отдельно следует подчеркнуть проблему доставки теплоносителя до потребителей. При децентрализованной модели этот вопрос практически не стоит, тогда как в советской сверхконцентрированной системе он становится критическим. Несмотря на то что объекты теплогенерации и теплосетей частично ремонтировались, в том числе с привлечением кредитов Всемирного банка, работы носили фрагментарный характер. В большинстве случаев проводились лишь временные меры – «латание дыр» вместо капитальной реконструкции.

В итоге в ряде украинских городов износ теплотрасс достигает 60-80 %. При грамотном подходе, включая заранее предусмотренные резервные контуры, даже удар по одной ТЭЦ не должен полностью лишать жителей тепла – оставшиеся дома можно переподключить к другим котельным. Однако на практике такого уровня планирования и модернизации на Украине никогда не было.

Эти структурные недостатки в сочетании сделали украинские города крайне уязвимыми и напрямую способствовали проявлению энергетического кризиса на Украине при первых же ударах по ключевым объектам.

Зависимость от электроэнергии

Еще один фактор уязвимости – прямая зависимость систем отопления и водоснабжения от электроэнергии. Перебои с электричеством ощутили на себе все жители Украины, но для отопления эта зависимость также критична. Насосы, качающие теплоноситель, автоматика и системы диспетчеризации полностью функционируют только при наличии электроэнергии.

В результате даже если котельная или ТЭЦ остаются целыми, отключение электричества автоматически останавливает подачу тепла, а вместе с ним и горячей воды. Эта системная зависимость делает украинские города особенно уязвимыми и усиливает последствия каждого удара по энергетической инфраструктуре, напрямую подпитывая энергетический кризис на Украине.

Нехватка персонала

Ещё одна причина – острая нехватка квалифицированного персонала в сфере ЖКХ и энергетики. Эта проблема имеет сразу несколько источников и напрямую влияет на способность системы восстанавливаться после повреждений.

Во-первых, штатная численность работников коммунальных и энергетических предприятий формировалась под условия мирного времени. Она изначально не была рассчитана на режим почти ежедневных аварий и разрушений, требующих постоянных восстановительных работ в экстренном формате.

Во-вторых, предприятия сферы ЖКХ имеют право бронировать от мобилизации лишь 50% своих сотрудников. Те, кто такой отсрочки не получил, оказываются в зоне прямого риска из-за вероятности быть задержанным по пути на работу и насильно мобилизованным. В результате значительная часть специалистов либо уже находится на фронте, либо сознательно избегает выхода на работу, предпочитая оставаться дома.

В итоге складывается парадоксальная ситуация: даже там, где технически возможно оперативно восстановить повреждённые теплосети или оборудование, делать это зачастую просто некому. Кадровый дефицит превращается в самостоятельный фактор, усиливающий энергетический кризис на Украине и резко снижающий эффективность любых ремонтных и аварийных мероприятий.

Энергетический кризис на Украине в зеркале СМИ

Первая картинка: Энергетический кризис на Украине в украинских СМИ

На фоне реальных событий энергетический кризис на Украине стал темой номер один в украинских СМИ. В целом освещение фактов достаточно адекватное: удары действительно происходят, население сталкивается с перебоями в подаче электричества, воды и тепла. При этом реальная ситуация всё же сложнее, чем создаётся впечатление из телерепортажей.

Во-первых, создаётся ощущение намеренного преувеличения масштабов кризиса. Да, проблемы имеют место, но они не носят характера тотальной катастрофы, которую часто показывают медиа. Такая гиперболизация выполняет несколько задач.

С одной стороны, это стандартный приём журналистики: резкие формулировки и драматические сюжеты привлекают внимание аудитории.

С другой стороны, усиливая впечатление критичности ситуации, киевские власти, вероятно, стремятся получить больше финансовой и материальной помощи от западных партнёров.

Наконец, этот приём позволяет формировать восприятие противника: показывая Кремлю, что энергетическая система уже якобы разрушена, украинские СМИ создают эффект «уже всё потеряно», что может влиять на дальнейшие удары – классическая техника информационной войны.

Таким образом, украинская медиакартинка строится на сочетании объективных фактов и их стратегической гиперболизации. Она подчёркивает проблемы населения и одновременно служит инструментом внешней и внутренней политической коммуникации.

Вторая картинка: энергетический кризис на Украине в российских СМИ

Парадоксальным образом освещение энергетического кризиса на Украине в российских СМИ строится на той же гиперболизации, что и в украинском медиапространстве. Российские медиа регулярно создают впечатление, будто украинская энергетическая система находится на грани полного коллапса, а страна – в шаге от тотального отключения света, воды и тепла.

Этот подход выглядит особенно странно, если учитывать, что он объективно усиливает украинскую аргументацию на внешнем контуре. То есть российские СМИ воспроизводят ту же картину катастрофы, которую Киев использует для мобилизации западной помощи, – лишь с намёком на то что «украинцы вот-вот побегут мириться». Но по факту медиасообщения, призванные демонстрировать эффективность действий Москвы, фактически работают на укрепление украинского нарратива.

О причинах такого подхода можно говорить лишь в формате предположения. Судя по характеру ударов и их выборочной логике, их цель носит скорее политический, а не военный характер.

С точки зрения чисто военной стратегии, приоритетными целями с первых дней конфликта должны были бы стать объекты связи и управления: дата-центры, узлы спецсвязи, центры информационного вещания, телецентры и телевышки. Однако системного уничтожения этой инфраструктуры как не происходило, так не происходит до сих пор.

Это позволяет предположить, что удары по энергетике рассматриваются Кремлём как инструмент давления, направленный не на военное поражение противника, а на принуждение Киева к переговорам и заключению мирного соглашения. В такой логике ключевой стратегической целью становится не ликвидация украинской государственности, а её сохранение в управляемом и договороспособном виде – задача, которую невозможно решить путём прямого военного разгрома.

В этом контексте нагнетание жути в российских государственных СМИ о ситуации в украинских городах выглядит просто как форма заискивания чиновников от телевидения перед своим начальством в Кремле.

Третья картинка: «энергетический кризис» в России в украинских СМИ

Ещё один срез медиареальности – то, как уже украинские СМИ освещают ситуацию в России. В украинском информационном поле регулярно формируется образ якобы разворачивающегося энергетического кризиса уже на российской территории.

Объективно Россия – страна с огромной территорией, населением и протяжённой коммунальной инфраструктурой. Она действительно унаследовала от СССР схожие проблемы сверхконцентрации отопительных систем, хотя в значительно меньшей степени: в последние десятилетия новые жилые дома как правило проектируются уже с автономными или домовыми мини-котельными.

Тем не менее здесь срабатывает эффект больших чисел. В масштабах страны локальные аварии в сфере теплоснабжения неизбежно происходят каждую зиму. Они носят единичный характер и оперативно устраняются в штатном режиме, поэтому говорить о системном кризисе оснований нет. Однако в украинских СМИ такие эпизоды подаются как признаки масштабной катастрофы – с обобщающими заголовками и эмоциональными образами, призванными создать впечатление массового замерзания российских городов.

Эта подача органично вписывается в устойчивый метанарратив, давно присутствующий в украинском медиапространстве: «что бы ни происходило на Украине, в России всё равно ещё хуже». Он выполняет важную психологическую функцию, позволяя смещать фокус внимания с собственных проблем и поддерживать ощущение морального превосходства. В этом смысле любые сообщения о коммунальных сбоях в России становятся не столько новостями, сколько элементами утешительного сюжета.

Украинские пропагандисты хорошо понимают этот механизм и сознательно его эксплуатируют: убеждение в том, что «у соседа две коровы сдохло» нередко оказывается психологически важнее реальных мер поддержки.

Реальность вне медиакартинок

Как видим, из целых пяти причин энергетического кризиса в публичном пространстве активно обсуждается лишь одна – удары по энергетической инфраструктуре становятся центральным и фактически единственным объяснением происходящего. При этом остальные факторы – архитектура отопительных систем, износ теплогенерации и сетей, зависимость отопления от электроэнергии и острая нехватка персонала – остаются на периферии дискуссии или вовсе игнорируются.

Но если вынести за скобки пропагандистские искажения, реальная ситуация выглядит иначе. Да, энергетический кризис на Украине существует. Да, перебои с электричеством, водой и отоплением стали частью повседневной жизни, причём особенно остро эта проблема ощущается в Киеве. Однако при всём этом говорить о тотальной гуманитарной катастрофе оснований нет.

Как видим, люди в Киеве вполне себе продолжают ходить в рестораны и кушать шашлык из куриной грудки с соусом Хойсин – только за генератор доплачивают.

Часть проблем компенсируется за счёт адаптационных механизмов. Электрогенераторы широко используются в сфере услуг – кафе, ресторанах, магазинах, на объектах критической инфраструктуры. В жилом секторе они встречаются реже, но и там население ищет выходы из положения. В домах с газовыми плитами применяются кустарные способы обогрева, опасные и неэкологичные, но в экстремальных условиях воспринимаемые как допустимая мера.

Местные власти также пытаются частично сгладить последствия кризиса. В городских районах разворачиваются пункты обогрева, где можно зарядить телефоны, согреться и получить горячие напитки. Эти меры не решают проблему системно, но позволяют удерживать ситуацию в управляемых рамках и предотвращать её скатывание в острый социальный коллапс.

Около 600 тысяч киевлян перешли на челночную или маятниковую миграцию: работают в тепле в столице, а ночевать, тоже в тепле, выезжают в населенные пункты сельского типа, плотно окружающие Киев. Что правда, эта схема работает не для всех. Для значительной части мужчин он невыполним из-за блок-постов ТЦК на выездах из города и риска принудительной мобилизации.

В результате складывается парадоксальная картина. С одной стороны, положение на самом деле тяжёлое, изматывающее и некомфортное. С другой – оно не достигает того уровня критичности, при котором энергетический кризис мог бы стать решающим фактором политического давления. Население адаптируется, государственный аппарат удерживает базовую управляемость, а гуманитарный коллапс так и не наступает.

Отсюда вытекает и главный вывод. Стратегия давления на Киев через ухудшение условий жизни мирного населения вряд ли способна привести к желаемому результату. Для украинского руководства страдания собственного населения не являются ограничителем – напротив, они легко конвертируются в дополнительные аргументы для внешней поддержки. В этом смысле энергетический кризис становится не инструментом принуждения к миру, а просто ещё одним элементом затяжной войны.

Война продолжается – и именно в этом контексте следует рассматривать как реальные проблемы энергетики, так и то, как они отражаются в медиапространстве.

Недавно мы писали о том, как в ночь с 31 декабря на 1 января 2026 года украинская сторона атаковала кафе, в котором люди отмечали Новый год. Мы отмечали, что это не диверсия и даже не теракт в классическом смысле. Произошедшее больше всего похоже на акцию устрашения местного населения.

Однако сама трагедия высветила один крайне неприятный и потому редко обсуждаемый нюанс. Если Киев принуждает жителей освобождённых территорий к лояльности себе «кнутом», то Москва, по сути, делает нечто сходное, но «пряником» – формируя у себя в тылу украинскую мягкую силу.

Интерьер уничтоженного кафе. Сидеть на таких лавках, наверное, было не очень комфортно.

Кафе, по которому был нанесён удар, называлось «Українська хата» и было оформлено в стилистике украинской сельской архаики. Официантки были одеты в том же стиле и по указанию руководства обслуживали посетителей виключно українською мовою.

Возможно, для командировочных россиян это выглядело экзотикой или даже вызывало ностальгию по СССР. Не исключено и то, что владелица заведения рассчитывала, что это будет своеобразным оберегом от украинцев «по ту сторону линии фронта». Если так, то у Судьбы, как это нередко бывает, оказался весьма чёрный юмор.

Празднование Нового года в «Украинской хате» - правда, не 2026-го, а 2017-го.

Но ключевым здесь является не трагедия сама по себе и не её возможные мотивы, а тот символический посыл, который это место транслировало местным жителям. Именно он и является предметом данного материала.

Две аналогии как метод прояснения

Чтобы наглядно представить всю курьёзность ситуации, полезно прибегнуть к двум простым аналогиям.

Первая. 2026 год, Львов. В городе работает кафе под названием «Русская изба». Владелец заведения требует от официантов обслуживать гостей исключительно на русском языке. В меню — пельмени, окрошка, солёные огурцы. Местные жители охотно туда ходят, особенно популярно заведение среди украинских военных.

Вторая. 1942 год, Рязань. В городе работает ресторан «Deutsches Haus», оформленный в стилистике немецкого гаштета. Официанты в кожаных шортах демонстративно используют немецкую речь. Советские офицеры регулярно заходят туда, заказывают сосиски с пивом и не видят в этом проблемы.

Именно такое же чувство сюрреализма должно вызывать у стороннего наблюдателя существование кафе «Українська хата» в тылу страны, находящейся в состоянии войны с Украиной. Однако ключевой вопрос здесь заключается не в эмоциональной оценке происходящего. Гораздо важнее понять, почему подобные формы оказываются возможными, легальными и социально одобряемыми.

Мягкая сила без института

Если рассматривать ситуацию с точки зрения информационно-психологического воздействия, то сгоревшее дотла в новогоднюю ночь кафе являлось воплощением полного, классического и при этом весьма эффективного набора украинской «мягкой силы». Это было не подполье, не маргинальная субкультура и не скрытая агитация, а публичное, коммерчески успешное и социально одобряемое пространство с чётко выраженной культурно-идеологической идентичностью.

Основоположник теории мягкой силы Джозеф Най определял её как способность формировать привлекательный образ государства в другом обществе с целью создания там благоприятной для себя среды. Речь идёт не о спонтанных жестах и не о частных симпатиях, а об официальном политическом инструменте – комплексе целенаправленных мероприятий, реализуемых конкретными акторами, как государственными, так и аффилированными с ними негосударственными структурами. Запомните это определение, мы к нему ещё вернёмся в самом конце статьи.

В случае с кафе «Українська хата» можно с высокой степенью уверенности утверждать: Киев не ведёт на территориях, контролируемых РФ, никакой системной политики мягкой силы. Более того, удар в новогоднюю ночь продемонстрировал ставку не на создание привлекательного образа, а, напротив, на запугивание местного населения.

И тогда возникает логичный вопрос: если централизованного субъекта мягкой силы нет, если она не поддерживается институционально и не вписана в стратегию государства, то откуда она вообще берётся и за счёт чего продолжает воспроизводиться?

Вопрос идентичности

Итак, мы имеем ситуацию, при которой спустя годы кровопролитного конфликта с Украиной люди совершенно спокойно идут праздновать Новый год в заведении, открыто транслирующем символику и культурную повестку этой самой Украины. Ключевой вопрос здесь заключается в том, было ли это продиктовано лишь бытовыми причинами – тем, что там вкусно готовили и создавали приятную атмосферу – или же основная причина лежит глубже, в сфере идентичности.

На протяжении многих лет Киев продвигает нарратив о том, что Россия якобы стремится уничтожить всё украинское и ассимилировать украинцев, лишив их языка и культуры. Однако в реальной практике на подконтрольных РФ территориях украинская символика, язык и бытовая этнокультурная атрибутика сохраняются без какого-либо давления.

Новые российские власти не только не препятствуют воспроизводству украинской идентичности, но и предпочитают рассматривать её как нейтральный, «внеполитический» культурный выбор. В результате такой политики значительная часть жителей подконтрольной РФ территории Херсонской области продолжает идентифицировать себя как украинцев.

Истоки украинской идентичности

Причины устойчивости этой идентичности во многом связаны с тем, что ещё в советский период на пространстве СССР была сформирована её иерархическая модель. В массовое сознание целенаправленно внедрялся образ украинцев как более трудолюбивых и более хозяйственных по сравнению с русскими. После 1991 года этот нарратив был радикально усилен и переведён в плоскость цивилизационного сравнения: в качестве аргументов стали использоваться «европейский выбор», близость к Западу и потенциальная интеграция с ЕС.

В результате ещё в советские времена быть украинцем было престижнее чем русским. А, поскольку каких-либо выраженных этнических различий между русскими и украинцами не существует, то возникла возможность своеобразного «этнического перехода». Характерно, что он практически всегда происходил в одном направлении – из русских в украинцы, так как это интерпретировалось как повышение социального и символического статуса.

Эта логика не обязательно осознаётся рационально, однако она глубоко встроена в коллективные представления о престижности, социальной норме и жизненном успехе.

Продвижение украинства в России

Принципиально важно, что новые российские власти на бывших украинских территориях не только не пытаются деконструировать сложившуюся иерархию идентичностей, но фактически закрепляют её воспроизводство.

При этом сводить происходящее к злому умыслу или сознательному саботажу было бы ошибкой. Эти действия в целом укладываются в официальную идеологическую рамку СВО, которую можно свести к формуле: «Россия воюет не с украинцами, а с нацистами».

У такой концепции есть по крайней мере две системные причины.

Советская «дружба народов»

Первая уходит корнями в советскую модель «дружбы народов». После распада СССР Украина и Россия юридически и фактически стартовали с максимально схожих позиций, однако их элиты выстроили принципиально разные модели самоописания.

На Украине к моменту распада СССР уже существовала собственная национальная элита, сформированная в структурах вроде Центрального комитета КПУ и ЛКСМУ. После 1991 года она предпочла выстраивать преемственность не от СССР, а от УНР – ОУН – УПА, во многом вытеснив советский период на периферию исторического нарратива.

В России же собственной национальной элиты в момент распада СССР фактически не существовало. В Москве у власти оказалась «сборная солянка» выходцев со всего Союза, включая значительное число уроженцев Украины. В этих условиях новая политическая элита сконструировала свою легитимность через наследование СССР, отправив в зону невидимости дореволюционный период. Параллельно была сохранена советская картина мира, в которой русские и украинцы априори рассматриваются как «братские народы».

Рефлексия на украинскую пропаганду

Вторая причина связана с реакцией на украинскую пропаганду, утверждающую, что Россия якобы стремится уничтожить всё украинское как таковое. В ответ на этот нарратив российская управленческая элита демонстративно стремится доказать обратное.

В результате украинская идентичность в российском тылу воспроизводится не вопреки государственной политике, а во многом благодаря ей – как побочный эффект идеологической конструкции, ориентированной не на формирование собственного символического суверенитета, а на постоянное соотнесение себя с чужим обвинительным нарративом.

Фактически речь идёт о типичной ошибке: ситуацию в информационном пространстве пытаются изменить за счёт мер в пространстве реальном. В её основе лежит упрощённое представление об информационной среде как о зеркале объективной реальности, а о пропаганде – как о «кривом зеркале». В действительности же современная пропаганда, говоря метафорически, – это не зеркало, а телевизор. Виртуальную реальность можно сконструировать практически любой, и никакие изменения объективной реальности сами по себе не способны её скорректировать.

Выводы

Украинская политическая нация воспринимает конфликт с Россией прежде всего как экзистенциальный – как борьбу за собственное выживание. В массовом сознании и практической политике он имеет выраженное этнополитическое измерение. На уровне символов это проявляется в том, что вышиванка, украинский язык, сине-жёлтый флаг и тризуб воспринимаются как тесно взаимосвязанные элементы единой и неделимой идентичности.

Ставка на изменение сознания через “нормализацию жизни” – фундаментальная ошибка. Информационное противоборство ведётся в виртуальной реальности смыслов, а не в плоскости быта.

Разумеется, эта связка не является объективной данностью – она представляет собой сконструированную идеологическую модель, необходимую для мобилизации общества в условиях конфликта. Однако именно в таком виде она существует и воспроизводится в сознании большинства украинцев.

Российская сторона, в свою очередь, делает ставку на изменение объективной реальности. На освобождённых территориях ведётся масштабное строительство – дорог, больниц, школ, инфраструктуры, уровень которых ранее был недоступен местным жителям. В это вкладываются значительные финансовые ресурсы. Подразумевается, что улучшение материальных условий автоматически приведёт к трансформации идентичности и политического сознания.

Но конфликт давно развивается не в плоскости быта и хозяйства, а в информационно-психологическом и символическом пространстве. Воздействовать на него можно только симметричными инструментами – смыслами, нарративами, интерпретациями. Но именно здесь у России наблюдается системный дефицит.

Если масштабное строительство в этом контексте оказывается просто неэффективным, то демонстративное поощрение украинской идентичности на собственной территории становится уже контрпродуктивным поскольку объективно способствует формированию мягкой силы Украины внутри РФ. То есть Россия сама создаёт инструмент в интересах государства, с которым она находится в состоянии военного конфликта.

Корень проблемы – в затяжном кризисе российской гуманитарной мысли, не преодолённом со времён коммунистического догматизма. Без переосмысления собственного исторического опыта и собственной идентичности эта система будет продолжать воспроизводить те же ошибки.

Пока же такого переосмысления не происходит, сохраняется нынешняя конфигурация: более двенадцати лет конфликта, из которых четыре года – в формате широкомасштабной войны, и при этом устойчивое институциональное непонимание базового вопроса – кто именно, с кем и за что ведёт эту войну.

12 декабря 2025 года пресс-служба Офиса президента Украины распространила фото- и видеоматериалы с заявленным визитом Владимира Зеленского в Купянск Харьковской области. В опубликованном видеоролике Зеленский выступил с коротким пафосным обращением к военнослужащим ВСУ на фоне стелы с надписью «Купянск».

Ранее российское руководство заявляло о полном освобождении Купянска. В частности, 20 ноября соответствующий доклад Владимиру Путину сделал начальник Генштаба Валерий Герасимов, а 2 декабря Путин публично заявил о блокировке подразделений ВСУ в городе. На этом фоне видеоролик со стелой был подан западной и украинской прессой как прямое опровержение этих заявлений и как демонстрация контроля ВСУ над Купянском.

Более того, ряд западных СМИ интерпретировал событие шире, представив его едва ли не как свидетельство коренного перелома на фронте. В частности, агентство Reuters сопроводило видеозапись следующим текстом:

Украинские военные заявили, что они отбили часть северо-восточного города Купянск и окружили там российские войска, когда президент Владимир Зеленский посетил этот район и высоко оценил операцию, заявив, что она укрепила Украину дипломатическим путем. В рамках предпринимаемых при поддержке США мирных усилий Москва заявила, что продвигается по всем фронтам и что она захватила Купянск и стратегически важный город Покровск на востоке. Киев отрицает это, заявляя, что боевые действия продолжаются.

Стела вместо города

Ключевой деталью опубликованных материалов стал не сам Купянск, а дорожная стела на въезде в город. Визуальный ряд выстроен так, чтобы создать у аудитории впечатление присутствия президента непосредственно в населённом пункте.

Пресловутая стела в былые времена.

В последние месяцы дорожные стелы всё чаще используются как визуальные символы городов, и Владимир Зеленский регулярно появляется в медиа на их фоне. При этом подобные объекты, как правило, расположены не в городской застройке, а на въездах в населённые пункты, то есть фактически за их пределами. Это в полной мере относится и к стеле, запечатлённой в ролике. Она находится на трассе Н-26 «Чугуев – Старобельск – Меловое», к юго-западу от Купянска. Её точные координаты – 49.6934636, 37.5858523. Таким образом, съёмка велась не в самом Купянске, а на одном из подъездов к нему, что принципиально важно для понимания реальной обстановки.

По свидетельствам российских военных корреспондентов, участок, где расположена стела, на момент визита не находился под устойчивым контролем наступающих с северо-востока российских войск. Эта территория относилась (и продолжает относиться) к так называемой «серой зоне», где возможна активность отдельных подразделений обеих сторон в условиях постоянного воздействия беспилотников – также с обеих сторон.

Дополнительно следует учитывать, что после официальных заявлений российской стороны об освобождении Купянска Киев перебросил на это направление наиболее боеспособные резервы. В частности, речь шла о корпусе «Хартия», а также подразделениях спецназа ГУР и СБУ. Им удалось организовать контрудар и в определённый момент создать угрозу полуокружения российских сил в центральной части города. Впоследствии ситуация была стабилизирована, однако обстановка в районе Купянска остаётся сложной и динамичной, что в целом соответствует логике текущих боевых действий.

Был ли Зеленский у стелы

Достоверно известно, что 13 декабря стела выглядела вот так.

Основной предмет публичных споров вокруг этого эпизода свёлся к вопросу, был ли Владимир Зеленский лично у стелы «Купянск» именно 12 декабря 2025 года.

Даже если исходить из предположения, что Зеленский действительно находился у стелы в заявленную дату, это само по себе ничего не доказывает. Кратковременное присутствие в точке, расположенной за пределами городской застройки, не является подтверждением контроля над городом.

Тем не менее медиаподача позволила выдать двухминутное пребывание за пределами Купянска за символическое «нахождение в Купянске» – и с точки зрения информационного эффекта эта подмена сработала. В сети разгорелись горячие споры о том «а был ли мальчик». И здесь открывается широкий спектр интерпретаций, каждая из которых по-своему укладывается в логику современной информационной войны.

Версия 1: всё соответствует официальной версии

Зеленский действительно кратковременно прибыл к стеле, находящейся в «серой зоне», оперативно записал обращение и покинул район. Такой сценарий не противоречит практике рискованных, но контролируемых выездов и вполне реалистичен с точки зрения организации безопасности.

В официальную версию не верят даже сами украинцы.

Именно эта версия рассматривается украинскими и западными СМИ как каноническая, что вполне объяснимо – она наиболее выгодна с точки зрения информационной подачи. Однако если рассуждать не в медийной, а в практической плоскости, возникают серьёзные вопросы.

Даже если допустить, что украинским силам действительно удалось на тот момент отбить часть города и обеспечить возможность краткого выступления у стелы, сама по себе подобная поездка выглядела бы крайне рискованной. В текущих условиях линия фронта носит размытый характер, пространство насыщено разведывательными и ударными беспилотниками, активно работает артиллерия, а любые передвижения фиксируются и анализируются в реальном времени.

В этой ситуации выезд главы государства в район, находящийся в зоне прямой досягаемости противника, означал бы сознательное принятие чрезмерного риска. Президент Украины остаётся одним из ключевых элементов политической и военной управляемости страны, а его возможная гибель или ранение имели бы сразу два критических последствия: резкое падение морального состояния личного состава и временную дезорганизацию системы управления.

Возникает логичный вопрос – зачем так рисковать если информационный эффект может быть достигнут значительно менее рискованными способами? Поэтому именно по соображениям практической целесообразности данная версия представляется наименее убедительной.

Версия 2: «консерва»

Согласно этой версии видеозапись была сделана у стелы, но не 12 декабря, а несколькими днями ранее, когда обстановка на этом участке была относительно спокойнее. В этом случае публикация могла быть сознательно приурочена к нужному моменту и выдана за актуальную.

Данный приём широко используется в военной пропаганде и даже имеет устоявшееся неформальное название – «консерва». Речь идёт о ситуации, когда видеоматериал снимается заранее, с учётом прогнозируемого развития событий, а затем публикуется в нужный момент, создавая у аудитории иллюзию актуальности.

В пользу этой версии говорит, в частности, состояние стелы. Очевидцы, оказавшиеся на месте съёмки на следующий день после якобы визита Зеленского, зафиксировали объект в значительно более повреждённом виде, чем на официально распространённых кадрах.

Теоретически за одну ночь стела могла быть дополнительно разрушена – например, в результате целенаправленного огневого воздействия. Однако на практике такой сценарий выглядит маловероятным и не имеет самостоятельного смысла.

Куда более весомым аргументом в пользу «консервы» является её рациональность. Этот вариант не требует подвергать риску главу государства, не предполагает сложных или опасных логистических решений и при этом сохраняет полную визуальную аутентичность. Видео действительно снято у реальной стелы, без цифровых ухищрений, что делает его максимально убедительным для массовой аудитории.

С точки зрения здравого смысла именно эта версия выглядит наиболее оптимальной: она обеспечивает нужный информационный эффект, минимизирует риски и полностью соответствует современной практике медиасопровождения боевых действий.

Версия 3: хромакей

Этот вариант относится скорее к сфере кинопроизводства, и в этом смысле он не является чем-то экзотическим. Зеленский как бывший профессиональный актёр действительно неоднократно использовал подобные приёмы. В частности, первые его обращения после начала СВО, подававшиеся как выступления из президентского кабинета, фактически записывались на фоне с последующей подменой окружения. Аналогичным образом нередко оформляются и выступления, которые подаются как съёмки во дворе Офиса президента на Банковой.

В реальности съёмка патриотических роликов «из рабочего кабинета» и т.п. происходит так.

В этом нет ничего необычного или компрометирующего. Наложенный фон давно стал де-факто стандартом политической коммуникации, и его регулярно используют политики самого разного уровня. Уже очень скоро все будут смотреть по телевизору поздравления президентов, подавляющее большинство которых (если не все) будут записаны заранее на фоне хромакея.

Однако в условиях открытого поля, где расположена стела, использование этой технологии проблематично из-за практически неизбежного в таких местах ветра. Любая рассинхронизация между фоном, движением одежды, волос и окружающих элементов делает подмену визуально заметной даже для неподготовленного зрителя.

Могло ли конкретное обращение быть записано на хромакее – каждый может оценить самостоятельно. С субъективной точки зрения, применительно именно к этой видеозаписи, данный вариант представляется маловероятным.

Версия 4: дипфейк

Широкое распространение технологий искусственного интеллекта в сочетании с современными средствами обработки видео привело к тому, что теоретически видеозапись с участием Зеленского могла быть полностью сгенерирована в цифровой среде. С технологической точки зрения подобная возможность сегодня уже не относится к области фантастики.

Здесь речь идёт не о доступных «любительских» инструментах, а о профессиональном уровне производства. Для таких возможностей необходимы ресурсы высококлассных студий визуальных эффектов, сопоставимых по уровню с крупнейшими центрами киноиндустрии. В этом смысле подобная задача не представляет принципиальной сложности, например, для голливудских производственных компаний.

Более того, качественно созданный дипфейк способен выглядеть даже более убедительно, чем съёмка с использованием хромакея. В цифровой модели можно заранее учесть движение воздуха, освещение, микродвижения ткани, волос и окружающих элементов, устранив те самые визуальные несоответствия, которые обычно выдают постановку.

Однако при всей технической реализуемости данный вариант выглядит чрезмерным с точки зрения целесообразности. Он требует значительных ресурсов, сложной координации и несёт дополнительные репутационные риски в случае утечки или разоблачения. В условиях, когда сопоставимый медиарезультат может быть достигнут значительно более простыми средствами, использование дипфейка представляется избыточным решением.

Выводы

Манипуляция общественным мнением основана на том, что стела символизирует город, но не находится в самом городе. Плюс к этому конкретную дату нахождения в данном месте по видео определить невозможно. Но всё это можно подать словами и у неискушённого потребителя новостей видеоряд свяжется со специально подобранным текстом в единую непротиворечивую историю.

Наиболее вероятно, что по факту Зеленский был не в Купянске, а возле Купянска, и не 12 декабря, а несколько раньше. Но с другой стороны вопрос о том, был ли Владимир Зеленский в Купянске или нет – частный, и не имеет принципиального значения. Имеет значение только общая картина, а она такова, что украинские силы продолжают медленно и с большими потерями отступать.

С другой стороны виртуальное «контрнаступление» в информационном пространстве Зеленскому, безусловно, удалось. При поддержке «тяжёлой артиллерии» в лице агентства Reuters и других крупных медиа была предпринята попытка, и довольно удачная, создать иллюзию того что ВСУ ещё способны переломить ситуацию на фронте. Частное (причём, ложное) было ловко выдано за общее.

Но насколько отвечает интересам самих украинцев такая виртуальная перемога, ведь понятно, что она направлена на то чтобы война продолжалась и украинцы продолжали гибнуть? Однако выразить своё мнение они не могут.

Ссылки

• Рейтерс: «Украина сообщает что она вернула себе часть Купянска окружив российские войска»

Михаил Подоляк, советник главы Офиса президента Украины, в конце ноября 2022 года сделал заметное медиазаявление: он пообещал выпить кофе на набережной Ялты в прямом эфире уже через шесть месяцев, то есть к маю 2023 года. Конкретная цитата:

Через месяцев шесть я специально поеду на набережную Ялты, там есть у меня свое любимое место, я оттуда обязательно включусь, гарантирую вам, и мы с вами поговорим о том, каким будет свободный Крым, а в это время оттуда уже уедут все русские.

Формулировка оказалась яркой и медийно удобной, поэтому её активно тиражировали и продолжают вспоминать по сей день. Причина долговечности цитаты связана с её образной структурой: Подоляк привязал политический прогноз к конкретной визуальной картинке «пить кофе в Ялте», что делает высказывание простым для восприятия и эмоционально цепким.

Более того, этот приём органично лег в информационный контекст, поэтому сочетания вроде «Подоляк кофе в Ялте» до сих пор появлялись в обсуждениях и поисковых запросах.

Также цепляет слово «русские». При чем тут национальность? С Украиной воюет Российская Федерация, которая и по Конституции и по факту является многонациональным государством. Да, русских в РФ большинство, больше 80%, но и тех же украинцев в ВС РФ служит немало. Да что там, в высших эшелонах российской власти множество выходцев из Украины, которые там ещё со времён СССР. Но РФ Подоляк, как и значительная часть украинского публичного дискурса, всё равно воспринимает исключительно как «русских».

Возникает вопрос, связано ли это с упрощённым восприятием реальности? Давайте для этого для начала немного подсветим кто вообще такой Михаил Подоляк.

Странная биография «любителя кофе в Ялте» Михаила Подоляка

Оппозиционный журналист с медицинским дипломом

Зачем преподаватели анатомии и других профильных дисциплин шесть лет тратили на него своё время и силы — вопрос вполне обоснованный. В условиях ограниченного числа бюджетных мест медицинское образование в этом случае оказалось не вкладом в систему здравоохранения, а ресурсом, использованным в личных карьерных целях.

Дальше-больше: он стал не просто журналистом, а журналистом оппозиционным. Александра Лукашенко он критиковал за… якобы торможение российско-белорусской интеграции.

В 2004 году КГБ Белоруссии принимает решение выдворить Подоляка на Украину, объяснив это «деятельностью, противоречащей государственной безопасности». И здесь возникает главная странность. Это означает, что Михаил Подоляк на тот момент был гражданином Украины! При том, что он жил в Белоруссии уже 15 лет, В том числе в то время распада СССР. В 1991 году практически все жители Белорусской ССР, имевшие постоянную прописку в БССР на октябрь 1991 года, автоматически стали гражданами независимой Беларуси.

До конца 1992 года был период так называемой оптации: можно было отказаться от белорусского гражданства, поехать на Украину и оформить там украинское. Скорее всего, так и было. Но тогда выходит, что затем в течение почти десяти лет Михаил Подоляк работал белорусским журналистом, то есть активно участвовал во внутренней политической дискуссии и критиковал действующую власть, при этом являясь гражданином другой страны.

В этом контексте неизбежно встают вопросы о качестве и нейтральности материалов, написанных человеком без гуманитарного, не говоря уже о профильном журналистском образовании, а также о том, знала ли аудитория о его гражданском статусе. С этической точки зрения такая ситуация выглядит, по меньшей мере, неоднозначно. Именно эти биографические детали сегодня дополняют образ спикера, которого широкая публика знает прежде всего по резонансному обещанию «Подоляк кофе в Ялте».

Маститый политтехнолог

После депортации Подоляк приезжает в Киев – на дворе самый разгул демократии После депортации Михаил Подоляк приезжает в Киев. На дворе период активной внутриполитической борьбы: выборы следуют одни за другими, медиасреда перегрета, а журналистика всё чаще становится инструментом политического противостояния. В такие моменты участие в кампаниях приносит ощутимые доходы, а наиболее предприимчивые представители профессии начинают позиционировать себя уже не как журналисты, а как политтехнологи.

Подоляк оказался именно в этой группе. В 2006 году он основывает консалтинговую компанию, специализирующуюся на репутационном менеджменте и разрешении конфликтов. Судя по открытым данным, бизнес оказался успешным: услугами структуры пользовались политики не только на Украине, но также в Белоруссии и России. Для человека, ещё недавно обещавшего пить кофе в Ялте, это был важный этап профессионального закрепления.

При этом примечательно, что Подоляк не имел профильного образования ни в сфере политологии, ни в сфере коммуникаций или гуманитарных наук в целом. Тем не менее клиенты находились, контракты заключались, а консультации оплачивались, что позволяет предположить: востребованность формировалась не столько академической подготовкой, сколько практическими навыками работы в жёсткой политической среде.

Существует и ещё один любопытный аспект его биографии. По ряду свидетельств, на раннем этапе карьеры Подоляк придерживался скорее пророссийских взглядов, однако со временем скорректировал свою публичную позицию в соответствии с изменением политической конъюнктуры. Уже в 2020-х годах он становится одним из наиболее жёстких критиков России и ключевых спикеров антироссийской линии Киева, последовательно отвергая компромиссные сценарии и настаивая на полном выводе российских войск. Именно в этом качестве он сегодня наиболее известен, в том числе благодаря медийным заявлениям в духе «Подоляк кофе в Ялте».

Отдельного внимания заслуживает семейный контекст. Родной брат Михаила Подоляка, Владимир, длительное время жил в Москве и, по имеющимся данным, служил в силовых структурах России. Он скончался 19 мая 2024 года в Москве на 59-м году жизни. Сам Подоляк утверждал, что не поддерживал отношений с братом и его семьёй из-за политических разногласий.

Однако и здесь возникают вопросы. Во-первых, наличие «политических разногласий» предполагает как минимум определённый уровень общения. Во-вторых, остаётся открытым вопрос о том, насколько корректно полностью разрывать родственные связи исключительно по политическим причинам. И, наконец, даже если разногласия касались брата, трудно объяснить прекращение контактов с его детьми или внуками, которые по определению не могли быть носителями каких-либо политических позиций.

В результате вырисовывается достаточно характерная для современной украинской политической среды картина: в ближнем окружении власти оказываются люди с непрямой профессиональной подготовкой, гибкой идеологической позицией и выраженной ориентацией на карьерный результат. Михаил Подоляк в этом смысле выглядит не исключением, а симптомом более широкой системы.

Конъюнктура самоиллюзий: почему «кофе в Ялте» оказалось удобным символом

Таким образом, биография Михаила Подоляка позволяет достаточно ясно очертить его психологический и профессиональный профиль. Это человек с развитым чувством политической конъюнктуры, хорошо понимающий особенности украинского общественного восприятия, самоучка с выраженной авантюристической жилкой, сумевший эффективно адаптироваться в сложной и конкурентной политической среде современной Украины.

Исходя из этого, его громкое заявление о том, что уже в мае 2023 года он будет пить кофе в Ялте, находящейся под контролем Киева, выглядит не как просчёт или искреннее заблуждение, а как осознанный риторический ход. По сути, он просто сформулировал именно то, что в тот момент хотели услышать миллионы украинцев, превратив политический прогноз в эмоционально привлекательный образ.

Этот приём хорошо вписывается в более широкий контекст. Одной из заметных черт нынешней украинской политической и медийной культуры, особенно в условиях противостояния Киева и Москвы, является устойчивый механизм самоиллюзий. Он проявляется значительно ярче многих других факторов, формирующих публичную повестку, и активно используется в коммуникации между властью и обществом.

После 2014 года, а затем в ещё более концентрированном виде после 2022 года, этот механизм стал системообразующим. Во многих случаях политические решения и общественные ожидания формировались таким образом, чтобы не вступать в противоречие с уже сложившимися убеждениями, даже если реальная обстановка требовала более трезвой и осторожной оценки. В результате стратегические шаги нередко подстраивались под удобные интерпретации происходящего, а не под объективные данные, что со временем привело к серьёзным последствиям как для государства, так и для общества.

В этом смысле заявления в духе «Подоляк кофе в Ялте» оказываются не случайными оговорками, а органичной частью сложившейся модели политической коммуникации.

Послесловие: кофе с пирожками

Обещание «пить кофе в Ялте» оказалось не единственным примером показательной бравады. На видео ниже неизвестный участник говорит, что «через полгода буде пирожки на Красной площади по тры грывні кушать». Видео снято в 2015 году.

Формулировка демонстрирует характерный подход: в высказывании отсутствует понимание культурного контекста самой Красной площади, которая в российской традиции воспринимается как пространство государственного символизма, а не как место для еды. Фокус автора реплики полностью смещён в бытовую плоскость, что делает такие заявления показательными для анализа общей риторики.

1 декабря 2025 года британское агентство Reuters опубликовало неожиданный материал из Киева. Автор статьи Анастасия Маленко проследила судьбу первых одиннадцати добровольцев, которые весной заключили так называемый «контракт 18-24». Мы неоднократно разбирали этот механизм набора, призванный хотя бы частично компенсировать потери в ВСУ. В частности, об этом шла речь в статье «Мобилизация на Украине в 2025 году: контракт «18-24» и его последствия»

По первоначальным оценкам правительства, эта программа была рассчитана на привлечение в украинскую армию до 800 тысяч человек, хотя даже в кулуарных ожиданиях речь шла о куда меньшей цифре. На практике же, по словам заместителя главы Офиса президента Павла Палисы, в первый месяц документ подписали «менее 500 человек», после чего поток желающих и вовсе иссяк.

В сентябре Министерство обороны Украины расширило набор, разрешив заключать контракт и девушкам – преимущественно на позиции операторов БПЛА. Тем не менее, по оценкам, за восемь месяцев на эту инициативу в итоге согласились не более тысячи, возможно чуть больше, молодых людей; точные данные не раскрываются.

В этом контексте Reuters поступили образцово профессионально: они просто взяли тех самых первых 11 добровольцев, которых весной показывали во множестве интервью в надежде вдохновить остальных, и рассказали, что с ними стало спустя восемь месяцев.

Далее приводим полный перевод статьи.

Братство по оружию: как война уничтожила когорту молодых украинцев

Reuters проследила судьбу группы новобранцев, которые записались в армию в рамках кампании Киева по обновлению истощённых рядов. Из 11 человек сегодня не воюет ни один.

Павел Брошков возлагал большие надежды, когда в марте пошёл в украинскую армию. Молодой и полный энтузиазма новобранец хотел защитить страну и заработать обещанный бонус, чтобы купить дом для жены и маленькой дочери. Три месяца спустя 20-летний парень лежал на поле боя с огнестрельными ранениями обеих ног и разбитыми мечтами.

«Я понял, что меня сейчас разорвёт на куски, – рассказал он Reuters. – Я не боялся умереть. Я боялся, что больше никогда не увижу жену и ребёнка».

Брошков – один из сотен 18–24-летних ребят, добровольно отправившихся на фронт в этом году. Их привлекали щедрые выплаты и льготы в рамках национальной программы набора молодёжи, призванной вдохнуть новую жизнь в стареющую и измотанную миллионную армию Украины.

Украина медленно теряет территории на востоке в жестоких позиционных боях. Командиры и солдаты в один голос говорят: главная причина отступлений – нехватка людей [1]. Это усиливает давление на Киев, который ведёт с США переговоры о мирном предложении.

Reuters проследила судьбу Брошкова и ещё десяти его товарищей – они были среди нескольких десятков новобранцев, прошедших в апреле-мае ускоренные курсы подготовки под Киевом, а затем отправленных на передовую.

Сегодня ни один из этих 11 человек не воюет. Четверо ранены, трое пропали без вести, двое находятся в самовольной отлучке, один тяжело заболел, ещё один покончил с собой. Таковы данные, полученные из интервью с солдатами, их родственниками и из официальных документов.

Судьбы этих молодых людей – моментальный снимок того изнурительного урона, который несёт Украине почти четырёхлетняя война с Россией. Обе стороны тщательно скрывают потери.

Reuters не удалось связаться с остальными участниками той весенней подготовки и понять, насколько показательны эти 11 случаев. Минобороны Украины и 28-я бригада, где служили новобранцы, запросы о комментариях оставили без ответа.

Главный герой репортажа Павел Брошков на одном из рекламных фото, агитирующих за подписание контракта «18-24».

На волосок от смерти

Сам Брошков смотрел смерти в лицо. В июне в Донецкой области он лежал неподвижно на поле боя с ранениями обеих ног. Над ним завис российский дрон с закреплённой взрывчаткой, готовый сбросить заряд. В последний момент товарищ сбил дрон из стрелкового оружия – это почти наверняка спасло Брошкову жизнь.

Его лучший друг Евгений Ющенко оказался менее удачливым. 25-летний Ющенко пропал без вести в середине июля, не вернувшись из боя. Его сестра Алина до сих пор ищет любую информацию и присоединилась к тысячам украинцев, чьи близкие исчезли на войне.

«Многие говорят, что он погиб. Кто-то – что он в плену», – говорит Алина, участвовавшая в конце октября в митинге на Майдане в поддержку семей пропавших военнослужащих. – «Я отказываюсь верить в его смерть до последнего».

Отправить брата на фронт где тот погиб через три месяца, а потом ходить на митинги чтобы что?

Ющенко – один из трёх пропавших без вести из этой группы (данные МВД Украины). Вместе с ним – 20-летний Борис Нику и 22-летний Илья Козик.

Иногда думаю: может, лучше бы я там с ним и остался, – говорит Брошков, до армии работавший продавцом. – Чтобы вместе воевать… и вместе лечь.

Сейчас он восстанавливается от ран в своей квартире в Одессе.

18-летний Юрий Бобрышев, записавшийся в армию после бегства из оккупированной Волновахи (там погиб его брат), тоже больше не воюет. Из неназванной страны, где он сейчас живёт, Юрий сказал Reuters по телефону, что в принципе готов вернуться в ВСУ, но только в другую бригаду: с прежними командирами у него серьёзный конфликт.

Жалею, что подписал контракт. Думал – попробую, заработаю бонус. А вышло всё наоборот.

Запах пороха и трупов

Программа набора молодёжи, запущенная в феврале, стала симптомом нарастающего кризиса в украинской армии, которая значительно уступает России и по численности, и по вооружению. Война уже унесла сотни тысяч убитых и раненых по обе стороны.

Средний возраст украинского военного – 47 лет (данные высокопоставленного дипломата, знакомого с ситуацией в обороне).

Программа предлагала добровольцам до 2900 долларов в месяц, единовременный бонус 24 000 долларов и беспроцентную ипотеку. Это стал отход от принудительной мобилизации, действовавшей с 2022 года [2].

Изначально призывали мужчин старше 27 лет – власти пытались сберечь молодёжь для послевоенного восстановления. В прошлом году возраст снизили до 25.

Прямо сейчас украинские силы обороны испытывают острую проблему с личным составом,

– сказал Алексей Мельник, директор программ внешней политики и международной безопасности Украинского центра Разумкова.

После регистрации Брошков быстро подружился с Ющенко в тренировочном лагере, а также с «Кузьмой» – 23-летним бывшим работником ресторана, который попросил называть его только по позывному, как это принято в украинской армии.

Весенние дни пролетели незаметно: рукопашный бой, работа с беспилотниками, физподготовка, психологические тренировки, сон и повторение. Инструкторы, прошедшие бои, твердили, что личные желания нужно оставить и действовать как единое целое.

По мере приближения дня отправки на фронт молодые новобранцы жаловались всё меньше: они привыкли подчиняться. «Получаешь приказ – и выполняешь», – говорит Брошков.

Первый приказ идти в бой поступил в ветреный и дождливый день в середине июня.

«Кузьма» был одним из первых, кого отправили на позиции. Он вспоминает, что вскоре попал под удар российского беспилотника и оказался на грани смерти. Он получил тяжёлое ранение живота, попытался позвать на помощь, но из прокуренных лёгких вырвался лишь хрип, прежде чем двое товарищей оттащили его в траншею. С тех пор Кузьму преследуют кошмары о его коротком участии в бою.

Это был запах, – говорит он. – Запах пороха и трупов.

Боевые товарищи, боль и ночные кошмары

В следующий раз Брошков и «Кузьма» увидели друг друга в больнице в Одессе. Брошков передвигался в инвалидном кресле, а «Кузьме» наложили длинные швы на всю переднюю часть туловища.

«Двое инвалидов от 18 до 24», – шутит Брошков.

Он также поддерживает связь с другими новобранцами из этой группы, включая Ивана Сторожука, также раненого в бою.

Двое новобранцев сообщили, что один из их сослуживцев покончил с собой, ссылаясь на разговоры в подразделении. Reuters ознакомилось с документом с фотографиями тела, который подтверждает, что человек с таким именем совершил самоубийство.

Полиция Донецкой области оставила запрос без ответа.

Выздоровление Брошкова сопровождается изнуряющими болями в ногах и периодическими ночными кошмарами. Он утверждает, что почти ни о чём не жалеет.

«Мне 20. Я толком не увидел жизнь, но я прошёл её. Если бы мне предложили сделать это снова – сделал бы», – говорит он.

Он считает, что сделал всё, чтобы не допустить прихода войны в свой дом. «Я сделал то, что должен сделать каждый ответственный гражданин Украины».

Его 19-летняя жена Кристина признаёт: этот опыт сильно изменил мужа.

«Ему тяжело. Почти все его сослуживцы пропали», – говорит она Reuters.

«Было бы лучше, если бы этого контракта никогда не существовало. Погибло столько молодых… Это же 18-летние подростки. Им ещё учиться и взрослеть».

Комментарии

Финальная реплика героя в материале Reuters – «Я сделал то, что должен сделать каждый ответственный гражданин Украины» – звучит как обязательный идеологический штрих, без которого сегодня трудно представить западный репортаж о войне. Эта формула работает примерно так же, как ритуальные вступления в советских книгах, где любой текст должен был начинаться с правильных славословий. Но при этом сама аналитическая ткань материала гораздо честнее и выпуклее. Автор фактически развеивает несколько укоренившихся иллюзий о состоянии украинской армии и механизмах её донабора, показывая ситуацию с молодыми бойцами без прикрас – такой, какой она выглядит на уровне человеческих судеб.

Во-первых, на Украине давно укоренилось общее убеждение, что мобилизованных едва ли не сразу бросают в бой без подготовки. Материал Reuters, как ни парадоксально, опровергает именно этот тезис. Судя по описанному, новобранцам действительно предоставляли полноценный курс обучения: с инструкторами, прошедшими реальный бой, с насыщенной программой, включавшей тактику, физическую подготовку, психоустойчивость и навыки работы с техникой.

По военным меркам два месяца интенсивной подготовки – это очень неплохой срок. Для пехотного подразделения подобный курс обычно считается достаточным, чтобы солдат хотя бы понимал, что делает, и не погибал на первых же метрах. Reuters, возможно сами того не желая, показали, что проблема ВСУ лежит не столько в качестве обучения, сколько в масштабах потерь, из-за которых даже подготовленные новобранцы оказываются в ситуации, где их навыки быстро обнуляются реальностью фронта.

Во-вторых, материал косвенно подтверждает то, о чём мы писали неоднократно: практика фиксации утрат как «пропавших без вести» используется не только по бюрократическим причинам, но и для минимизации обязательств государства перед семьями погибших. В статье Reuters это проявляется особенно наглядно. Если читать текст буквально, получается, что из все[ 11 добровольцев не погиб ни один. Формально – да, но трое числятся пропавшими без вести.

Но любой, кто знаком с фронтовой статистикой, понимает, что статус «пропал» в таких условиях почти всегда означает гибель. Иными словами, фактические потери — около трети от всей группы. Reuters это не проговаривает напрямую, но фактура материала позволяет сделать вывод без особых натяжек: формальные записи в документах и реальность на линии фронта – две разные плоскости, и разрыв между ними используется как инструмент управления статистикой.

В-третьих, в статье появляется любопытная подгруппа – двое дезертиров. Один из них, что особенно примечательно, каким-то образом покинул территорию Украины и говорил с корреспондентом уже «из неназванной страны».

Во-первых, это хорошо иллюстрирует масштаб самого явления. Если среди контрактников уровень самовольных отлучек, по открытым оценкам, достигает 20%, то можно представить, что происходит в категории тех, кого призывают без особого желания.

Во-вторых, остаётся вопрос: зачем скрывать страну, откуда разговаривал собеседник Reuters? Возможных объяснений масса — от банальной просьбы анонимности до политических рисков. Теоретически это могла быть и Россия; теоретически это мог быть и человек, оказавшийся в плену, а не в статусе дезертира. В рассматриваемой группе из 11 человек нет ни одного военнослужащего, официально попавшего в плен, хотя по оценкам OSCE Moscow Mechanism, в российском плену сейчас находятся около 6-8 тысяч украинских военнослужащих.

Сделать окончательный вывод невозможно – слишком мало исходных данных, а официальные структуры такие вопросы не комментируют. Но сам факт появления в материале фигуры «дезертира из неизвестной страны» добавляет к общей картине важный штрих: реальная статистика фронтовых потерь и перемещений остаётся непрозрачной даже для западных репортёров.

Они все «покончили с собой»

Ещё один контрактник, как сообщает автор, «покончил с собой». Что именно подтолкнуло человека к этому? В тексте – ни строки. Ответ, вероятно, можно найти в недавнем заявлении уполномоченной по вопросам защиты прав военнослужащих Ольги Решетиловой, по словам которой в ВСУ массово практикуется избиение, незаконное лишение свободы, угрозы жизни и здоровью военнослужащих и их родным.

Но, если смотреть шире, то по сути все одиннадцать фигурирующих в материале фактически «покончили с собой». Просто кто-то – самостоятельно, кому-то «помогли» российские дроны, а кто-то теперь будет тянуть эту ношу десятилетиями, оставаясь инвалидом.

И здесь возникает главный вопрос: ради чего всё это происходило?

Интересная деталь: Брошков – это болгарская фамилия. Болгары – одна из крупнейших национальных общин в Одесской области. То есть болгарин пошёл воевать за украинскую идею, и итог этого – пожизненная инвалидность. И он, якобы, об этом не жалеет? Через несколько месяцев закончатся деньги, полученные по контракту, и всё. Человек окажется без доходов, без профессии и без здоровья – в стране, где и до войны было трудно, а теперь, мягко говоря, непросто. Вот тогда, вероятно, и придёт настоящее осознание цены происходящего.

И последнее. В украинском общественном дискурсе сегодня постоянно звучит вопрос: «За шо гинули хлопці?» Под этим лозунгом медиасеть Банковой убеждает аудиторию, что останавливать войну нельзя – условия, мол, недостаточно выгодные.

К этой логике популярный Telegram-канал «ЗеРада» задаёт два вопроса:

• За что умирали «хлопці» с февраля 2025 года, если на тот момент можно было заключить сделку на условиях лучше нынешних?
• И за что они умирают сейчас? То есть какой именно пункт будущей договорённости Киев рассчитывает улучшить за счёт дальнейшего затягивания войны?

Вопросы действительно несложные. Куда сложнее – услышать на них чёткий ответ.

Оригинал статьи:

Band of brothers: how the war crushed a cohort of young Ukrainians

• Постоянно обновляемая лента со сценами принудительной мобилизации на Украине

Введение

Первые проявления украинской пропаганды появились ещё накануне развала Советского Союза. Националисты из «Руха» тогда активно продвигали тезис о необходимости отделения от СССР, поскольку украинцы якобы «кормят» русских. Это была смесь национального комплекса превосходства с сельским менталитетом, где основной мерой благополучия считалась еда.

В действительности, Украинская ССР потребляла из общего союзного котла больше, чем производила, как и большинство других республик. Реальными донорами общей экономики оставались РСФСР и Белоруссия. Однако обыватели верили националистам, рассуждая в привычных крестьянских категориях – о плодородной земле и мягком климате.

По факту Украина паразитировала на СССР, но по сравнению с другими национальными республиками очень скромно.

После распада СССР все бывшие республики закономерно столкнулись с глубоким экономическим кризисом. Но украинская пропаганда не только не свернула со своего курса, а, напротив, методично усиливала антироссийский вектор. За три десятилетия её базовый нарратив претерпел впечатляющую эволюцию – от «трудолюбивые украинцы кормят ленивых русских, поэтому нужно отделиться и зажить как Франция» до «все на войну с русскими, иначе русские перережут украинцев как свиней».

Проследим, как происходила эта трансформация под руководством шести украинских президентов — от Кравчука до Зеленского.

Леонид Кравчук: время становления

Период президентства Леонида Кравчука стал временем формирования украинской государственной идеологии и первых попыток институционализировать пропаганду. Открыто провозглашать прозападный курс тогда было невозможно – большинство населения выступало за сохранение тесных экономических связей с Россией, что подтверждали все социологические опросы начала 1990-х годов.

В культурной сфере украинское общество оставалось преимущественно русскоязычным. Для большинства граждан естественным казалось сосуществование украинского и русского языков по принципу, схожему с канадским – где государственным является английский, но языки меньшинств сохраняют своё место в общественной жизни. Это обеспечивало доступ к обширному корпусу русскоязычных знаний, технической, научной и образовательной информации.

Однако Кравчук выбрал иную линию. Его политика строилась на ориентации на Запад, постепенной украинизации и системном разрыве исторических и экономических связей с Россией. Для населения такие шаги были экономически и социально невыгодны, но новая украинская элита видела в этом возможность политического самоутверждения. Именно тогда пропаганда начала выполнять свою ключевую функцию – убеждать граждан, что интересы элиты совпадают с интересами народа.

Леонид Кучма: игнорирование идеологии приводит к майданам

С приходом к власти Леонида Кучмы в 1994 году прежняя линия идеологического разрыва с Россией получила продолжение, хотя внешне стала более гибкой. Основой внешней политики стала так называемая многовекторность – попытка балансировать между Москвой и Западом. Националистические силы воспринимали такую позицию как предательство, ведь в их картине мира служить можно лишь одному господину – тому, кто сильнее и богаче.

Во внутренней политике при Кучме окончательно оформилось идейное ядро националистической элиты, продвигавшее постепенную украинизацию, культурную переориентацию и осторожное, но последовательное дистанцирование от России. Одновременно сам государственный аппарат оставался безыдейным и воспринимал идеологию как нечто второстепенное. Именно эта аполитичность власти и стала ахиллесовой пятой режима.

Главной ошибкой Кучмы в сфере пропаганды было то, что он не установил эффективный контроль над украинскими средствами массовой информации. Бывший директор завода, он поддался внушённому извне мифу о «независимости СМИ как признаке демократии». Тем временем западные структуры активно формировали украинское медиапространство под себя, целенаправленно работая с журналистами и редакциями, формируя у них антивластные установки.

В результате весь период президентства Кучмы сопровождался чередой информационно-политических кризисов – «кольчужный скандал», «плёнки Мельниченко», протестное движение «Украина без Кучмы». Каждая из этих кампаний имела выраженный западный след и готовила общественное мнение к будущим «цветным» сценариям.

Формально Кучма досидел свой срок, но завершил его в условиях глубокой деморализации власти. Именно слабость идеологического фундамента и потеря контроля над информационным пространством стали одной из причин первого успешного госпереворота – «оранжевой революции» 2004 года, приведшей к власти прозападного ставленника Виктора Ющенко.

Виктор Ющенко: период идеологизации

С началом президентства Виктора Ющенко украинская пропаганда вышла на новый уровень. Сформированная при Кучме националистическая элита вошла во власть. Впервые была выстроена системная информационная политика, направленная на формирование прозападной идентичности Украины. Средства массовой информации активно использовались для продвижения внешнеполитических приоритетов президента и укрепления националистического дискурса.

Одним из ключевых направлений стала кампания по вступлению Украины в НАТО, запущенная в 2006 году. Несмотря на значительные ресурсы и поддержку США, она имела ограниченный эффект – идею членства поддерживали лишь около 20 % населения. Тем не менее украинская пропаганда продолжала развивать эту тему, и, как мы знаем, сейчас членство Украины в НАТО поддерживает 83 % граждан Украины. Капля камень точит.

При Ющенко в 2006 году впервые была предпринята попытка создания единой православной церкви на Украине под омофором Константинопольского патриархата. Проект не состоялся из-за отказа главы Киевского патриархата Филарета принять статус экзархата, однако сама инициатива сопровождалась активной информационной кампанией.

Краеугольным камнем государственной пропаганды при Ющенко стала тема так называемого «голодомора». В 1932-33 годах на территории Украины, России и Казахстана был реальный голод, от которого погибло около 7 миллионов человек. Но в украинской пропаганде эта трагедия стала искажённо подаваться как акт целенаправленного уничтожения украинцев русскими по национальному признаку.

Надо сказать, что народ не принял все эти новшества – на следующих президентских выборах за Ющенко проголосовали всего 5,45 % избирателей, и он был с позором изгнан с украинского политического Олимпа.

Виктор Янукович: «Кучма 2.0» с тем же результатом

Период президентства Виктора Януковича стал временем нарастающего конфликта идентичностей и внешнеполитического выбора. Следуя линии «многовекторности», Янукович, подобно Кучме, пытался удержать баланс между Россией и Западом. Почти сразу после избрания в 2010 году он инициировал переговоры об Ассоциации Украины с Европейским союзом. Украинская пропаганда активно поддерживала этот процесс, формируя в общественном сознании идеализированный образ Европы как символа «земного рая».

С другой стороны Россия предлагала Киеву участие в Таможенном союзе. Фактически это была закамуфлированная форма российских дотаций Украине в обмен на политическую лояльность. Однако украинская пропаганда представляла этот проект как «таёжный союз», отжившую форму по сравнению с «сияющим европейским будущим». Россия тогда впервые попыталась повлиять на украинское общественное мнение, но делала это крайне неумело. На фоне эмоциональных сюжетов о богатой и свободной Европе российская аргументация выглядела уныло – сухие цифры, чиновничьи лица, результат был предсказуем.

Во внутренней политике Янукович полностью повторил ошибки Кучмы. Он игнорировал идеологическую и информационную составляющую, полагая, что экономический рост сам обеспечит поддержку населения. Между тем накануне событий 2013 года рост ВВП Украины достигал 13 % – показатель, о котором сегодня мало кто вспоминает. Однако и Янукович, и, собственно, обеспечивший этот впечатляющий экономический рост премьер-министр Николай Азаров исходили из убеждения, что «бытие определяет сознание», и полностью оставили информационную сферу без внимания. Украинские СМИ, почти все находившиеся под контролем олигархов, занимали оппозиционную позицию по отношению к власти.

В результате в стране развернулась масштабная информационная кампания против власти. Темы коррупции, злоупотреблений и «золотого унитаза» в «Межигорье» стали символами этой кампании. Информационно-политические операции вроде «Врадиевки» и истории с «титушками» стали репетицией будущего кризиса. Когда в ноябре 2013 года Янукович отказался подписывать соглашение об Ассоциации с ЕС, это решение стало триггером массовых протестов, завершившихся государственным переворотом 2014 года.

Итог закономерен: Янукович, не сделавший выводов из ошибок Кучмы, повторил их в точности – с тем же катастрофическим результатом. Сегодня бывший президент живёт в изоляции в Подмосковье – символ своего политического бессилия и поражения.

Пётр Порошенко: «Армия. Язык. Вера.»

После событий 2014 года украинская информационная система была полностью перестроена на военные рельсы. Любые публичные симпатии к России, русскому языку или культуре фактически стали табу. Главным инструментом новой идеологии стала концепция постоянного внешнего конфликта с Россией. Средства массовой информации активно формировали образ России как врага, а антироссийская риторика стала основой внутренней консолидации власти.

Параллельно пропаганда использовала и положительные стимулы – прежде всего, продвижение идей евроинтеграции. Ассоциация с ЕС и безвизовый режим преподносились как исторические достижения, хотя их реальный эффект для граждан оказался минимальным. Позднее в качестве нового символа «национального успеха» был задействован томос об автокефалии, сопровождавшийся масштабной пиар-кампанией и ставший центральной темой президентской гонки 2019 года.

Предвыборный лозунг Порошенко «Армия. Язык. Вера.» стал концентрированным выражением идеологического курса того времени. Он обозначал три главных направления украинской политики: милитаризация, украинизация и уничтожение канонического православия. Однако эффект оказался обратным. Народ – тот самый народ, которого почти три десятилетия приучали к русофобии и слепой вере в «европейский выбор», – возненавидел Порошенко. Такой степени отторжения прежде ранее не вызывал ни один украинский лидер.

Период правления Порошенко завершил этап идеологического созревания украинской пропаганды. К тому моменту она уже превратилась в отлаженный инструмент, способный формировать массовое сознание независимо от реального положения дел в экономике или политике. Порошенко создал систему, в которой любые альтернативные точки зрения автоматически объявлялись «российскими нарративами», а сам факт несогласия с линией власти приравнивался к государственной измене.

Когда на смену ему пришёл Владимир Зеленский, казалось, что общество устало от идеологического давления и ждёт разрядки. Но на деле именно Порошенко подготовил для Зеленского идеальную площадку – централизованные, полностью подчинённые власти СМИ, такую же подчинённую элиту, контролируемое информационное пространство в Интернете, управляемое через эмоциональные триггеры. Зеленскому оставалось лишь сменить декорации, заменив тяжёлую риторику военной мобилизации на язык шоу-бизнеса, но суть осталась прежней: управление сознанием через страх, иллюзии и упрощённые лозунги.

Владимир Зеленский: истерия военной пропаганды

В первые годы правления Владимира Зеленского медиа активно эксплуатировали две темы – «мир в Донбассе» и «наказание прежней власти». Через сериалы, ток-шоу и постановочные новостные поводы формировался образ президента, искренне желающего перемен, но ограниченного «плохим окружением». Этот нарратив стал современной версией старого мифа о «добром царе и злых боярах». Уже тогда сложилась модель, в которой поток новостей, кризисных поводов и эмоциональных сюжетов создавал постоянное состояние тревоги и зависимости общества от официальных источников информации.

Если при Кучме и Януковиче (и частично при Ющенко) пропаганда делала ставку на демонстрацию позитивных достижений – реальных или мнимых, – то при Порошенко и особенно при Зеленском центр тяжести сместился на демонизацию России. Сложидась парадоксальная ситуация когда украинские СМИ начали уделять событиям в России больше внимания, чем собственным. Манипуляции уступили место откровенным фейкам, а исторические сюжеты стали беззастенчиво переписывать ради создания образа России и русских как абсолютного зла.

После февраля 2022 года эти тенденции окончательно оформились в единую стратегию, которую можно обозначить одним словом – истерия. Информационные потоки превратились в лавину выдуманных сюжетов, рассчитанных исключительно на эмоции страха и ненависти. Была создана целые глобальные кампании по фабрикации событий – самым известным примером стала так называемая «резня в Буче». Садистские фантазии выдаются за свидетельства очевидцев, а любые попытки сомнений объявляются «работой на врага».

Характерный эпизод того времени привёл одесский журналист Юрий Ткачёв, исчезнувший вскоре после начала СВО. Он рассказывал, что знакомые – образованные и уравновешенные люди – всерьёз просили спрятать их в случае входа российских войск в Одессу, чтобы их «не увезли в сибирские лагеря». Эти истории стали символом того, как глубоко украинская пропаганда смогла разрушить психику общества, превратив страх в главный инструмент власти.

Заключение

За три десятилетия Украина прошла путь от хаоса первых лет независимости при Кравчуке к относительно устойчивой, хотя и коррумпированной демократии времён Кучмы и Януковича, а затем стремительно скатилась в тоталитаризм эпох Порошенко и Зеленского. Эволюция украинской пропаганды полностью отражает этот путь: от спонтанных лозунгов националистов начала 1990-х до тотальной русофобской истерии, ставшей официальной идеологией государства.

От независимых СМИ времён Кучмы–Януковича сегодня не осталось и следа. Независимые журналисты либо эмигрировали — как Максим Равреба, либо убиты — как Олесь Бузина, либо находятся в тюрьмах — как Дмитрий Скворцов. Украинская информационная система превратилась в отлаженный механизм подавления альтернативных мнений, где любое инакомыслие приравнивается к государственной измене.

Кучма: «Украина – не Россия», Порошенко: «Украина – Антироссия», Зеленский: «Украина – не Афганистан».

Пропагандистская машина Украины окончательно вышла за пределы разума и морали. Общество живёт в мире, напоминающем антиутопию Джорджа Оруэлла, где «война – это мир, свобода – это рабство, незнание – сила». Искажённая картина реальности стала основой политической устойчивости и способом удержания власти.

Пока страх сильнее отчаяния – система выглядит устойчивой. Запуганные граждане не помышляют о протестах, а «картонные майданы» прозападных активистов служат лишь имитацией общественной жизни. Украина раскололась на две неравные части: «сектантов», фанатично верящих в телевизионную правду, и «внутренних эмигрантов», прячущих собственные мысли, чтобы не стать жертвой доноса.

У первых под воздействием идеологического транса произошла внутренняя деградации сознания когда эмоциональный комфорт стал им подменять реальность. Эти люди буквально ослеплены ненавистью. А вторые просто выживают как могут. Но там, где правда утратила ценность, общество обречено вращаться в круге своих иллюзий – пока сама реальность не разорвёт этот круг.

О том, что якобы украинский язык – второй по мелодичности после итальянского знают все на Украине. Причём, миф этот очень старый и известен ещё с советских времён.

Учителя меня ещё в глубоком СССР заставляли учить мову (я отчаянно сопротивлялся), приводя два железных, по их мнению, аргумента. Первый: «если ты ешь украинский хлеб, то должен учить украинский язык!». Второй – вот этот – про особую красоту и мелодичность украинского языка.

Первый довод я искренне пытался осмыслить, но никак не мог найти связь между хлебом как продуктом, который продаётся в магазине, и необходимостью ради этого тратить время на совершенно ненужный мне предмет. Буханка белого хлеба тогда стоила 16 копеек и многие у кого были частные дома покупали сразу по десятку буханок. Это был самый дешёвый корм для свиней, которых многие тогда держали даже и в городах ибо мяса в магазинах не было.

О том, что коммунисты насаждали мову похлеще нынешних патриотов - в современной Украине не знают. Более того, убеждены в том что в СССР украинский язык притесняли. Причём, никакие документы неспособны поколебать эту их картину мира.

А вот в миф о том, что украинский язык – второй по мелодичности в мире после итальянского, я искренне верил. А как было не верить, если это была общеизвестная истина?

Откуда взялась легенда и что о ней известно

Впоследствии этот миф обрёл конкретные очертания. Якобы, в 1934 году в Париже проходил конкурс красоты языков, на котором украинский язык занял третье место после французского и фарси по таким критериям как фонетика, лексика, фразеология, структура предложений. Мелодичность украинского языка признана второй по красоте среди языков мира после итальянской.

Даже миф об уникальной мелодичности мовы - и тот придумал русский.

А потом оказалось, что всё это ложь. Никакого конкурса языков никогда не было. Да и это, если вдуматься, было понятно изначально: ранжировать языки по каким-то там критериям и проводить подобные нацистские конкурсы никто бы в здравом уме не стал. Да и нет в этом никакого практического смысла. Ну, допустим, признали бы что немецкий язык – самый отвратительный по звучанию, и что? Немцам надо из-за этого на украинский переходить что ли?

Отцом мифа о том, что украинский язык – второй по мелодичности после итальянского считается русский историк Николай Бантыш-Каменский, имеющий смешанное молдавско-малороссийское происхождение. Но он эту идею высказывал просто как личное мнение в отношении малороссийского наречия. Сочинить сказку про конкурс красоты языков в Париже в 1934 году он никак не мог, поскольку умер в 1814 году.

Так что кто придумал сказку про конкурс красоты языков остаётся неизвестным. Да это и не важно.

И второе: мелодичность – это самый последний критерий качества языка. Главное – это насколько полно язык передаёт всю сложность реальной жизни. Чем сложнее жизнь, чем более развита наука, литература – тем развитее язык. Чем проще жизнь – тем язык примитивнее.

Респект авторам украинского учебника - они зачем-то сами опровергли свой же миф.

• Пропаганда мирного времени 1991-2013 гг.
• Асимметричная пропаганда 2014-2022 гг.
• «Бандеровцы» в российской пропаганде
• Асимметрия сохраняется: 2024 – наше время
• Выводы

История российско-украинского информационного взаимодействия делится на три этапа, каждый из которых имеет свои характерные особенности.

Пропаганда мирного времени 1991-2013 гг.

Пропаганда мирного времени строится на тезисе «мы хорошие», а военная пропаганда – на тезисе «они плохие». До госпереворота 2014 года и Украина и Россия вели пропаганду в режиме мирного времени.

Россия → Украина

В российском патриотическом дискурсе утвердилось мнение, что Москва этот раунд информационного противоборства проиграла Западу. Главный аргумент – Кремль делал ставку на договорняки с властной верхушкой, тогда как Запад работал с населением. Но такая трактовка упрощает ситуацию до её искажения.

Да, Россия действительно предоставляла масштабные преференции украинской экономике, что обогащало прежде всего местных олигархов. Однако Запад тоже активно взаимодействовал с украинскими элитами, причём, как оказалось, делал это намного эффективнее. Достаточно сказать, что на момент переворота весь украинский олигархат за исключением Вадима Новинского и Виктора Медведчука был ориентирован на Запад.

На низовом уровне картина была сложнее. До 2014 года украинцы имели свободный доступ к российскому телевидению, а значит находились под постоянным воздействием российской пропаганды. У Запада таких прямых каналов влияния не было. Вместо этого там сделали ставку на более тонкие механизмы: широкую сеть неправительственных организаций, грантовые фонды, культурные центры и массовые образовательные программы.

Особую роль сыграли американские и европейские образовательные инициативы. С начала 1990-х годов тысячи украинцев участвовали в программах обмена и стажировках. Только через FLEX (Future Leaders Exchange Program) прошло более 8 тысяч украинских школьников. Программа IREX обучала сотни журналистов ежегодно. По линии «Open World» в США побывало свыше 3 тысяч представителей украинской элиты – чиновников, юристов, активистов. Добавим к этому грантовые проекты USAID и программы Европейской комиссии: через них за два десятилетия десятки тысяч украинцев оказались интегрированы в западное образовательное и профессиональное пространство.

Практически все ведущие украинские журналисты, а также значительная часть региональных медиаработников хотя бы раз бесплатно стажировались в США или ЕС. Через «сито» подобных программ прошли будущие лидеры мнений, которые затем формировали повестку внутри страны. Это стало системной «вербовкой» в мирной форме – через обучение, обмен опытом и включение в западную культурную среду.

Россия на этом направлении практически отсутствовала. Программ для украинских журналистов не существовало вовсе. Попытки создать аналоги западных НГО на Украине были, но эти организации могли объединить людей лишь на основе русской дворянской культуры XIX века – что было хорошо, но явно недостаточно. Да и выглядело это на фоне «модных» западных структур явно архаично.

Украина → Россия

Можно ли говорить о том, что Украина вела собственную трансграничную пропаганду в отношении России? Ответ скорее отрицательный. На государственном уровне Киев не выстраивал целенаправленной политики в этой сфере. Преобладало молчаливое игнорирование, иногда с элементами символического троллинга типа нанесения на денежную купюру изображения гетмана Мазепы.

Главные процессы шли снизу. В 2000-е на интернет-форумах, а затем в социальных сетях, сформировалась сравнительно небольшая, но устойчивая группа «украинских патриотов», транслировавших антироссийскую риторику. Ядро этой группы составляли выходцы из западных НГО. Они умело выдавали себя за «голос народа» и в результате именно эта группа стала формировать образ Украины в виртуальном пространстве.

Домайданный интернет превратился в арену масштабной украино-российской дискуссии. В ней одновременно участвовали десятки, а возможно и сотни тысяч пользователей. Схема этой полемики была довольно устойчива: украинская сторона занимала атакующую позицию, сыпала обвинениями и оскорблениями, тогда как российская аудитория чаще действовала в оборонительном ключе. Попытки «разъяснить», «открыть глаза» или «помириться» выглядели наивными и заканчивались безрезультатно.

Асимметричная пропаганда 2014-2022 гг.

Украина → Россия

После переворота 2014 года информационная политика Киева начала стремительно перестраиваться с мирной модели на военную. Прежняя пассивность сменилась курсом на жесткое ограничение российских источников влияния.

В августе 2014 года был введён первый пакет ограничений против российских телеканалов, а в марте 2016 года последний российский телеканал исчез из украинского эфира.

Следующим шагом стала масштабная блокировка российских интернет-сервисов. 16 мая 2017 года указом Петра Порошенко на территории Украины были запрещены социальные сети VKontakte (VK) и «Одноклассники», поисковая система и сервисы «Яндекса», почта Mail.ru, антивирус Kaspersky Lab, и даже ни в чём не виноватое бухгалтерское ПО «1С».

Эти меры уже не имели отношения к защите культурного пространства – они носили ярко выраженный характер военной мобилизации.

Затем репрессивные меры затронули и внутреннее информационное пространство. В феврале 2021 года власти заблокировали несколько украинских телеканалов, не контролируемых Офисом президента. Это позволило создать замкнутую медиасреду, в которой альтернативные точки зрения были полностью устранены.

Активно развивалась блогосфера. Помимо НГО в «информационную войну» профессионально включились и государственные структуры. В мае 2021 в структуре Минобороны Украины были созданы кибервойска. Начали создаваться координационные платформы, где «добровольцы информационной войны» стали получать методическую и организационную помощь.

Россия → Украина

Существенные изменения произошли и в российской политике информационного влияния на украинском направлении. После 2014 года Москва лишилась всех прежних инструментов: российские телеканалы на Украине были закрыты, а пророссийские общественные организации разгромлены. Их лидеры нередко оказывались за решёткой по политически мотивированным обвинениям. Достаточно упомянуть истории Виктора Шестакова и Татьяны Кузьмич – показательные примеры того, как киевские власти выстраивали системное преследование любых структур, связанных с Россией.

Поскольку традиционные каналы российского влияния на Украине оказались полностью ликвидированы, на первый план вышла блогосфера. Однако здесь также произошёл перелом. Былые яростные дискуссии между сторонниками и противниками нового пути Украины остались в прошлом.

С украинской стороны в виртуальном пространстве тотально доминировали организованные и оплачиваемые группы профессиональных авторов и комментаторов. Российский же сегмент представляли отдельные энтузиасты-дилетанты, лишённые ресурсной базы и организационной поддержки. Они как-то пытались обороняться, но постепенно их энтузиазм угас, и сама дискуссия в значительной мере сошла на нет.

В 2010-е годы ключевой площадкой для политических дискуссий был Фейсбук. Однако политика администрации соцсети, активно поддерживавшей украинскую сторону, постепенно вытесняла российских пользователей. Наиболее яркие российские блогеры постепенно перемещались в Telegram.

При этом для российских пользователей сохранялась проблема «невидимого барьера»: даже при обходе блокировок их аккаунты удалялись администрацией «за нарушение правил сообщества» сразу после регистрации – то есть ещё до того как они успевали проявить хоть какую-то активность. В итоге «промайданная» точка зрения в Фейсбуке победила, однако это произошло не демократическим путём, а тоталитарным способом физического устранения оппонента.

«Бандеровцы» в российской пропаганде

Принципиальное различие между киевской пропагандой и московской состояло в том, что Киев после 2014 года на Украине журналисты и блогеры были образно выражаясь, мобилизованы на информационный фронт. В Москве же подходы к информационной политике не изменились. Каноническая советская концепция «дружбы русского и украинского народов» по-прежнему служила официальной рамкой, но именно она лишала Москву пространства для манёвра.

Реальность кровопролитного конфликта в Донбассе вступала с этой рамкой в очевидное противоречие: как можно говорить о «братских народах», когда ежедневно идут бои и гибнут люди?

Чтобы преодолеть это логическое несоответствие, в российской информационной политике появился виртуальный конструкт «бандеровцев» – образ некоей агрессивной группы без чёткой национальной принадлежности. Именно они, по официальной версии, вели войну, фактически «держали в заложниках» обычных украинцев и мешали реализоваться «настоящему братству» между двумя народами.

Таким образом, любовь к украинцам можно было сочетать с реалиями войны против Украины. Образ «плохого меньшинства» объяснял войну, сохраняя при этом иллюзию братства с «обычными украинцами». Но вместе с тем этот конструкт сделал невозможным развитие более сложной и реалистичной картины конфликта – и тем самым ограничил потенциал российской информационной политики.

Асимметрия сохраняется: 2024 – наше время

Украина → Россия

С началом открытой фазы конфликта в феврале 2022 года украинские власти предприняли комплекс мер по полному разрыву информационного пространства с Россией. Первым шагом стало ограничение выезда мужчин призывного возраста за границу, что фактически сделало невозможным сохранение «альтернативных» источников информации через личные поездки.

Следом был возведён «национальный файрволл»: российские сайты и социальные сети оказались заблокированы, а доступ к украинским ресурсам был закрыт для пользователей из России. В результате возникла практически непроницаемая цифровая стена, разрезавшая общее информационное пространство, ещё недавно существовавшее между двумя странами.

СБУ и другие силовые структуры начали кампанию массовых арестов блогеров и журналистов, чьи высказывания казались двусмысленными или недостаточно лояльными. Под «угрозой национальной безопасности» попадали даже минимальные отступления от официальной линии – например, сомнения в правильности конкретных решений власти или попытки обсуждать потери на фронте.

Для внутренней аудитории же мало что изменилось. Украинское информационное поле ещё в 2014–2021 годах прошло через этапы милитаризации и централизации. Поэтому с 2022 года мы наблюдаем не качественный перелом, а лишь усиление прежних тенденций: демонизация противника, героизация собственной армии, стирание границ между фактами и пропагандой. Полная гомогенизация медийного пространства сделала невозможным существование альтернативных точек зрения.

Эта система оказалась эффективной для мобилизации общества и подавления оппозиции, но у неё есть и оборотная сторона. Полное информационное единообразие снижает уровень критического восприятия и порождает «пузырь» общественных ожиданий. В долгосрочной перспективе это чревато сильным разрывом между официальной картиной войны и личным опытом граждан, сталкивающихся с потерями и экономическими трудностями.

Россия → Украина

В российской концепции работы с украинским информационным пространством с начала конфликта также всё стабильно. Информационная политика внутри России строится не в логике войны, а в логике мирного времени: аудиторию не мобилизуют на борьбу с врагом, а, наоборот, погружают в «тёплую ванну» безмятежности.

Что касается работы на украинскую аудиторию, то она практически отсутствует. У России нет ни одного мощного спутникового телеканала или популярного новостного сайта на украинском языке, хотя такой инструмент мог бы оказывать значительное влияние прежде всего на население западных регионов.

Ещё более парадоксальна ситуация с восточными регионами Украины, где традиционно проживают миллионы русских. Формально эта аудитория является «естественной базой» для Москвы, но использовать этот потенциал мешает внутренняя национальная политика. Установка на «национальную слепоту» делает невозможным использование национальной идентичности как инструмента влияния. В результате миллионы русских Украины не видят в России естественного ориентира, а Москва продолжает мыслить примитивной схемой «на Украине живут украинцы».

На русском языке существует ряд проектов – например, портал Украина.ру, однако их совсем немного и они не формируют полноценного медийного фронта. Есть и интересные аналитические проекты, например, Alternatio.org, однако заметно, что финансируются они крайне скудно.

Выводы

Тридцать лет назад большинство украинцев относились к России с симпатией, а националистические движения воспринимались как маргинальные. Однако именно в этот период Запад начал планомерную работу с украинскими элитами и молодёжью, тогда как Москва ограничивалась экономическими преференциями и декларациями «дружбы народов».

Сегодня результат этого асимметричного противостояния очевиден. Украина сумела создать устойчивую картину врага в лице России и мобилизовать общество через систему военной пропаганды. Россия же продолжает придерживаться концепции «братского народа», которая плохо соотносится с реальностью кровопролитного конфликта и не даёт пространства для эффективных информационных стратегий.

В условиях войны информационная составляющая играет роль не менее важную, чем военные действия. Солдаты верят в победу и боятся плена не только из-за фронтовой обстановки, но прежде всего потому, что так им внушает пропаганда. Эти иллюзии имеют реальные последствия – от боевого духа до количества жертв.

Киевские кампании носят жёсткий и циничный характер: демонстрация зверств и ненависти становится нормой, которая поддерживается обществом. Атмосфера массового одобрения радикальных действий искажает картину реальности и закрепляет милитаристский консенсус.

Ключевую роль в этих процессах играют Центры информационно-психологических операций, получающие методическую и техническую поддержку НАТО. Их инициативы подхватываются западными медиа и многократно усиливаются глобальными каналами коммуникации. В итоге создаётся эффект замкнутого информационного круга, в котором украинское общество существует уже не первый год.

Для России это означает необходимость переосмысления всей стратегии информационного противоборства. Без ясной и адресной пропагандистской линии, рассчитанной как на внутреннюю, так и на украинскую аудиторию, любое военное или дипломатическое усилие будет обесцениваться.

Можно сказать немало нелицеприятного в отношении российских так называемых «либералов». Но в отношении очень многих из них можно сказать, что они люди, как правило интеллигентные. В их рядах есть, конечно, всякие, но все же, все же. Очень многие из них люди воспитанные, образованные, представители интеллектуальных профессий. Как наверху либеральной тусовки, так и в ее широких массах. С поправкой на уровень.

Исходя из этого, идеальную модель будущего России они видят в построении демократии западного образца, перевоспитании «темного» народа, создания из него «гражданского общества». В общем – вхождения России в «мировую семью» на равных правах при условии «соответствия требованиям».

Модели этой не одна сотня лет – испокон веков русская элита делилась на «западников» и «славянофилов», и ничего тут нового нет. Сейчас не станем обсуждать какая модель лучше, а сразу перейдём к Украине. Российские либералы считают, будто Украина сделала решительный шаг в том направлении, куда они со столь малым успехом заталкивают Россию.

Конечно же, это не так. И трагическое непонимание украинских реалий приводит российских либералов к постоянному когнитивному диссонансу. Этому есть по крайней мере три причины.

Иллюзия «союзничества» через принцип «враг моего врага»

Российская либеральная интеллигенция часто рассматривает украинских националистов как естественных союзников в силу общей оппозиции к нынешним властям России. В их восприятии должна работать схема «враг моего врага – мой друг». Однако на практике этот принцип в украинском контексте не имеет силы.

Украинские националисты видят в любом русском – вне зависимости от его политических взглядов – представителя «чужого» мира. Для них этническая и культурная идентичность оказывается важнее любых идейных установок. Поэтому попытки российских либералов наладить диалог встречают холодное отчуждение.

Такое непонимание рождает у части российской интеллигенции когнитивный диссонанс. Их стремление к сближению воспринимается с равнодушием или даже враждебностью. Это показывает принципиальное несовпадение мировоззренческих основ двух лагерей.

Украинский национализм и отношение ко всему русскому

Ключевой особенностью украинского национализма является его направленность не против отдельных политических институтов или фигур, а против русской идентичности как таковой. Для него характерно отрицание всего русского – языка, культуры, традиций.

Российские либералы, привыкшие мыслить в категориях идейного плюрализма, недооценивают этот фактор. Они склонны думать, что личная позиция или политическая ориентация может изменить отношение к ним. Но для радикалов этого недостаточно – национальная принадлежность оказывается решающей.

Таким образом, ненависть ко всему русскому является не случайным элементом, а фундаментальной основой украинского национализма. Именно этот момент делает невозможным любое сближение на почве общих политических целей.

Отсутствие интеллигенции в националистическом лагере

Ещё одним фактором, не замечаемым российскими либералами, является отсутствие в украинском националистическом движении интеллигенции в классическом российском смысле. Под ней традиционно понимается культурный слой, опирающийся на ценности гуманизма, просвещения и нравственной ответственности.

В украинской националистической среде преобладают иные установки – прагматизм, этническая замкнутость и ориентация на жесткую социальную и политическую иерархию. Это делает невозможным появление той интеллектуальной традиции, которая исторически существовала в России.

В итоге российские либералы проецируют собственные культурные ожидания на движение, которому чужды подобные ориентиры. Их ошибки восприятия объясняются тем, что они пытаются найти аналоги российской интеллигенции там, где их просто нет.

• Первоисточник мифа: «Новая почта»
• Наследники «Комсомольской правды»
• Предыстория
• Развитие мифа
• Пропагандистское значение мифа
• Объективная картина
• Почему украинцы верят нелепым мифам
• Психологический перенос и «фекальная тема»
• «Золотой унитаз» Януковича: миф и реальность
• Исторический контекст
• Почему Украина проводит эффективные информационные операции, а Россия – нет?

С начала военных действий на Украине в украинском сегменте Интернета активно распространялись слухи о том, что русские солдаты якобы воруют унитазы, потому что никогда их не видели.

С практической точки зрения оно было совершенно нелепым: если есть канализация, то есть и унитаз в каждой квартире; если канализации нет, то и унитаз попросту не нужен. К тому же этот предмет тяжёлый, хрупкий и малоценный – один из наименее удобных для транспортировки.

Тем не менее, вопреки логике и здравому смыслу, этот образ стремительно закрепился в украинском информационном пространстве и превратился в полноценный мем. Возникает закономерный вопрос: кто придумал этот сюжет, зачем он был запущен и почему он так прочно прижился?

Чтобы разобраться, нужно проследить историю возникновения мифа о «ворующих унитазы», понять его политическое значение и то, что сам этот сюжет говорит о его носителях.

Первоисточник мифа: «Новая почта»

Эта очень гнусная на самом деле история берет начало с поста пресс-службы «Новой почты» в соцсети X, опубликованного 27 сентября 2022 года в 13:16. В нём была выложена фотография туалета со снятым унитазом и следующей подписью:

Вернулись в освобожденные города Харьковщины и в одном из отделений увидели вот такое… Кто догадался, что для оккупанта самое большое сокровище?

Тот самый первый пост с которого все началось.

Возникает вопрос: на каком основании авторы поста в Киеве решили, что унитаз забрали именно «оккупанты»? В течение определённого времени отделение находилось вне контроля какой-либо власти, и снять оборудование мог кто угодно. Однако в украинском инфополе ответ на вопрос «кто украл унитаз» нашёлся мгновенно и без тени сомнений.

Стоит отметить и техническую деталь: опубликованная фотография была маленькой и низкого качества, хотя X позволяет загружать изображения гораздо большего формата. Немного забежим вперёд, но в информационных часто специально искусственно снижают качество фото- и видеоматериалов чтобы скрыть детали, которые могут выдать постановочный характер. Так было, в частности, в информационной операции с Бучей, которую мы также подробно разбирали.

Наконец, важный контекст: с начала конфликта «Новая почта» стала фактически частью военной логистики, перевозя под видом гражданских отправлений грузы военного назначения. «Новая поста» – это не просто гражданская компания, для сегодняшней Украины это де-факто важнейшее военное предприятие. Именно по этой причине её склады неоднократно становились целью российских обстрелов.

Наследники «Комсомольской правды»

Спустя три часа, в 16:24, на бывшем сайте «Комсомольская правда – Украина», переименованном в «Коротко Про» (чтобы сохранить смысл домена kp.ua), появляется новость с ехидным заголовком:

«Вторая армия мира» во время отступления украла унитаз из отделения «Новой почты» в Харьковской области.

Далее в материале утверждалось:

В одном из отделений «Новой почты» на деоккупированных территориях Харьковщины украли унитаз. Сотрудники уверены, что его захватили с собой русские военные во время отступления.

– Вернулись в освобожденные города Харьковщины и в одном из отделений увидели вот такое. Кто догадался, что для оккупанта самое большое сокровище? - говорится в сообщении.

О том, что российские солдаты воруют унитазы и другие вещи с оккупированных украинских территорий, стало известно благодаря квитанциям «Почты России» и размещению объявлений о продаже награбленного в онлайн-магазинах. Унитазы стали своеобразным символом русского военного мародерства.

«Сотрудники уверены» - на основании чего они уверены? Любой профессиональный журналист отразил бы именно эти факты, но их нет. Взятую с потолка уверенность сотрудников читателю предлагается просто разделить.

Вот такие приехавшие в Киев селянки и составляют сейчас костяк пропагандистской машины - Марина Тищенко.

Естественно, никаких квитанций «Почты России» и никаких объявлений «о продаже награбленного в онлайн-магазинах» нет и не было – это была чистая выдумка для придания новости убедительности и для увеличения объёма.

Статью сопроводили странной иллюстрацией: на чьей-то ладони стоят крошечные фигурки российских солдат – один несёт унитаз, другой советский чугунный радиатор. Внизу изображения стоит плашка «РЕЙТЕР». Логично предположить, что речь идёт о Reuters, однако тогда возникает вопрос: откуда у британского агентства могло оказаться фото самодельных фигурок? Характерные фигурки были явно изготовлены после начала СВО (на рукавах у солдат соответствующие символы) но до начала информационной кампании, то есть целенаправленно изготовлены под неё.

Автор заметки – Марина Тищенко. В Киев она приехала из села в Роменском районе Сумской области. Она занимает должность заместителя главного редактора по онлайн-проектам издания «КП в Украине». То есть крошечную проходную заметку пишет лично сам руководитель сайта. Интересно, почему? Кроме того, если судить по скорости выхода материала, редакция kp.ua будто бы отслеживает публикации «Новой почты» в режиме реального времени. Верится в это с трудом.

Куда более вероятным выглядит вариант согласованной информационной акции, в которой оба источника действовали по заранее выстроенному кем-то сценарию. А они были простыми исполнителями. Тогда всё становится объяснимым.

Однако это не самое начало истории.

Предыстория

Отцом украинского унитазного мифа можно считать Игоря Воронченко. Киев его "отблагодарил" за услугу выгнав с должности главкома ВМСУ.

25 ноября 2018 года три украинских военных корабля — два катера («Бердянск» и «Никополь») и буксир «Яны Капу» — сознательно нарушили государственную границу РФ в районе Керченского пролива и были задержаны российскими пограничниками. Через год, 18 ноября 2019 года, суда вернули Украине. Это был так называемый «жест доброй воли» со стороны России накануне саммита «нормандской четвёрки» в Париже. В Москве рассчитывали, что такой шаг будет воспринят как сигнал к снижению напряжённости.

Однако эффект оказался обратным. Тогдашний командующий ВМС Украины Игорь Воронченко заявил, что корабли были возвращены в плохом состоянии: якобы с них сняли оборудование, оружие и даже бытовые предметы вроде розеток, ламп и унитазов.

Российские источники отрицали эти обвинения, утверждая, что техника передана в нормальном виде, а слова Киева являются элементом информационной кампании. Однако голословные оправдания выглядели беспомощно, а никаких доказательств своей правоты Москва не представила. Хотя сделать это тогда можно было элементарно: просто провести видеофиксацию состояния кораблей и подробную документацию процесса передачи и опубликовать их.

Развитие мифа

История о «ворованных унитазах» получила дальнейшее развитие. На украинском телевидении и в соцсетях стали появляться сюжеты, где пожилые женщины уверяли, будто российские военные, зайдя в их дом, с удивлением рассматривали унитаз – якобы впервые в жизни видя подобный предмет и не понимая, что это такое.

Подобные истории легко распространялись: человек, увидевший такой сюжет в эфире или в интернете, пересказывал его уже как личный опыт или как рассказ знакомых. Так слухи приобретали правдоподобие, хотя на деле они строились на примитивных инсценировках.

Создание подобных роликов не требует серьёзных затрат. Достаточно попросить женщину сыграть нужную роль, объяснив, что это «благое дело во имя Украины». Многие соглашались по простоте душевной, искренне полагая, что помогают своей стране.

Пропагандистское значение мифа

В условиях военного конфликта стороны активно прибегают к уничижительным образам, чтобы упростить и дегуманизировать противника. История с унитазами стала именно таким инструментом — легко запоминающимся и вызывающим эмоциональный отклик.

Украинские СМИ и социальные сети целенаправленно эксплуатировали этот сюжет для формирования образа российских военных как «диких» и «отсталых». Выбор унитаза оказался символически удачным: он напрямую связан с базовыми удобствами и бытовой культурой, а его якобы кража подчёркивала «нецивилизованность» противника.

Таким образом, мем о «ворующих унитазы» выполнял сразу несколько задач: он высмеивал противника, создавал устойчивую ассоциацию российского солдата с чем-то унизительным и формировал у аудитории отталкивающий, карикатурный образ врага.

Объективная картина

Если обратиться к фактам, уровень обеспеченности канализацией жилья в России составляет около 78%, а на Украине – примерно 60%. Иными словами в России без центральной канализации живут около 22% населения, а на Украине – около 40%. То есть, если говорить о степени обеспеченности центральной канализацией, то в России она в два раза выше, чем на Украине. По всем остальным базовым экономическим показателям мы видим примерно такие же цифры: везде Россия опережает Украину в полтора-два раза.

Главным показателем уровня жизни считается величина валового внутреннего продукта, рассчитанного по паритету покупательной способности (ВВП по ППС). Россия по этому показателю находится на четвертом месте в мире – согласно подсчётам Всемирного банка размер ВВП России по ППС в 2024 г. составлял 6921 млрд. долл. Украина же – на 46-м, с показателем 657 млрд. долл.

Приведём другие базовые показатели наглядности в таблице:

Почему украинцы верят нелепым мифам

Все вышеуказанные данные открыты и легко проверяемы, но в массовой дискуссии их никто не использует. Не стоит забывать и о том, что каких-то тридцать лет назад украинцы и русские жили в одном государстве и находились на сопоставимом уровне быта и благосостояния. Даже если человек не умеет искать данные в интернете, простая бытовая память должна была бы ему подсказать, что что-то здесь не так.

Ответ один: люди верят не потому, что миф убедителен, а потому что им очень хочется в него верить.

На протяжении десятилетий украинское общество подогревали ожиданиями «европейского будущего»: членство в ЕС якобы должно было в одночасье решить все проблемы и поставить украинцев на ступень выше русских. Когда этот миф окончательно потерял убедительность, пропагандистский нарратив изменился. Теперь речь идёт не о том, чтобы воображаемо «поднять» Украину выше России, а о том, чтобы «опустить» Россию ниже Украины.

Сегодня украинцам необходимо верить, что в России уровень жизни хуже, чем у них. Эта вера становится оправданием сделанного геополитического выбора.

Если раньше главный тезис звучал как: «за то что мы отвернулись от русских мы получим приз в виде членства в Евросоюзе», то теперь он трансформировался в другую формулу: «мы живём лучше русских, а значит, поступили правильно».

Психологический перенос и «фекальная тема»

Возникает вопрос: почему история о «ворованных унитазах» вызвала столь живой отклик среди украинцев, но практически не зацепила российское интернет-сообщество? На наш взгляд, дело в различии культурных кодов.

Русская культура исторически в большей степени городская, тогда как украинская – преимущественно сельская. Сельская культура отличается натуралистичностью и близостью к природе. Поэтому темы, связанные с физиологией и дефекацией, не вызывают у её носителей такого отторжения и брезгливости, как у горожан.

У жителей города порог чувствительности выше: для них разговоры о подобном находятся за пределами нормального культурного поля. В деревне же экскременты – и человеческие, и животные – естественная часть повседневного быта. Более того, в центре крестьянского мира всегда находятся продукты питания, которые он производит и потребляет. Пищеварение в такой системе координат воспринимается как ключевой жизненный процесс, а дефекация – как его закономерное завершение.

По этой причине «фекальные сюжеты» и мемы легко приживаются в украинском информационном пространстве: они воспринимаются органично и даже смешно, тогда как в российской среде подобные темы скорее вызывают неловкость и отторжение.

«Золотой унитаз» Януковича: миф и реальность

Миф о том, что россияне живут хуже украинцев и даже унитазов не видели, не был первым случаем использования санитарно-гигиенической темы в пропаганде. Ещё накануне государственного переворота 2014 года западные политтехнологи на Украине запустили другой яркий образ – историю о «золотом унитазе» Виктора Януковича.

Для придания убедительности мифу о золотом унитазе Януковича его даже специально моделировали.

Эта выдумка быстро превратилась в символ якобы коррумпированного и роскошного стиля жизни президента. На самом деле задача была проста: вызвать у общества зависть и раздражение, которые легко трансформировались в политическую агрессию. Украинская публика охотно подхватила этот миф, сделав его частью протестной мобилизации.

Вся нация замерла в нетерпеливом ожидании: демонстрация унитаза, в который ходил в своей президентской резиденции Виктор Янукович.

Однако, когда после бегства Януковича протестующие ворвались в его резиденцию в Межигорье, оказалось, что «золотого унитаза» не существует. В доме стоял самый обычный белый керамический прибор. Но к тому моменту истина уже не имела значения – внимание масс переключили на другие образы, а миф продолжил жить как пропагандистский штамп.

Исторический контекст

Использование «фекальной тематики» в пропаганде имеет давние корни. Идея о том, что русские якобы воруют унитазы, вовсе не нова – её предшественники появились ещё во время Первой мировой войны. Тогда подобный сюжет впервые был запущен польской агитацией.

Польская антироссийская пропагандистская листовка XIX века.

Так как унитазы в начале XX века ещё не получили широкого распространения, поляки распространяли слухи, что русские воруют ночные горшки. На одном из агитационных плакатов 1915 года с подписью «Русские уходят с трофеями из Львова» изображена телега, нагруженная именно этими предметами – своеобразными «предками» современных унитазов.

Первоначальная цель подобной пропаганды была двойной: показать русских как отсталых и одновременно ассоциировать их с чем-то неприятным и унизительным. Этот приём оказался настолько эффективным, что его вариации используются и сегодня, в новых политических мифах.

Почему Украина проводит эффективные информационные операции, а Россия – нет?

Игнорирование информационного компонента в России имеет глубокие культурные и исторические корни. В русском языке есть пословица: «хоть горшком называй, только в печь не клади». Она кажется мудрой, но на деле отражает недопонимание сути информационной войны: именно тех, кого заранее «называют горшком», в итоге и «кладут в печь». Суть информационного противостояния в первую очередь заключается в формировании образа, и эту простую истину в России упорно недооценивают.

Характерный пример – передача Украине кораблей в 2019 году. Достаточно было снять процесс на видео и показать миру реальное состояние судов, чтобы разрушить весь миф, но об этом никто даже не подумал. Украина же, начиная с 2014 года, целенаправленно выстраивает информационные стратегии, тесно сотрудничая с западными СМИ. Россия же, как любят иронично говорить, «на информационную войну не явилась».

Основная проблема российского подхода – вера в то, что «правда сама себя защитит». Но в современном медиапространстве истина нуждается в активной подаче и аргументации.

«Унитазная» история показывает важный принцип информационного противостояния: обвинять можно голословно, а вот оправдание должно быть аргументировано документально.

Также она служит прекрасной иллюстрацией того как работает современная пропаганда. Сегодня тема «ворующих унитазы» сошла на нет, но подобные сюжеты обязательно будут появляться вновь – в новых формах и с новыми акцентами.

Россия остаётся уязвимой, поскольку что не имеет ни системного подхода, ни осознания важности информационного фронта. Выводы из предыдущих «проколов» упорно не делаются, что создаёт синергетический эффект: мифы наслаиваются один на другой взаимно усиливаясь.

Информационная война продолжается, что называется, «в одни ворота».

Аргумент о Зеленском и его логическая слабость

Главный аргумент украинской пропаганды звучит так: «на Украине нет нацизма, потому что президент Зеленский имеет еврейское происхождение». Однако при внимательном рассмотрении это утверждение оказывается логической ошибкой. Антисемитизм и нацизм не являются идентичными понятиями, и одно не исключает другое.

История показывает, что антисемитизм может существовать без нацизма, а нацизм не всегда выражается в ненависти к евреям. В Италии времён Муссолини фашизм был жестоким режимом, но он не основывался на антисемитской идеологии. Следовательно, национальность или происхождение лидера страны не могут служить доказательством отсутствия радикальной идеологии.

Таким образом, сам по себе факт еврейского происхождения президента не является гарантом отсутствия радикальных тенденций. Этот аргумент рассчитан в первую очередь на западную аудиторию, где нацизм чаще всего ассоциируется исключительно с Холокостом.

Разное восприятие нацизма на Западе и в постсоветских странах

В западных странах представление о нацизме тесно связано именно с Холокостом. Для большинства жителей Европы и США символом нацизма остаются преступления против еврейского народа. Такое понимание сужает саму категорию до узкой формы дискриминации.

В постсоветских странах акценты расставлены иначе. Здесь нацизм вспоминается прежде всего через массовые преступления против мирного населения — карательные акции, уничтожение деревень, жестокое обращение с военнопленными. Для жителей России и Белоруссии нацисты — это в первую очередь те, кто пришёл на их землю и принёс разрушения и смерть.

Эта разница в восприятии делает аргумент о Зеленском эффективным для западной аудитории, но малопонятным в постсоветском контексте. Здесь нацизм воспринимается шире и глубже, чем просто антисемитизм.

Современная Украина и радикальные тенденции

Современная Украина действительно демонстрирует отдельные признаки радикальной идеологии. Это проявляется в символике, риторике и отдельных случаях жестокого обращения с пленными. Однако приравнивать её напрямую к нацистской Германии некорректно.

Буча как информационный повод

Буча – небольшой городок в Киевской области с населением 37 тысяч человек. В феврале 2022 года туда зашли российские войска и 30 марта того же года вышли по приказу сверху, без боёв. На следующий день, 31 марта, в город зашли передовые подразделения разведки, 1 апреля за ними подтянулись линейные подразделения ВСУ, а затем, 3 апреля 2022 года, в Бучу вошли и войска Национальной гвардии Украины, входящие в структуру МВД. Свой заход они тщательно документировали на видео.

На этом официальном видео Национальной полиции Украины мы видим, что в городе всё спокойно, местные жители спокойно находятся на улице, ведут себя уверенно.

А между тем к тому времени Буча уже вышла на первые полосы всех мировых СМИ - пошла пошла волна публикаций о том, что вошедшие в город украинские военные увидели улицы, усыпанные трупами гражданских. В этих публикациях сообщалось, что якобы журналисты французского информационного агентства AFP 1 апреля сняли на видео тела в гражданской одежде, беспорядочно лежащие прямо на улицах Бучи. Запад тут же обвинил российские войска в массовом убийстве мирных граждан – без каких-либо доказательств, без какого-либо расследования – мгновенно это стало безусловной истиной.

Нюанс здесь в том, что самих этих кадров, о которых все написали, нет. О них просто написали что они есть. И все поверили. Может быть, это эти кадры?

Оно явно не тянет на профессиональный репортаж французских журналистов. Причём, на этом видео заметно как лежащий на улице «труп» двигает рукой. Также обращает внимание крайне плохое качество этого видео. Так делается специально при фабрикации фейков чтобы нельзя было рассмотреть детали.

Нардеп Жан Беленюк в Буче 31 марта 2022 года. Что характерно, оба улыбаются. То ли вид гор трупов их так радует, то ли никаких трупов нет... пока нет.

Видео от Espreso.TV интересно ещё другим. Внизу в заставке написано: "Расстрелы гражданских в Буче, юристы уже собирают доказательства для международных судов". На самом деле никакие абстрактные юристы никакие доказательства ни для каких судов не собирали, это была просто фигура речи для придания достоверности фейку. За истекшие три с половиной года по Буче не было ни одного международного суда.

Затем 4 апреля Газета The NewYork Times публикует спутниковые снимки якобы улиц Бучи где на дорогах видны нечёткие тёмные пятна. Эти пятна обвели квадратиками и написали: «тела». Это и стало главным доказательством якобы массовых расстрелов жителей Бучи российскими военными.

На основании этих снимков газета выносит в заголовок:

На спутниковых снимках видно, что тела лежали в Буче в течение нескольких недель, несмотря на заявления России. Снимки опровергают утверждение России о том, что убийства мирных жителей в Буче, недалеко от Киева, произошли после того, как ее солдаты покинули город.

Тот самый спутниковый снимок? Вы на них что видите? Запад рассмотрел трупы гражданских, расстрелянных российскими военными.

Это очень тонкий пропагандистский ход. Они не стали доказывать сам факт, а построили доказательство от противного - на опровержении якобы российского заявления.

Тайминг: сбой матрицы

Итак, мы знаем, что украинские власти вернули контроль над Бучей 31 марта. В тот период Зеленский ежедневно записывает пафосные видеообращения к нации. Однако ни 31 марта, ни 1, ни 2 апреля никаких упоминаний о Буче в его видеообращениях нет. При том что Буча находится в 20 км от кабинета Зеленского на Банковой.

Впервые упоминание Бучи появляется в видеообращении только 3 апреля, и то, в общем ряду с Ирпенем, Гостомелем и всей Киевской областью. При этом никакой конкретики нет, есть только пафосные общие слова. А вот уже 4 апреля 2022 года Зеленский едет в Бучу и выступает уже с конкретным видеообращением по этому поводу.

Раскрутка информационного повода

Судя по всему, первые публикации в западных СМИ о «резне в Буче» появились 1 апреля. На сегодня большинство этих материалов с сайтов удалено. Запад тут же слаженно стал продвигать версию о том, что российские военные, якобы, специально расстреливали мирных жителей. Появились первые фото с места события, которые носят явные признаки постановочных.

Обратите внимание что руки завязаны широкой чистой белой лентой - чтобы было хорошо видно. В то время белые ленты использовали российские военные для опознавания. Это чтобы уж точно все поверили, что это жертва именно российских военных.

Одно из фото на той же странице западного издание, где и статья о Буче - российский военный с белыми лентами - как говорится, какие ещё вам нужны доказательства?

Одно из самых известных фото, используемых в раскрутке мифа о Буче. Это классика пиара: из разряда яркой детской игрушки на руинах.

Новостные ленты всех западных СМИ запестрели заголовками «Зверства российской армии в Буче», а в небольшой городок стянулись сотни западных журналистов. Как обычно в таких случаях, отсутствие фактов с лихвой компенсировалось давлением на эмоции.

Уличная театрализованная постановка в Лондоне. У любой подобной акции есть цель, план, бюджет и заказчик.

Информационная кампания в СМИ сопровождалась и специально организованными уличными представлениями, о которых также писали те же СМИ. Получилось такое «самозаводящееся колесо» пиара, когда участники возбуждаются сами от себя. Так, 7 апреля перед посольством РФ в Великобритании участники ложились на землю один на одного со связанными руками, изображая «atrocity of the Russian army in Bucha», позируя для многочисленных фотографов.

Как фейк превратить в общеизвестный факт

В ООН даже ещё не было начато расследование, но Генеральная Ассамблея приняла решение исключить Российскую Федерацию из Совета по правам человека ООН – только на основании сообщений СМИ и заявлений западных политиков.

Здесь следует отметить важный элемент стратегии ведения информационной войны. Западная сторона изначально не доказывала правдивость своей версии, она просто сразу и безоговорочно стала подавать её как бесспорный факт.

Что касается жесточайших расправ украинских военных над российскими солдатами – эту тему в ООН технично замяли. Российская делегация дважды требовала созвать по этому поводу Совет Безопасности, но председательствующая в СБ ООН Великобритания дважды проигнорировала эти требования, грубо нарушив процедуру.

Также существует масса доказанных, задокументированных случаев расправ украинских военных над мирными жителями. Особенно много таких случаев было во время оккупации части Курской области. (ссылки на статьи на эту тему – ниже ↓ ) Однако эти случаи на Западе практически неизвестны – СМИ и политики такие случаи сознательно замалчивают.

При этом «резня в Буче» остаётся одним из главных обвинений против России. В этом городке построен мемориал, куда традиционно возят все иностранные делегации. Во всём мире она получила статус официально признанного общеизвестного факта. И теперь доказать ложность общеизвестного факта практически невозможно, поскольку автора тут же относят к конспирологам, а значит просто не воспринимают всерьёз.

Ровно то же самое произошло ранее с пресловутым голодомором, когда ложная украинская интерпретация массового голода в СССР стала доминирующей в мире при полнейшей пассивности России, против которой этот миф и создавался.

Провокация в Буче как PR-кампания

В общем, для специалиста по пиару в вышеописанном нет вообще ничего нового. Это типичная схема любой пиар-акции, отличие только в масштабах и сфере применения. Искусственное создание информационного повода и раскручивание этого повода в СМИ в нужном ракурсе.

Почему Буча?

Выбор именно этого городка для политического PR неслучаен. Этому служит по крайней мере два фактора.

Первый – лингвистический. По-английски скотобойня – butchery, аналогично по-французски: boucherie. Мимо такого подарка английские пиарщики пройти, конечно, не могли. Это стандартный инструмент из арсенала NLP – нейролингвистического программирования, широко применяемого в рекламе и PR.

Официально в англоязычных СМИ эта провокация называется Bucha massacre – резня в Буче.

Второй фактор – логистический. Буча расположена всего в 8 километрах от киевской объездной дороги, это фактически пригород Киева. Со столицей связывает относительно хорошее Гостомельское шоссе. То есть туда очень удобно возить иностранные делегации и западных журналистов, прибывающих в Киев.

Одним из самых сильных элементов PR-кампании стал визит в Бучу председателя Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен и фото как она стоит перед чёрными мешками якобы с жертвами «резни в Буче».

Зеленский и Урсула фон дер Ляйен сразу после возвращения из Бучи. Вместо тысячи слов.

Урсула фон дер Ляйен приехала в Бучу для позирования 8 апреля 2022, то есть на десятый день после того как город покинула российская армия. Специально для постановочного фото с ней организовали место где выложили чёрные пластиковые мешки. Что в них на тот момент было – неизвестно. Если тела людей, это даже ещё омерзительнее, чем если там бутафория.

Для чего Запад устроил Бучу

Внешнеполитический контекст

Российские войска вышли из Бучи в качестве «знака доброй воли» в рамках предварительного соглашения по Стамбульским договорённостям. В это время в Турции проходила серия переговоров между Россией и Украиной, на которых готовился «Договор о постоянном нейтралитете и гарантиях безопасности Украины». Этот договор был даже уже парафирован, то есть предварительно подписан участниками переговоров для передачи согласованного текста первым лицам государств для окончательного подписания.

Отвод российских войск из-под Киева украинская сторона поставила условием для заключения этого договора и Москва на это согласилась, что конечно же было дипломатической ошибкой. После отвода войск Киев все свои договорённости дезавуировал. И случилось это под дымовой завесой провокации в Буче.

Руководитель украинской делегации на тех переговорах Давид Арахамия 24 ноября 2023 года в интервью телеканалу «1+1» подтвердил, что Стамбульские переговоры были сорваны Киевом под давлением тогдашнего премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона. По его словам, после возвращения украинской делегации из Стамбула в конце марта 2022 года Борис Джонсон прибыл в Киев, где 9 апреля 2022 года посоветовал не подписывать никаких соглашений с Россией, а «просто воевать».

С другой стороны, по данным социсследований к заключению мира на тот момент было и совершенно не готово украинское общество. Ограничения специальной военной операции, вызванные гуманитарными соображениями были ими восприняты как слабость и среди украинцев была распространена вера в перемогу.

Таким образом, сам факт участия Киева стамбульских переговоров был «козацькою хитрістю», которая вполне удалась. И фальсификация в Буче была в этом контексте очень кстати, хотя её цели, куда шире чем просто оправдание срыва Стамбульских соглашений.

Отвлечение внимания от зверств украинцев

Накануне, 30 марта группа российских десентников попала в засаду, была взята в плен и тут же зверски убита. Казнь российских солдат украинцы записали на видео и выложили в интернет. Запись сразу же разошлась по всему миру, ломая западный тезис о защите хороших украинцев от плохих русских. С этим нужно было срочно что-то делать, и пиарщики не подвели – внимание от расправы над российскими пленными было отвлечено.

Постановка в Буче – стандартный элемент информационной войны

По ситуации в Буче была организована международная следственная группа. Но результата как не было, так и нет. Вероятно и не будет. Да он и кому он нужен, если Bucha massacre – это уже общеизвестная истина. Причём, Москва по этому поводу молчит, а молчание, как известно, это знак согласия.

Информационные операции подобные Буче западными спецслужбами ранее проворачивался не раз. Вообще это типичный инструментарий информационного компонента современной войны.

Во время войны в Югославии был очень нашумевший в то время, но сейчас забытый эпизод когда убитых хорватских боевиков переодели в гражданскую одежду и выдали за убийство сербами гражданского населения хорватской национальности.

Только в Сирии такие операции проводились дважды для дискредитации законного правительства этой страны. В пригороде Дамаска – Гуте 21 августа 2013 года были отравлены зарином несколько сотен мирных жителей. Впоследствии, 4 апреля 2017 года, в Идлибе ограничились инсценировкой химической атаки.

Было бы странно, если бы Запад, всячески помогая своим киевским марионеткам, не организовал бы подобные информационные операции и на Украине.

Миф о Буче – опровержение

Отсутствие списка погибших

Власти сначала объявили «более тысячи убитых только в Буче», намекая, что и в других местах то же самое. Затем в Киеве заявили, что всего тысяча убитых во всём Бучанском районе.

Затем в украинских СМИ широко разошлась новость о том, что якобы опубликован список 501 убитого в Буче. Но это была очередная ложь. Документа с поименным перечнем всех 501 человека никто не публиковал. Нет его и по сей день. Из этого можно сделать однозначный вывод о том, что украинская сторона либо вовсе не проводила расследование, прекрасно зная что всё это постановка на ровном месте, либо какое-то расследование провело, но его результаты публиковать нельзя, поскольку его результаты противоречат продвигаемому мифу.

Какие-то имена и фамилии выбиты на мемориале, который был открыт в Буче в апреле 2023 года. Однако это просто имена-фамилии, не привязанные к другим установочным данным. А осуществить работу по независимой проверке подлинности списка сейчас просто некому. На Украине такой человек сразу же окажется за решёткой.

В октябре 2022 года в ООН было заявлено, что в Буче было убито 73 человека.

Есть ещё данные ритуальной службы Бучанского района, которая на своём сайте опубликовала список всех умерших в этот период – всего 38 человек, из которых треть – люди старше 60 лет. Для 37-тысячного города это естественное количество умерших.

Для сравнения – по данным ООН, в секторе Газа (территории, в 7 раз меньшей чем Бучанский район Киевской области) за полгода военных действий израильской армии уже более 20 000 тыс. человек убитых в результате бомбардировок.

Фото и видео убийств отсутствуют

Одним из центральных доказательств для Запада стали публикации спутниковых снимков с якобы лежащими на улицах трупами. Если это было бы так, то люди из окон, выходящих на эти улицы, обязательно бы снимали всё происходящее на телефоны. Но таких кадров нет.

Ни один местный житель не выкладывал в интернет ни одного фото или видео расстрелов на улицах Бучи гражданских людей. Хотя в случае любого инцидента на улице где бы то ни было люди всегда охотно снимают это их окон и выкладывают в соцсети.

Отсюда можно сделать вывод что спутниковые снимки были сфальсифицированы – на них просто нанесли тёмные пятна.

Нет ни одного свидетеля

То что в Буче была постановка доказывается ещё и тем, что нет самого главного: неизбежных в таких случаях многочисленных подробностей в устах местных жителей.

С весны 2022 года украинские пропагандисты сняли множество документальных фильмов в названиях есть слова «Буча» и «свидетельства очевидцев». Вот только если эти видео посмотреть, то вы не найдёте в них ни одного реального свидетеля. Все «свидетельства очевидцев» там сводятся либо к закадровому голосу либо к каким-то людям, пересказывающим слухи.

Если и правда, в стране произошла такая вопиющая трагедия, это же прекрасный повод написать книгу со свидетельствами выживших очевидцев. Тем более, что это политически сейчас Киеву очень выгодно. Но нет, никто из настоящих исследователей Бучей не интересуется – ни на Украине, ни на Западе.

Были ли на самом деле убитые в Буче

Вероятнее всего, постановочные снимки в Буче для западных СМИ содержали как сюжеты с живыми статистами, изображающими трупы, так и с настоящими трупами гражданских людей, погибших по различными причинам.

Известно, что боевики Нацгвардии когда входили в оставляемые российской армией населённые пункты, обыскивали дома людей и если находили что-либо, связанное с ВС РФ, людей расстреливали на месте. Зачастую это были упаковки от продуктовых пайков, которые российские военные от души раздавали местным жителям. Такие расстрелы местных жителей не были массовыми, это были единичные случаи, но они были. Тела этих несчастных вполне могли вытащить на улицу и выдать за жертвы российских военных.

Какая-то часть гражданских могла погибнуть от флешеттов – похожих на иглы поражающих элементов артиллерийских снарядов ЗШ-1 советского производства, используемых в гаубицах Д-30 и 2С1. Это вооружение достаточно активно применялось украинской армией.

Флешетты, используемые в артиллерийских снарядах, которыми украинские войска обстреливали Бучу когда нам находились российские войска.

О том, что в телах погибших в Буче гражданских были обнаружены флешетты писал британский журнал The Economist 22 апреля 2022. Поскольку в Буче находились российские войска, кто по ним стрелял снарядами с флешеттами догадаться несложно.

Словом, в ходе военных действий погибла какая-то часть гражданского населения – по разным причинам. Для организации PR-кампании их всех собрали, свезли в Бучу, картинно разложили на улице и провели фото- и видеосъёмку. Где-то, где трупов для съёмки не хватало, убитых изображали лежащие на земле живые люди.

Могли ли украинцы специально убить людей для провокации

Достаточно вспомнить, что именно они:

• сжигали и забивали насмерть мирных демонстрантов в Одессе – своих сограждан, а потом веселились «жареным колорадам» в соцсетях и устраивали на Куликовом поле показательные шашлыки.
• много лет обстреливали и продолжают обстреливать свои же города, радуясь, что там дети сидят в подвалах;
• устраивают средневековые самосуды – с избиванием, раздеванием и привязыванием своих же сограждан на холоде к столбам, что иногда заканчивалось их смертью от переохлаждения;
• пытают и изуверски убивают безоружных пленных.

Все вышеописанное – не голословные обвинения, а многократно задокументированные самими же украинцами факты. Более того – украинцы этого совершенно не стыдятся, и даже бравируют этим. Они сами выкладывают это в сеть ради бахвальства.

Поэтому ответ может быть такой: да, это возможно, хотя прямых доказательств этого нет. Но окончательно это может стать известными только после победы над киевской властью и проведения всестороннего расследования.

Почему украинцы верят в миф о Буче

Советский конформизм

Украинец во многом остаётся советским человеком. Это человек, в котором сельская хитрость сочетается с чисто советской доверчивостью. Если он слышит как президент говорит, что «у нас есть видео, у нас есть списки…» он сразу закладывает себе в сознание, что реально есть и видео и списки, хотя сам лично он не видел ни того, ни другого.

Он не в силах допустить, что высшие государственные деятели страны могут вот так нагло и бессовестно лгать. То, что власти могут где-то солгать по мелочи он допускает, ведь он сам часто так делает. Но чтобы вот так выдумывать мега-фейк на ровном месте – он на такое сам не способен и не может признать, что на такое способны другие. Это, кстати, одна из главных причин эффективности вообще всей киевской пропаганды.

При этом значительная часть людей всегда, в любых обстоятельствах поддерживает власть. По свидетельству Александра Солженицына, даже в сталинских лагерях была часть узников, которые всячески оправдывали Сталина.

Пропагандистские манипуляции

Для продвижения мифа о Буче киевские пропагандисты применили все средства манипуляции, которые имеются в их арсенале. А их немало. Например, можно показать любое видео снятое где угодно и когда угодно, а закадровым голосом сказать всё что нужно. И у зрителя уже сложится впечатление что он видел это своими глазами.

Написали на мемориале 500 выдуманных имен – они верят, что это реальные люди. Посмотрели видео «свидетельства очевидцев» – верят, что правда есть очевидцы. В заголовке написали, что «команда международных следователей и экспертов подтвердила» - они верят, хотя в самом тексте статьи ничего подобного нет.

Применена и мета-манипуляция. Миф о Буче превратился в общеизвестную истину. А если это общеизвестная истина, то и как бы доказывать её нет необходимости, а сомневаться – моветон.

Связь с мифом о голодоморе

Фундаментальная причина – миф о голодоморе. Природа мифов такова, что они сочетаются друг с другом создавая единую (полностью искажённую, естественно) картину мира. Кто поверил в миф о голодоморе, тот поверил и в миф о Буче, потому что они об одном и том же: русские убили украинцев за то, что они украинцы.

Миф о голодоморе – базовый. На примере мифа о Буче мы видим, как он удачно за него прицепился. Например, если проанализировать обширную русско-украинскую дискуссию по Буче, то половина аргументации украинцев опирается именно на голодомор.

Помимо мифа о Голодоморе миф о Буче опирается и на огромное число мелких мифов, генерируемых украинской пропагандой нон-стоп. Практически по каждому городу из которого ушла российская армия украинский агитпроп пытался запустить мини-Бучу. Всё это ввиду отсутствия хоть каких-то доказательств не получало широкого распространения, но всё вместе создаёт общий контекст в котором миф о Буче смотрится абсолютно органично.

Можно ли назвать ситуацию с Бучей провокацией

Провокация – это действие или поведение, направленное на то, чтобы вызвать у объекта (человека, группы, организации) определённую реакцию, которая, как правило, приносит ущерб самому объекту или играет на руку провокатору. Слово «провокация» сейчас употребляется очень широко – к месту и не к месту. Однако рассмотрим можно ли его применять в данном случае.

«Никогда не забудем Бучу» - конечно, такая грандиозная информационная операция проведена, такой шикарный миф создан, теперь его будут эксплуатировать бесконечно долго.

Постановка в Буче на самом деле имела своей целью вызвать нужную организаторам общественную реакцию: негатив по отношению к России для оправдания срыва Стамбульских мирных договорённостей. В качестве объектов можно рассматривать западную общественность и население Украины. Обеим этим объектам информационная операция «Буча» нанесла прямой ущерб. Западный обыватель вынужден терпеть снижение уровня жизни из-за отказа от крайне выгодного экономического сотрудничества с Россией и финансировать чужую войну. А украинский обыватель платит ещё более дорогую цену – не деньгами, а собственными жизнями.

Поэтому да, то что мы наблюдаем вокруг Бучи в широком смысле можно назвать провокацией. Но этот термин размывает смысл того что произошло. Лучше всего для этого подходит украинский термин ИПсО (информационно-психологическая операция), который в последнее время вошёл в широкое употребление на Украине. В российском дискурсе подобного устоявшегося термина нет в силу глубочайшей отсталости РФ в этой сфере. Поэтому журналисты на неимением более точного термина чаще всего «резню в Буче» называют именно провокацией.

Почему пассивность России в вопросе Бучи очень опасна

По всей видимости, любую свою пассивность в информационном противостоянии власти РФ надеются компенсировать надеждой на то, что со временем всё забывается.

Зеленский дарит Папе Римскому картину «Бучанская резня. История Марички». В освещении визита Зеленского в Ватикан западные СМИ сделали особенный акцент на этом.

Но это не так. Наоборот, подобные мифы накапливаются, создавая всё более мощный контекст для последующих подобных PR-мероприятий. Причем сам Киев и не думает отказываться от эксплуатации этого мифа. Во время визита в Ватикан 11 октября 2024 года Зеленский подарил папе Франциску картину «Бучанская резня. История Марички». Прекрасный пропагандистский ход, актуализирующий миф о Буче в сознании массовой аудитории.

И тут надо ещё не забывать, что в английском языке нет разделения понятий «русский» и «российский» - на западе все пишут Russian, подразумевая только значение «русский». Слова «россиянин» в английском языке нет и на Западе понятия не имеют что это такое. Для всего Запала в России живут русские и больше никто. Поэтому фейки с Бучей и голодомором очерняют не РФ как страну, а прежде всего русских как народ.

Проявляя пассивность в вопросе борьбы с такими мифами, Кремль фактически поощряет Запад на их повторение. В случае необходимости Буча будет легко повторена в каких-то новых декорациях. Поэтому Bucha massacre может стать далеко не последней подобной информационной операцией в украино-российском конфликте.

А вообще, конечно, удивительно, насколько легко люди ведутся на самые примитивные пропагандистские манипуляции.

15 мая 2025 на станции московского метрополитена «Таганская» открыли барельеф с памятником Сталину, что иначе как провокацией назвать трудно.

Барельеф «Благодарность народа вождю-полководцу», посвященный Великой Победе, в точности повторяет оригинал, который находился там до 1966 года,

- таков рефрен по этому поводу официальных российских СМИ, в котором истина искажена три раза.

Оригинал и современная поделка

Во-первых, барельеф посвящен всё-таки не Великой Победе, а Иосифу Сталину, чья фигура находится посередине композиции, выполненной в античном стиле воспевания бога Митры.

Во-вторых, совсем не «в точности». Оригинал был пусть не шедевром, но вполне добротным произведением искусства, созданный профессиональными архитекторами. Новая же «восстановленная» версия барельефа на Таганской – откровенная халтура, где всё сильно упрощено и искажено. Особенно это видно по скульптуре самого Сталина, у которого плечи оказались разной ширины, а сама поза выдает тяжелую форму сколиоза.

Это не скульптура Сталина, а скульптура манекена, который изображает Сталина. Чистая постмодернистская издевка.

В третьих, «там» барельеф до 1966 года не находился. По свидетельству старожилов, он был совсем в другом месте.

Но всё это было бы полбеды, если бы не тот идеологический ущерб, который нанесла установка барельефа Сталина на Таганской в ситуации боевых действий с Украиной.

С античных времен скульпторы изучают анатомию человека, но авторы новодела на Таганской такой мелочью не заморачивались.

Подарок для украинцев

О современной украинской мифологии мы писали неоднократно, ссылки на статьи по этому поводу можно увидеть ниже. Если же говорить вкратце, то русофобия украинцев построена на том что они не различают русских и советских. При том что у власти в СССР по большому счёту не было ни одного русского за весь период его существования. После Джугашвили-Сталина (кто он по национальности – неизвестно до сих пор) у руля были украинцы Хрущёв и Брежнев.

Однако усилиями западной социальной инженерии акцент был смещён на какие-то второстепенные вещи. Что-то, вроде насильственной украинизации, замалчивалось. Что-то, как голод в СССР, прозванный на Украине голодомором, искажалось в нужном для пропаганды ключе. В итоге весь негатив от раннего советского периода был перенесён на русских и современную Российскую Федерацию, которая ими воспринимается чисто по-украински: как страна русских.

То есть, чтобы выстроить фундамент под так необходимую Западу русофобию, используется сложная многоступенчатая конструкция из лжи. И замковым камнем в этой конструкции как раз и служит тезис о том, что РФ – это СССР 2.0.

Отсюда следует следующий логический вывод: российская контрпропаганда на украинском направлении должна строиться на разрушении тезиса о том, что РФ – это тот же СССР, только вид сбоку. Сделать это несложно. По факту современная Российская Федерация не только не конгруэнтна Советскому Союзу, но и является его отрицанием – как современная Украина является отрицанием УССР.

И что же делают российские пропагандисты? Они начинают искусственно раскручивать культ личности (осужденный, кстати, теми же коммунистами) самой одиозной и самой зловещей фигуры советской истории – Иосифа Сталина. На радость украинским пропагандистам, ведь теперь им будет гораздо легче доказывать своим гражданам необходимость войны с Россией.

Внутриполитическое значение

Негатив, получаемый на внешнем треке можно было бы проигнорировать если бы он давал мощный позитив на внутреннем – консолидировал бы нацию вокруг власти, давал мотивацию участвовать в СВО. Но, как оказалось, этого тоже нет.

Согласно соцопросам, позитивное отношение к барельефу Сталину высказали 16% москвичей, в то время как негативное – 22%. То есть установка барельефа расколола общество, да ещё при этом власти пошли против мнения большинства граждан.

По факту, этот косплей сталинизма используется для ухудшения имиджа России и русских, прежде всего на Украине. Также более жесткая власть будет использована для дальнейшей азиатизации страны, тем более Сталин сам был азиатом,

- пишет Евгений Михайлов.

То есть негатив получается вообще кругом. И вот это как бы намекает на ответ на извечный вопрос российско-украинского конфликта: глупость это или предательство?

Разделяет «проукраинскую» и «пророссийскую» сторону не только идеология. Но идеология играет в нём ключевую роль. При этом российско-украинский идеологический конфликт нельзя свести к простому противостоянию «проукраинская vs. пророссийская» идеология. Каждая сторона – это не монолит, а сложный пазл из разных групп, объединённых общим направлением, но с разными мотивами, целями и мировоззрением.

Эта мозаика объясняет, почему конфликт такой запутанный и эмоциональный: люди борются не столько за «Украину» или «Россию», сколько за свои личные версии будущего для себя.

Три колонны Евромайдана

Ростки российско-украинского конфликта можно найти ещё в СССР. После превращения УССР в независимую Украину (у которой, кстати, так и нет официального названия) он оформился в скрытое, но отчётливое противостояние. И, наконец, принял открытую форму во время так называемого «Евромайдана», кульминацией которого стала трагедия 2 мая в Одессе.

В ходе того противостояния сторонники госпереворота состояли из трёх очень разных групп: футбольных хулиганов, либералов-западников и украинских националистов. Именно поэтому у них было целых три лидера – Кличко, Яценюк и Тянибок. Каждый из них возглавлял свою собственную условную колонну, наступающую на режим Виктора Януковича.

Рассмотрим все эти категории подробнее.

Украинские футбольные хулиганы

Ультраправые националистические движения часто тесно связаны с околофутбольным движением. Футбольные хулиганы имеют своё специфическое представление о патриотизме, которое они реализуют в потасовках с такими же футбольными хулиганами из других стран.

В Евромайдане участвовали три разных силы, каждая из которых имела своего собственного лидера.

Моральным лидером футбольных хулиганов во время событий «Евромайдана» был прославленный боксёр и бывший рекетир из банды «Рыбки» Виталий Кличко. Склонность к насилию этой категории была грамотно канализирована в нужное русло. Их быстро объединили в праворадикальную организацию «Правый сектор», которая стала главным силовым тараном переворота.

В июле 2014 года на базе «Правого сектора» было сформировано военизированное формирование ДУК ПС – Добровольческий украинский корпус. Корпус участвовал в боевых действиях в Донбассе, при этом позиционировал себя как добровольческий и официально не входил в состав ВСУ или Нацгвардии.

В ходе боевых действий ДУК ПС проявил себя слабо – в основном, из-за низкой дисциплины. Из-за этого в 2023 году он был преобразован в 67-ю отдельную механизированную бригаду, но позднее её боевой костяк начали переводить в другие части ВСУ из-за внутренних проблем и потерь позиций.

На сегодня этот компонент «проукраинских» сил практически нивелирован.

Либералы-западники

Значительную часть массовки составляли либералы-западники. Их идеал – Украина как Франция периода Холодной войны, то есть конца XX века. Это люди, воспитанные на западных фильмах и имеющие идеализированное представление о жизни на Западе.

Их политическая позиция основывается на простой картине мира, в которой Украина находится как бы посередине между Западом и Россией. Соответственно, любое удаление от России ими воспринимается как приближение к вожделенному Западу.

Россия как СССР 2.0

Зачастую к этому добавляется убеждённость, что Кремль мечтает включить Украину в состав России. Рациональные аргументы тут не работают, работает пропагандистская логическая конструкция: «Украина была частью СССР. Современная РФ – это СССР 2.0. Следовательно, РФ неизбежно стремится включить Украину в свой состав». В западной пропаганде этот тезис преподносится как «имперские амбиции Москвы».

[Бабка с красным флагом]

Как видим, ключевой момент этой шаткой конструкции – это абсурдное утверждение о том, что РФ – это по сути тот же Советский Союз. СССР был построен на социалистической экономике с государственной собственностью на средства производства и плановой системой. Современная Россия – это капиталистическая экономика с частной собственностью на средства производства – точно такой же как в любой другой стране Запада.

Идеологически СССР продвигал идеологию марксизма-ленинизма, тогда как современная Россия опирается на прагматичный авторитаризм с закреплённым в Конституции отказом от государственной идеологии.

Где же украинские западники увидели в современной России черты СССР? А это результат совместной работы западной и российской пропаганды. В этом вопросе они, что называется, дуют в одну дуду. Но если цели глобалистов в этом вопросе понятны и они (с их позиции) вполне разумны, то зачем российская пропаганда занимается откровенным вредительством – тема для отдельной статьи.

Другие факторы

Немалую роль в данной аудитории играет и фактор идеализации Запада, представление о котором сформировано на основе художественных фильмов и пропагандистских телепередач.

Украинские либералы-западники – это люди в большинстве своём образованные, в какой-то мере можно сказать, что интеллигентные. Грубость манер, неотёсанность и невежество Виктора Януковича их раздражала и унижала. Их моральным лидером на Евромайдане был интеллигентный полуамериканец Арсений Яценюк. Обещание пресловутой Ассоциации с Евросоюзом было рассчитано как раз на них.

Этнически это люди абсолютно разных национальностей, но в своём большинстве – русские. Но с преследованием русского языка они готовы мириться, поскольку материальный фактор – грубо говоря, деньги – для них являются наивысшим жизненным приоритетом. Культурный же фактор для них глубоко вторичен.

* * *

В настоящее время в этой среде происходят глубокие перемены. Огромное число людей выехало из Украины на вожделенный Запад в роли беженцев, где они быстро убедились, что их представление о жизни в этих странах сильно устарело. Часть в глубоком разочаровании вернулась обратно.

Другая часть пытается закрепиться и выжить там, но Запад уже никто не идеализирует. Теперь они ненавидят Россию и русских за то, что по их мнению, из-за них они лишились своей родины и вынуждены выживать на чужбине. О том, что во-первых, они сами хотели в Европу и во-вторых, Россия – это не национальное государство русских, им говорить бесполезно. Это слишком сложно для их понимания.

Украинские националисты

Российские СМИ в стиле советской пропаганды всех противников РФ называют «украинскими националистами». Чем в значительной степени искажают суть российско-украинского конфликта. Националисты на самом деле есть, но всё равно это лишь одна из уже четырёх основных антироссийских сил на Украине.

Идеал будущего Украины у националитов – это что-то среднее между шевченковской классикой «Садок вишневий коло хати, хрущі над вишнями гудуть» и известным нацистским лозунгом «Ein Reich, ein Volk, ein Führer».

В их больном сознании благосостояние страны напрямую зависит от её этнической чистоты и степени изоляции от России. В последнем вопросе имеется важное уточнение, имеющее непосредственное отношение к сути российско-украинского конфликта: мотивация негативного отношения к России и русским у них принципиально отличается от западников.

Западники рассуждают в русле ложной, но всё же логики. То есть их позиция является псевдорациональной. Лично они не против России и русских, лишь бы они не мешали им (как им кажется) интегрироваться в западное сообщество.

Для украинских националистов Россия и русские – враг экзистенциальный. Такое их отношение основано не на ложных рассуждениях, как у западников, а на эмоциях обиды и ненависти.

Для этой аудитории западной пропагандой было создано и активно продвигается несколько мифов. Не раскрывая их вопиющей лживости, просто перечислим некоторые: «Русские в СССР запрещали украинцам говорить на украинском языке», «Русские устроили украинцам голодомор – геноцид при помощи искусственного голода» и т.д.

Как нетрудно догадаться, лидером националистов на Майдане был Олег Тягнибок. Как видим, социология Майдана была хорошо просчитана и три лидера появились совсем не случайно.

Впоследствии, во время войны в Донбассе и после, в ходе СВО националисты предпринимали немало попыток формирования различных добровольческих подразделений. Власти им охотно шли навстречу, но какой-то значимой военной силой на поле боя они так и не стали. Основную тяжесть военного противостояния с ВС РФ несут обычные ВСУ, укомплектованные аполитичными простолюдинами.

Приспособленцы

После победы госпереворота 2024 года и легитимизации Западом киевской власти к вышеперечисленным трём категориям добавилась четвертая. Это прагматики, обычные граждане, принявшие сторону киевской власти из чувства самосохранения или карьерных амбиций.

Прагматики – это обычные граждане, военные, политики, которые поддерживают Украину не из идеализма, а из необходимости.

Это огромное число военных, сотрудников полиции, СБУ, всех других силовых и государственных структур, которые выбрали проукраинскую сторону не из идеологических соображений, а просто в силу сложившихся обстоятельств. Они бы верой и правдой и дальше служили травоядному режиму Януковича, но к власти пришли хищники и все они стали перед моральным выбором: становиться хищниками самим или остаться без средств к существованию. Подавляющее большинство выбрали первое.

В душе они были против переворота и его последствий: насильственной украинизации, уничтожения православной церкви, продвижения глобалистской ЛГБТ-повестки и так далее. Но они вынуждены были продолжать службу или работу в государственных органах чтобы сохранить свой социальный статус и доходы.

Разумеется, среди этой категории огромное количество этнических русских и представителей других национальностей, причём они могут занимать самые высокие государственные посты.

После начала широкомасштабного конфликта некоторые из этой категории стали стремительно обогащаться за счёт контрабанды оружием, продажи отсрочек и освобождения от мобилизации, торговли наркотиками, вымогательства денег у подчинённых военнослужащих и даже ритуальных услуг.

Ложный прагматизм приспособленцев

На первый взгляд может показаться, что позиция приспособленцев цинична, в какой-то степени аморальна, но зато прагматична, и это её оправдывает. На самом деле это близорукая позиция, которая, может, и приносит позитивные результаты в кратковременной перспективе, но обрекает человека на жизненную неудачу в будущем.

То, что выбор стороны зла (а киевская власть и стоящие за ним глобалисты являются безусловным злом) может принести краткосрочную выгоду, но в долгосрочной перспективе неизбежно приведёт к жизненному банкротству известно ещё со времён Аристотеля. Об этом писали многие философы. В частности, Жан-Поль Сартр и другие экзистенциалисты утверждали, что предательство своих ценностей может дать сиюминутную выгоду, но в итоге приводит к отчуждению и утрате смысла жизни.

Но в данном случае речь идёт, скорее, о всеобщей катастрофе, а не о личной. Режим, сплочённый только ненавистью к России нежизнеспособен в принципе. Это одноразовый политический инструмент, созданный глобалистами против России. И он будет ими без сожаления отброшен когда станет непригодным для дальнейшего использования. От такого нужно держаться подальше чтобы не быть внезапно похороненным под его обломками – даже если здесь и сейчас это кажется выгодным, а что-то менять не хочется.

Те, кто не стал служить преступному режиму и уволился из идейных соображений, были считанные единицы, но они тоже были! Чем обрекли себя на временные неудобства. но зато спасли свои души, да и тела, по всей видимости, тоже.

Эволюция российско-украинского конфликта

Российско-украинский конфликт за время своего существования претерпел существенные изменения. Будучи изначально этническим, с течением времени он перерос в идеологический, где против России и русским единым фронтом выступили сразу несколько различных категорий украинских граждан. У каждой из этих социальных групп было своё видение мира и будущего своей страны. Но все они были объединены эгоизмом, цинизмом, жадностью и ненавистью к России.

Затем российско-украинский конфликт институализировался, из-за чего добавилась ещё одна довольно многочисленная категория приспособленцев или прагматиков. Однако это и самая нестабильная группа – при изменении жизненных обстоятельств они с удовольствием будут служить любому режиму который будет их обеспечивать средствами к существованию.

В 2025 году суть российско-украинского конфликта снова изменилась. Идеологическая мозаика постепенно упрощается, вместо этого на первое место выходит геополитическое противостояние. Конфликт, который начинался как гражданская война на обломках советской империи, оказался вплетённым в многомерную схватку между США, глобалистами и Китаем.

Кто выйдет из этой схватки победителем пока неясно, поэтому конфликт будет продолжаться. В этом – вся его суть.

Голодомор – миф, специально созданный для разжигания русофобии на Украине. Его суть в том, что массовый голод в СССР в 1932-33 годах подаётся как целенаправленный геноцид украинцев русскими по этническому принципу.

Вину за этот геноцид украинцы таким образом возлагают на современную Российскую Федерацию как правопреемницу СССР, и на русских как нацию, которая якобы и уничтожала украинцев по этническому признаку в раннем СССР.

Страшный, массовый голод в 1932-1933 годах на самом деле был. Но подлость украинского подлога в том, что пострадали от него далеко не одни украинцы.

Классика русофобской пропаганды от главы ОП. И вот непонятно зачем это им, вряд ли американцы от них этого прямо требуют.

Массовый голод, вызванный насильственной коллективизацией, был на всей территории СССР. Западную часть нынешней Украины этот искусственный голод не затронул, поскольку она на тот момент была в составе Польши. И, помимо УССР, от этого голода в равной мере пострадали многие регионы РСФСР (Поволжье, Центрально-Черноземная область, Северный Кавказ, Урал, Крым, часть Западной Сибири), Казахстана и Белоруссии.

Украинские пропагандисты об этом молчат наглухо. Равно как и о том, что сталинский режим был многонационален по своей сути и русские там были на вторых ролях.

Историческая справка

Массовые масштабы смерть от голода приняла в начале марта 1933 года. ОГПУ вело учет умерших только до 15 апреля 1933 года. По этим сводкам количество жертв за четыре с половиной месяца составило 2 млн 420 тысяч 100 человек. Случаев людоедства – 2500.

По данным отечественных историков, число жертв в Украине определено в 7 млн 200 тысяч человек. По данным комиссии конгресса США эта цифра составляет 10 млн человек. В 2003 году французские демографы пришли к выводу, что в 1932–1933 годах Украина не досчиталась 4,6 млн человек.

По оценкам российских ученых, 2 млн человек погибли в Казахстане и Киргизии и 2-2,5 млн – в РСФСР. При этом данные ЗАГСов свидетельствуют, что и на Украине, и в других республиках СССР люди гибли вне зависимости от их национальности.

Таким образом, общую трагедию людей, оказавшихся в СССР и ставших жертвами людоедского сталинского режима – всех национальностей, без разницы – выдали за целенаправленный геноцид украинцев по национальному признаку со стороны русских.

Почему Россия не борется с мифом о Голодоморе

Миф о голодоморе как целенаправленном геноциде украинцев русскими возник ещё в начале 90-х и при желании Россия могла бы его уничтожить ещё в зародыше. Но никто ничего не делал. Не делают и сейчас, хотя сейчас уже и поздно.

Искусственный голод, организованный сталинским режимом на всей территории СССР был злонамеренно перекручен на геноцид украинцев русскими.

Причины две. Во-первых, глубинная недооценка пропаганды в России. Московская элита в силу своей сословности или, как сейчас говорят, социального расизма, всегда предпочитала иметь дела только с киевской элитой. А «тратить деньги на сайты» считала делом пустым.

Вторая причина – сложность с пониманием собственной идеологии. Современная РФ считает себя преемницей в первую очередь СССР. Преемственность от Российской империи только робко пробивается во внутреннюю политику буквально в последние несколько лет.

А тогдашнее руководство СССР, как ни крути, несёт прямую вину за голод 1932-33 годов. Поэтому если на Украине массовый голод этого периода был назван Голодомором и распиарен как целенаправленный геноцид украинцев, в РФ он, если и не замалчивается, но и особо не афишируется.

Голодомор 1932-1933 – не только на Украине

Стандартный пассаж украинской пропаганды выглядит следующим образом:

Украинцы были против Советского Союза. И об этом знали в московских кабинетах. Поэтому в Кремле хотели уничтожить украинцев как носителей нелояльной идентичности.

Утверждение о том, что украинцы были носителями нелояльной идентичности исторически неверно. Сейчас всем уже хорошо известно о так называемой политике коренизации, когда украинский язык в русских городах, наоборот, насаждался силой. Об этом даже написал Владимир Путин в своей известной исторической статье.

А вот насчёт того, что большевикам было крайне важно сломить сопротивление крестьянства, тут украинские пропагандисты правы. Но они при этом целенаправленно замалчивают два принципиальных нюанса.

Для того чтобы вызвать ненависть к русским украинцам показывают фотографии русских же жертв голодомора, выдавая их за украинцев, убитых русскими за то, что они украинцы.

Первое: голодомор если и был целенаправленным геноцидом, то далеко не только украинцев. Последствия голода того времени оцениваются примерно в 7 млн. жертв из которых 4-4.5 млн. пришлось на Украину, а остальные – на РСФСР, в том числе нынешний Казахстан. Особенно тяжёлая ситуация была в Поволжье, а на Тамбовщине стала даже причиной крестьянского восстания. Причём, Что особенно цинично, в качестве иллюстраций голодомора на Украине киевские пропагандисты используют фотографии жертв голодомора как раз в России.

И второе: голодомор был организован сталинистами при полном содействии Запада – тех самых США, на которых сейчас молятся украинцы. И вот чтобы скрыть свою роль в голодоморе 1932-1933 годов западные политтехнологи ещё в самом начале 90-х перекрутили смысл этой трагедии вышеуказанным способом.

Вина Запада в голодоморе в СССР

Трагедию такого масштаба даже тогда было сложно скрыть от мировой общественности. Сейчас западные и украинские пропагандисты пытаются уверять в том, что Запад не мог поверить в то, что рассказывали о голоде. Это крайне неправдоподобное оправдание. На деле, конечно, там всё прекрасно знали. Голодомор в СССР на Западе замалчивали в своих СМИ, при этом реально политически поощряли. Как раз в этот момент Запад продемонстрировал своё расположение к Сталину.

Самый впечатляющий пример – это признание Соединёнными Штатами СССР 16 ноября 1933 года. То есть, прекрасно зная, что сталинисты уморили искусственным голодом миллионы советских граждан, правители в Вашингтоне, которые много лет воздерживались от признания СССР, в том числе по моральным соображениям, вознаградили Сталина в том же году, в каком произошла эта трагедия. Выглядит так, как будто именно за такую беспощадность.

Франция также продемонстрировала, что ей плевать на украинские жертвы. Ведущий французский политик, бывший премьер-министр Эдуард Эррио как раз: «в августе 1933 года посетил СССР, по окончании поездки заявив, что все сообщения о голоде на Украине являются большой ложью и выдумкой нацистской пропаганды. По некоторому мнению, эти его слова «тогда сбили с толку многих обывателей на Западе».

Англия также замолчала тему, никакой кампании осуждения не было. Вот как описывал это британский журналист Гарет Джонс:

Я обсуждал ситуацию в России с 20-30 консулами и дипломатическими представителями разных государств. То, что они мне рассказали, подтверждает мою точку зрения. Но им не позволено высказываться для прессы, поэтому они молчат. Журналистам же писать разрешено, но цензура превратила их в мастеров эвфемизма и преуменьшения. Поэтому они вежливо называют «голод» «нехваткой продовольствия», а «смерть от голода» смягчают формулировкой «участившаяся смертность от болезней от недоедания».

Причины голодомора

В сентябре 1932 года Гарет Джонс в письме Айви Ли пишет, что встретил знакомого журналиста, который сказал ему: «Советское правительство столкнулось с самым жестоким кризисом с 1921 года. Урожай погиб, и этой зимой миллионам людей грозит голод. На Украине голод уже начался». Вики:

Эти слухи подтверждали и многие другие иностранцы, посещавшие СССР. Так, профессор Менкен из Лондонской школы экономики расценивал увиденное им в Советском Союзе как «полный крах марксизма» и предрекал, что в течение предстоящей зимы миллионы жителей СССР могут умереть от голода в связи с провальной политикой в области сельского хозяйства и некомпетентностью.

Как видим, здесь чётко указана причина голодомора – «провальная политика в области сельского хозяйства и некомпетентность». Ни о каком этническом геноциде украинцев речь не идёт в принципе. С другой стороны есть множество свидетельств того, что голод на самом деле был искусственным, то есть на самом деле может рассматриваться как целенаправленный геноцид. Но вот точно не по этническому признаку, а по социальному. Это был «кнут», которым крестьян загоняли в колхозы - фактически на рабский труд.

Приходящие из СССР трагические известия побудили Джонса написать две статьи под общим заглавием «Будет ли суп?» (Will there be Soup?), которыми он попытался привлечь внимание общественности к угрозе массового голода в СССР». Джонс дал в марте 1933 г. в Берлине пресс-конференцию: «Я прошёл по улицам сёл и 12 колхозов. Везде было слышно стенание: «У нас нет хлеба, мы умираем!» Это стенание было слышно по всей России: на Волге, в Сибири, Белоруссии, на Северном Кавказе, в Средней Азии и Украине».

История о голодоморе учит нас двум простым вещам. Первое – Запад всегда поощрял гибель русских. И второе: для Запада украинцы – это те же русские. И как бы сами украинцы не пыжились, выходит вот так. И ведь с тех пор ничего не изменилось.

Вопреки устоявшемуся мнению, в Великой Отечественной войне мы воевали не с Германией, а со странами Оси (Axis powers) – фактически с объединённой Европой. Рассмотрим предельно кратко основных союзников Гитлера в Европе.

Италия под руководством Бенито Муссолини была в военном союзе с Германией с 1939 года. После нападения на СССР дуче отправил в помощь Гитлеру на Восточный фронт 230 тысячную армию. Но потом что-то пошло не так и в итоге карьера Муссолини закончилась на веревке в положении вниз головой. Но что интересно: тело ближайшего соратника Гитлера сейчас бережно хранится в семейном склепе на родине Муссолини, и на могиле часто можно видеть живые цветы. А в 2012 году на доме, у которого расстреляли Муссолини, была открыта мемориальная доска.

Венгрия и Румыния присоединились к Оси в ноябре 1940 года. Будапешт отправил на войну с СССР 2-ю Венгерскую армию в составе 200 тысяч человек, которая была полностью разгромлена под Сталинградом в 1943 году.

Бухарест отправил воевать с русскими целых две общевойсковых армии общей численностью почти миллион солдат! Румынские войска участвовали в наступлении на Одессу, в Крыму и под Сталинградом. Кроме того Румыния была бензоколонкой Гитлера, обеспечивая Вермахт топливом. Результат этой помощи – потеря по итогам войны Бессарабии, которая стала Молдовой и частью Одесской области.

Болгария присоединилась к Оси в марте 1941 года, но ограничила своё участие оккупацией частей Югославии и Греции. Она не отправляла войска на Восточный фронт и формально не объявляла войну СССР до 1944 года. По итогу для неё всё обошлось хорошо, хотя по справедливости должно было быть и хуже.

Финал Евровидения 1945 года.

Финляндия не была формальным членом Оси, но активно воевала против СССР, желая вернуть себе потерянную в Советско-финской войне 1939–1940 годов Карелию. Финские войска наступали на Карельском перешейке и участвовали в блокаде Ленинграда.

Словакия тоже умудрилась присоединиться к Оси и отправила на Восточный фронт контингент в составе 45 000 солдат.

Хорватия выставила около 10 000 солдат, которые участвовали в боях против югославских партизан и на Восточном фронте.

Чехия, точнее Протекторат Богемии и Моравии, после оккупации Германией в 1939 году играла значительную роль в её экономике. Чешская промышленность, включая заводы Škoda, поставляла вооружение, танки и боеприпасы для вермахта.

Франция активно предоставляла ресурсы и рабочую силу немецкой промышленности и формировала добровольческие отряды (например, Легион французских добровольцев против большевизма) для Восточного фронта. То, что Франция по итогам войны вошла в число стран-победительниц фашизма – величайшая несправедливость и насилие над здравым смыслом.

Испания отправила на войну с русскими Голубую дивизию в составе 47 тыс. добровольцев. Кроме того, страна поставляла необходимый для германской военной промышленности вольфрам.

Швеция поставляла критически важную для немецкой военной промышленности железную руду. Швейцария обеспечивала финансовые услуги Германии, хотя формально оставалась нейтральной.

В Нидерландах, Бельгии, Норвегии, Дании были призывные пункты где набирались добровольцы для службы в составе войск СС гитлеровской Германии. На Украине, в Литве, Латвии и Эстонии были созданы коллаборационистские подразделения.

Евросоюз как Ось 2.0

А теперь рассмотрим страны, объединившиеся против России в настоящий момент.

К сожалению, придётся опять повторять.

Англия: главный инициатор и лидер антироссийской коалиции. В военном плане Великобритания поставляет танки Challenger, ракеты Storm Shadow и обучает украинских военных. За кулисами остаётся главное: контроль режима Зеленского, организация информационных операций (трагедия 2 мая, «Резня в Буче» и т.д.) и общая координация деятельности антироссийской коалиции.

США: главный донор конфликта. На США приходится основной объём военных поставок Киеву, включая HIMARS, Javelin, танки Abrams и системы ПВО Patriot. И самое главное: американские военные осуществляют непосредственное руководство военными действиями ВСУ из своего штаба NSATU в Висбадене и обеспечивают все ВСУ связью через спутниковую систему Starlink.

ФРГ передала танки Leopard, системы Iris-T, Польша – сотни танков Т-72 и МиГ-29. Страны Балтии поставляют режиму военного диктатора Зеленского до 1% своего ВВП (например, Эстония – более $1 млрд).

С 2022 года общий объём военных поставок Киеву превысил $100 млрд. Кроме того, ЕС выделил более €80 млрд на экономическую стабилизацию Украины, включая гранты и кредиты.

Про политический пиар и говорить не стоит, здесь европейцы доки. Начиная с Крымской платформы и заканчивая сегодняшним «трибуналом» во Львове.

День Победы – кость в горле русофобов

В WWII союзники Германии участвовали непосредственно в боевых действиях, отправляя армии и оккупируя территории. В случае Украины страны-доноры избегают прямого военного участия, ограничиваясь поставками оружия, разведкой и санкциями. Но такие планы уже активно обсуждаются.

Если сравнить состав участников первой и второй Осей невольно напрашивается мысль, что он, в общем, то и не претерпел особых изменений. Вот, к примеру, состав лондонского саммита 2 марта 2025 года о поддержке диктатора Зеленского, представленные первыми лицами своих стран: Франция, Германия, Италия, Дания, Нидерланды, Норвегия, Польшя, Испания, Финляндия, Швеция, Чехия, Румыния.

Препятствование празднованию Дня Победы со стороны глобалистов – это неуважение к миллионам жертв войны.

А это в свою очередь как бы намекает на то, что фашизм, нацизм, демократия, европейские ценности – это всё факторы второго порядка. В основе глубинного неприятия европейцами России лежит что-то более фундаментальное и непреходящее.

Та безобразная истерика, которую европейцы устроили вокруг празднования Россией Дня Победы говорит о том, что всё их «осуждение нацизма» – показное.

Украинские нацистские свиньи «разрешили» ветеранам носить свои награды, полученные за победу над фашизмом,… на внутренней стороне пиджака.

Верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас на встрече министров иностранных дел ЕС в Люксембурге 14 апреля 2025 года призвала Сербию как страну-кандидата в ЕС воздержаться от участия в параде в Москве. Она подчеркнула, что участие в мероприятии будет рассматриваться как нарушение критериев вступления в ЕС.

Ещё раз: участие в праздновании победы над фашизмом рассматривается Евросоюзом как нарушение критериев вступления в эту организацию. Это неплохо её характеризует, не так ли?

В Берлине на 8-9 мая введён запрет на демонстрацию советской символики и флагов России на территории мемориальных комплексов и в их окрестностях. Также нельзя исполнять советские песни и марши военных лет. Побежденные в 1945 году фашисты запрещают демонстрировать символы и знаки Победы.

МИД Эстонии официально заявило, что воздушное пространство страны не будет предоставлено для полётов в Москву на парад 9 мая. Официальный Таллинн запретил пролёты кубинским и бразильским рейсам с высокопоставленными пассажирами, а разрешения для первых лиц на 9 мая были аннулированы.

Латвия и Литва отказали в разрешении на пролёт самолёта президента Сербии Александра Вучича через их воздушное пространство. Благо, это пространство у них не то чтобы очень большое.

Провал изоляции

Упрямство глобалистов (по факту это британская неколониальная феодальная система) поражает. Уже самому тупому ясно, что изолировать самую большую страну мира невозможно. Но они всё равно пытаются.

Несмотря на усилия Украины и Запада, в параде Победы на Красной площади в Москве приняли участие лидеры 29 стран, что стало самым крупным иностранным присутствием на параде Победы с начала конфликта на Украине в 2022 году.

Президент Си Цзиньпин прибыл в Москву 7 мая для четырёхдневного визита, включающего участие в параде и переговоры с Владимиром Путиным. Китай отправил почётный караул для участия в церемонии.

Для многих людей препятствование празднику, связанному с победой над фашизмом, вызывает когнитивный диссонанс.

Также в параде Победы принял участие президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва. Несмотря на угрозы со стороны ЕС и препятствия со стороны балтийских лимитрофов на параде Победы, присутствовали президент Сербии Александр Вучич и премьер-министр Словакии Роберт Фицо.

На параде на Красной площади маршировали военнослужащие из 13 стран мира, включая Китай, Египет, Вьетнам, Азербайджан, Беларусь и государства Центральной Азии.

Участие лидеров из стран Азии, Африки и Латинской Америки (Китай, Бразилия, Египет) в параде наглядно показало, что попытки изоляции России не находят отклика в незападном мире, где День Победы может восприниматься как общий антифашистский праздник.

В далеком 2021 году СНБО Украины опубликовал документ с тяжеловесным названием «Глоссарий названий, терминов и словосочетаний, которые рекомендуется использовать в связи с временной оккупацией Российской Федерацией Автономной Республики Крым, г. Севастополь и отдельных районов Донецкой и Луганской областей».

Фактически это были открытые цензурные требования о том какие термины в украинских СМИ можно употреблять, а какие запрещено.

При Януковиче подобный документ вызвал бы шквал негодования у украинской общественности. Но на тот момент времена изменились и всем уже стало ясно, что «украинская общественность» - это просто люди и организации на зарплате у западных фондов и не более того.

Выход глоссария тогда даже поддержала посол Великобритании на Украине Мелинда Симмонс. Так что, вероятно, над глоссарием потрудились именно британские специалисты в специалисты в сфере массовых коммуникаций. Ибо только они понимают ключевую важность правильных терминов в пропаганде.

Сейчас об этом глоссарии все забыли, а между тем он работает. Все украинские СМИ обязаны его строго выполнять чтобы не прослыть российскими агентами, что равносильно приговору.

В России ничего подобного нет и маловероятно что появится. Официальной идеологии – нет, теории коммуникации как науки – нет, понимания важности терминов в информационном противоборстве – как не было так и нет.

А между тем украинцы усилиями своих старших британских братьев, в военной пропаганде очень сильно прогрессируют. И у них есть чему поучиться.

I. Общая терминология

Составители глоссария настолько невежественны, что даже не знают, что власть делится на законодательную, исполнительную и судебную и не понимают разницы между понятиями "страна", "государство" и "власть". Украина – это вообще термин с совершенно размытым пропагандой значением - то ли это государство, то ли страна, то ли территория, то ли совокупность проживающего населения.

К примеру, Кабинет министров Украины можно назвать правительством, но уж никак не государством и уж тем более, Украиной.

Сложно сказать, почему так прицепились к этому предлогу. На украинском языке правильно «в Україні», на русском - «на Украине» и уж кому-кому, но точно не украинцам решать как русским говорить на своем языке.

Но украинцы - ребята упорные, и их просто маниакальными усилиями в этом направлении форма «в Украине» в русском языке, к сожалению, тоже стала общеупотребительной.

С точки зрения классической лингвистики правильно - «в Донбассе», как и «в Кузбассе». Оба слова образованы одинаково: Донбасс - это исторически сложившееся сокращение от «Донецкий каменноугольный бассейн», впервые употребленное в 1827 году. Это сокращение от слова «бассейн», соответственно, правильно - «в бассейне», а не «на бассейне». Однако сейчас форма «в Донбассе» тоже стала общеупотребительной, и мы её запросто употребляем, равно как и хрестоматийный вариант.

«Ближнее зарубежье» - это всего лишь иностранные государства, находящиеся в географической близости. Что в этом нейтральном понятии так зацепило ранимую душу украинского патриота? Вероятно, то, что Украина соседствует с Россией. Они ещё не придумали как исправить это исправить и пока просто не хотят, чтобы это словосочетание им напоминало о этом психотравмирующем для них географическом факторе.

Аннексия – нейтральный научный термин, оккупация – термин пропагандистский. Понятно, что пропаганда куда ближе для СНБО, чем наука. Обращает на себя внимание нарочитое употребление бессмысленного в данном контексте слова «временный». В этом мире вообще нет ничего вечного, по большому счету всё - временное. Об этом говорить у цивилизованных людей не принято, это и так всем ясно. Но у дикарей свои правила.

В логике СНБО если военного берут в заложники, то это уже не заложник, а военнопленный.

Государственный переворот – это нейтральный термин, означающий смену власти в государстве неконституционным путём. Именно так, как это и произошло в Киеве в 2014 году. Другое дело, что затем состоялись выборы, которые юридически легитимизировали президента Порошенко.

«Революция достоинства» и «Евромайдан» – это просто красивые эвфемизмы или пропагандистские лозунги.

Термин воссоединение абсолютно адекватен ситуации, равно как и нейтрален. Это объединение после отторжения, что и было с Крымом, который коммунисты передали из РСФСР в состав УССР 19 февраля 1954 года.

Миф о «российской агрессии» – краеугольный камень всей пропаганды киевской власти, поэтому и пропагандистские термины у аватаров из СНБО получились такие цветистые. А по сути вопроса – тут всем всё уже давно ясно и понятно.

В чём разница украинско-российского конфликта от российско-украинского? Это какие-то химеры в глубинах искалеченного лживой идеологией сознания.

А вот если бы они написали русско-украинский конфликт (или украинско-русский – без разницы), то с ними можно было бы даже согласиться. И это при том что по факту в Донбассе русские воюют против русских. Нюанс в том, что со стороны Киева русские воюют за то, чтобы перестать быть русскими навсегда, а со стороны ДНР и ЛНР - те, кто русскими хочет остаться.

Понимают же, кто они на самом деле! Ну и про знаки препинания забыли, ну то такое. Наверное запятые тоже сепарские.

Выше уже упоминалось, что само по себе слово "Украина" имеет множество различных значений, чем и активно пользуются киевские пропагандисты. Поэтому термин «агрессия Украины» - некорректен. В то же время АТО и ООС – это официальные термины, их можно вполне использовать.

То есть это тот редкий случай, когда мы с аватарами соглашаемся. Но они и тут умудрились сесть в лужу: оказывается 30 апреля 2018 года был уникальный день, когда проводились одновременно две операции: и АТО, и ООС.

II Временно оккупированная Республика Крым и г. Севастополь

В общем, к слову Крым нужно всегда добавлять «временно оккупированный». Противопоставлять же Крым и материк тоже неправильно, поскольку это не остров и тоже является частью материка.

С точки зрения пропагандистов СНБО настоящая крымская власть сидит сейчас в Херсоне и занимается организацией терактов на полуострове.

Процент явки на референдуме 16 марта 2014 года составил беспрецедентные 83% (в Севастополе – 89%). Крымчане показали невиданную сплочённость: за воссоединение с Россией проголосовало 96,77 крымчан. Киев о такой явке и таких результатах не может даже мечтать.

«Так называемый» - это несуществующий. «Незаконный и неконституционный» – существующий, но неправильный. Аналитики из СНБО не смогли освоить даже самые примитивные правила формальной логики.

Нахождение в первой колонке говорит о том, что блокады не было. Но нахождение в третьей говорит нам о том, что блокада была. Под невинным термином временного прекращения электроснабжения имеется в виду подрыв электроопор, то есть террористический акт.

В Крыму уже давно создана автономная система энергообеспечения и достраивается такая же система водоснабжения. Ни в каких поставках из Украины Крым уже не нуждается.

Если мост «так называемый», то его нет. Если он построен, пусть по их мнению незаконно, то он всё равно есть. В таких случаях начинаеш прямо жалеть киевских пропагандистов, так старающихся называть чёрное белым, и запутывающихся на каждом шагу.

Пора уже любое строительство объявить в Украине незаконным. А за разрушение давать награды, это, впрочем, уже происходит.

ІІІ. АТО/ООС в ОРДЛО

Месседж простой и ясный: никаких компромиссов киевская власть не признаёт, ни о чём ни с кем договариваться не собирается.

Во время госпереворота народом называли исключительно отморозков на майдане – все остальные граждане Украины, с ужасом взиравшие на всё происходящее, народом уже тогда не считались. Так что не стоит удивляться, что людям, проживающим в Донбассе, киевские власти отказывают в праве называться народом.

… Далее идёт множество пунктов, где от СМИ требуется российских гражданских добровольцев и народную милицию ДНР и ЛНР называть «российскими войсками». То есть СНБО прямо и открытым текстом требует от СМИ и украинских чиновников лгать, выдумывая то, чего нет.

IV. Терминология, связанная с пропагандой и политикой исторической памяти.

Вот он – предмет истинной ненависти украинских патриотов. Русский мир, русские – вот их экзистенциальные враги. Но они тут беспомощны, всё, что могут – это взять ненавистное словосочетание в кавычки. Они вообще любят все, что они не приемлют, брать в кавычки. Такой простой метод самогипноза.

И кстати, на заметку тем верующим, что перешли в ПЦУ. СНБО прямо связывает православие с русским миром. А это может означать только одно: что православие – такой же враг киевской власти, как и русским мир. ПЦУ – это обманка, временная структура для перевода украинцев из православия в католицизм.

Признанный в научном мире исторический термин Новороссия объявляется фейком, взамен же требуется употреблять «названия конкретных исторических территории Украины: Слобожанщина, Донеччина, Луганщина, Приазовье и Причерноморье».

Из всего этого перечня историческим регионом является только Слобожанщина. Приазовье и Причерноморье – это географические названия с довольно условными границами. Луганщина и Донеччина – это и вовсе недавно введённые в оборот разговорные термины, означающие Луганскую и Донецкую области.

Потрясающее незнание истории авторами Глоссария СНБО! Они даже не знают, что Великая отечественная война началась 22 июня 1941 года и закончилась 9 мая 1945 года. А Вторая мировая война началась 1 сентября 1939 года и закончилась 2 сентября 1945 года. Это две разные войны, хотя первая и является составной частью второй.

В Великой отечественной войне против СССР в составе Вермахта воевало более полумиллиона венгров, более 200 тысяч румын, около 100 тысяч чехов, 30 тысяч хорватов, более 60 тысяч поляков, 50 тысяч итальянцев. В меньших количествах, но всё равно были представлены французы, бельгийцы, испанцы, голландцы. Вся Европа. Называть это «советско-немецкой войной» - просто верх невежества.

13 апреля 2025 года в Сумах решили отпраздновать годовщину создания 117-й Отдельной бригады ТрО. Помимо, собственно, военнослужащих бригады, на него пригласили детей. Вероятно, как это обычно водится, чтобы те исполнили номера художественной самодеятельности.

Но что-то пошло не так. По конгресс-центру местной академии, где проходило торжественное собрание, было выпущено две ракеты. Одна промазала, ударив рядом со зданием, вторая попала точно в цель.

Ситуация на войне простая, понятная и в каком-то особом обсуждении не нуждающаяся. Но тут случилось какое-то соревнование пропаганд и вот об этом хотелось бы рассказать поподробнее.

Киевская пропаганда о ракетном ударе по Сумам

Гибель гражданских – реальная или вымышленная – для пропагандистов это всегда повод для обвинения противника. И такой повод для них - просто подарок. И тут удивляет даже не сам этот пропагандистский ор, с ним как раз всё понятно. А реакция на него обычных украинцев. Её можно охарактеризовать так: «да как они посмели? Русские не имеют права!».

Никакого раскаяния, никакого желания прекратить войну, никакой попытки анализа истинных причин случившегося. Только классическое украинское «а нас за что?».

И второе традиционное направление украинской пропаганды – выставить ситуацию так как будто все русские радуются гибели гражданских в Сумах. То есть попытка свое собственное поведение в подобных ситуациях переложить на русских.

Метод для этого выбран подлейший. Сами создали фейковый телеграмм-канал якобы какого-то русского, сами написали на него какой-то гнусный пост и сами стали этот пост распространять в своих каналах. То есть просто хрестоматийное разжигание межнациональной вражды по уголовному кодексу.

Ответ российской пропаганды

И что же на это ответила российская пропаганда?

Скорбит по трагедии в Сумах, где погибли от ракетного удара не только множество военных ВСУ, но и более 30 мирных людей, - весь российский политический сегмент интернета. Погибли русские православные люди. И самое главное - погибли просто ни в чем не виновные мирные люди. Ужасная трагедия!

- пишет прокремлёвский политолог Сергей Марков.

Во-первых абсолютно неизвестно сколько на самом деле погибло гражданских. Верить на слово украинским властям абсолютно нельзя, они врут всегда. Можно допустить, что какое-то количество гражданских на самом деле попало под удар, это зафиксировано на кадрах после него. Но бездумно повторять цифры за украинцами – это дно.

Марков напрочь отрицает наличие украинской политической нации, ну да Бог с ним. Самое главное: с чего бы это русским скорбеть?

Естественно, никто из нормальных русских не радуется гибели гражданских украинцев. Но и скорбеть по ним – это перебор, причем, перебор предательский. Это удар в спину российским воинам.

Омерзительный либеральный подход «мы не такие» - это скрытый коллаборационизм, который создаёт в обществе настроения, что, военные якобы допустили ошибку. А там недалеко и до прямого осуждения российской армии: мол, «наносит преступные удары по мирным украинским городам».

И как-то быстро все забыли про удар 30 декабря 2023 года по Белгороду, когда погибло 22 человека, в том числе три ребенка.

К сожалению, подобные унизительные оправдания российской стороны идут далеко не только от одного Маркова.

Выводы

Удар по скоплению ВСУ в Сумах – большая удача российской армии. Помимо прочего, это говорит и о том, что в этом городе действует пророссийское подполье, что тоже чей-то достойный результат.

Сопутствующие потери в войне неизбежны. Разумеется, враг будет их использовать в пропагандистских целях. Но вестись на это – глупость наполовину с предательством.

Сколько митингов прошло против войны на Украине? Ровно ни одного. Были митинги против «капитуляции», то есть мирного урегулирования конфликта. Были митинги женщин против плохого вооружения и обучения мужей/сынов/отцов. А вот против войны – не было ни одного.

В Курской области до сих пор находят маленькие скелеты с маленькими черепами… И делали это те, кого собрались за это награждать. А украинские родители отправили своих деток развлекать их песнями и танцами. Теперь они плачут и не могут понять «а нас за что?». А за то.

Известно, что из той же Сумской области в Курскую ходили группы мародёров – не военных, а тех самых, «ни в чём не повинных» гражданских. А потом продавали свои трофеи на ранках. И их теперь надо пожалеть?

Неужели российские военные не понимают, что негативный медийный эффект кратно перевешивает военный результат, если таковой (военный) вообще имеется,

- пишет очередной обдолбанный своей пропагандой украинец.

А дело в том, что русские уже плюют на этот ваш медийный эффект. Они работают на победу, и работают правильно. Из оксолотлей они уже начали превращаться в амбистом, и украинцам желательно бы это понять. И чем быстрее, тем лучше для них самих.

Если спросить жителя Украины как правильно: «в Украине» или «на Украине», то подавляющее число людей, даже не разделяющих националистический дискурс, без запинки ответит: «конечно же правильно «в Украине», потому что... это отдельная страна». И ни у одного не возникнет простого вопроса - при чём здесь вообще «отдельность» страны? Где и каким правилом прописано, что если страна отдельная, то нужно писать только «в»?

Ответ на извечный вопрос может быть и таким

Неудивительно, это настойчиво вбивали в голову людям с 1991 года. Но если для украинских националистов это принципиальный политический вопрос, за который они готовы за него биться, для людей обычных – это вопрос второстепенный, в котором они всегда готовы уступить. И уж тем более никто не обращал внимания на такие "мелочи" в Москве, где думали исключительно долларовыми категориями. Так и утвердилась на Украине грамматически неправильная форма «в Украине».

Так, заурядный филологический вопрос превратился в политический. Националисты в форме «на Украине» видят попытку русских унизить украинцев и умалить независимость их страны. Люди, не обращающие внимание на политическую коннотацию и говорящие просто грамматически правильно, обвиняются как минимум в безграмотности и как максимум – в причастности к России, Кремлю и лично Путину.

Аналогичная судьба постигла, кстати, слово «Малороссия», которое буквально означает «центр, ядро Руси». Националистов совершенно не смущает, что слово «Украина» произошло от слова «край», но очень унижает предикат «малый». В их воспалённом, перевёрнутом сознании окраиной быть круче и почетнее, чем центром.

Упрямые факты

Для того, чтобы раз навсегда понять как правильно говорить: «на Украине» или «В Украине», следует просто осознать несколько совершенно очевидных вещей, которые просто невозможно оспорить.

Слово «Украина» с точки зрения лингвистики – это топоним

А между тем, в языке на самом деле действуют свои, языковые законы, а не политические. С филологической точки зрения «Украина» - это не государство, не страна, а, так называемый, топоним. А какое там государственное устройство, независимое оно или незалежное – этими вопросами лингвистика не занимается.

Русский язык не является государственным на Украине

Русский язык принят в качестве государственного в Российской Федерации. Соответственно, и его нормы определяются в России носителями русского языка – русскими. Поэтому украинцы не имеют никакого права указывать русским как им говорить на их языке. Они могут менять нормы только своего собственного, украинского языка, но никак не русского, который они же сами объявили иностранным. И то, что это русское слово обозначает их страну, никаких прав его менять украинцам не даёт.

Наделять отдельным смыслом предлог - это лингвистический абсурд. Но украинцев это нисколько не смущает.

Давайте представим, что русские националисты стали бы требовать от украинцев, чтобы на украинском языке название их страны звучало не так как сейчас «Росiя», а как-то иначе. Украинцы наверняка сразу назвали бы это актом агрессии и заявили, что на своем собственном языке они имеют право говорить как хотят.

Более того, представители украинской интеллигенции периодически поднимают вопрос о том, чтобы переименовать Россию на украинском в Московию. Как бы абсурдно это ни звучало, но они реально имеют на это право, и русские не вправе им это запретить.

Правильно: «на Украине», и никак иначе

А теперь давайте рассмотрим данный вопрос с чисто лингвистической точки зрения. Мы уже уяснили, что «Украина» - это топоним, а словоупотребление топонимов регулируется в большей степени языковыми традициями, нежели грамматическими правилами. И с этой точки зрения единственно правильный вариант – это «на Украине» (дательный падеж) и «с Украины» (родительный падеж), поскольку это исторически сложившаяся данного топонима.

Только глубоко закомплексованный и недалёкий человек может считать один предлог чем-то лучше другого.

Ничего унизительного в этом нет. К примеру, правила русского языка включают такие предложно-падежные формы как «на Кубе», «на Мальте», «на Кипре», «на Кавказе», но «в Крыму». Однако ни кубинцам, ни киприотам никогда даже в голову не приходило обижаться по этому поводу.

Рассуждаем от обратного

Предлоги "в" и "на" указывают направление движения к объекту: везу, еду, лечу в/на Украину. При этом совершенно обойдено вниманием обратное движение - от объекта. Напомним, что в данном случае предлогу "в" соответствует предлог "из", а "на" - "с".

Следовательно, каждый украиномовный, говорящий "с Украины", а таких случаев немало, является латентным москалем и потенциальным сепаром.

Почему неправильная форма доминирует

Следует признать: украинским националистам удалось осуществить мощнейшую информационную операцию концептуального уровня. Фактически – взломать информационно-смысловое поле другого государства. В своих политических целях они смогли заткнуть в России российских же филологов и поменять в другой стране норму чужого языка.

Википедия ставит точку в претензиях украинцев на право определять правила русского языка.

Ответ, как всегда, в недооценке российским руководством гуманитарных аспектов. Которое, в свою очередь, проистекает от упрощённо-ложного понимания марксистского тезиса «бытие определяет сознание». Под бытием советско-российские невежды понимают материальное благосостояние, что категорически неверно.

Иначе говоря, российское правительство не считает этот вопрос заслуживающим даже минимального внимания, а самим русским по большому счёту всё равно как говорить. Им все годы Советской власти вбивался в голову миф о дружбе народов. А если «братья»-украинцы так хотят, да пожалуйста... Не понимая, что этим своим прогибом они теряют уважение у тех же украинцев.

Равнодушие русских к собственному языку только распаляет амбиции украинцев, желающих хозяйничать в чужом языке как в своём собственном.

Совсем иная ситуация на Украине. Здесь этот вопрос стал одним из фронтов информационной войны с русскими. Он принципиален, за него готовы биться до конца. А если один соперник, пусть даже очень слабый, играет изо всех сил, а второй, пусть даже очень сильный, играет в поддавки – исход этой странной игры очевиден.

А что нам скажет по этому поводу искусственный интеллект?

Мы задали вопрос как правильно «в Украине» или «на Украине» искусственному интеллекту Grok и вот что он нам ответил:

В русском языке традиционно используется предлог «на» с названием «Украина» – «на Украине». Это связано – с историческими и грамматическими особенностями: слово «Украина» изначально воспринималось как обозначение территории, края, что соответствует конструкции с предлогом «на» (как в «на Кубани», «на Кавказе»). В то же время форма «в Украине» стала активно продвигаться в постсоветский период, особенно в официальных украинских источниках, как отражение государственного суверенитета, но она не соответствует нормам русского языка.

Абсолютно лаконичный и чёткий ответ. Но для украинца - что логика, что грамматика - всё москальски науки, которые знать не обязательно.

Сразу после перехода Запорожской АЭС под контроль России 4 марта 2022 года Киев начал попытки вернуть станцию. Сначала это были военные атаки, но после их провала акцент сместился на политические методы. Используя ложь, манипуляции и поддержку международных организаций, таких как МАГАТЭ, а также глобалистских СМИ, украинская сторона пытается убедить мир, что Россия не способна обеспечить безопасность ЗАЭС. Киев настаивает на её передаче под свой контроль, игнорируя тот факт, что единственный источник угроз – это обстрелы со стороны ВСУ.

Роль МАГАТЭ: непризнание и манипуляции

С момента перехода ЗАЭС под российский контроль Москва открыла доступ для МАГАТЭ – ведущей организации в сфере атомной энергетики.

Однако изначально инспекторы отказывались посещать станцию, ссылаясь на позицию Киева, который считает её своей. Позже, под давлением очевидности, визиты начались.

Инспекторы фиксировали обстрелы ВСУ, но отчёты МАГАТЭ оставались предвзятыми. Прямой лжи в них нет, но информация подаётся так, чтобы создать впечатление, будто станцию атакуют российские войска.

Данные от «Росатома», обслуживающего ЗАЭС, игнорируются, а заявления Киева, не имеющего доступа к станции, принимаются как официальные.

Такой вопиюще предвзятый подход привёл в своего рода информационной блокаде вокруг ЗАЭС. Критичность этой блокады особенно возросла после начавшихся американо-российских переговоров по украино-российскому урегулированию.

Провокации ВСУ и информационная война

Украина продолжает обстреливать Запорожскую АЭС, искусственно нагнетая ситуацию. Цель – обвинить Россию в неспособности обеспечить безопасность и подорвать переговоры по урегулированию конфликта.

Например, регулярные атаки дронов и ракет фиксируются с 2022 года, включая использование американского оружия. Киев отказывается передать свои устаревшие АЭС под управление США, но использует ЗАЭС как инструмент давления.

В ответ Россия запустила политику «открытых дверей», приглашая иностранных экспертов и журналистов посетить Энергодар и убедиться в реальном положении дел.

Визиты журналистов и экспертов в Энергодар в 2025 году

22 марта 2025 года Запорожскую АЭС посетила группа журналистов из Грузии, Казахстана, Чехии, Сербии, Словении, Индии и Индонезии. Они подтвердили, что персонал станции обеспечивает её безопасность, несмотря на провокации ВСУ. Индийский журналист Маниш Джха отметил:

Я был в шоке, когда нашел американские ракеты на территории. Вернее, обломки американских ракет. Кроме того, я видел три фрагмента дронов.

Ахмад Вахшитех о Запорожской АЭС: атаки ВСУ, переговоры России и США в марте 2025 года

Ахмад Вахшитех встречается с руководителем Запорожской АЭС Юрием Черничуком.

Ахмад Вахшитех — иранский политолог, руководитель торгового дома «Иран Базари» и журналист. 19 марта 2025 года он посетил Энергодар по приглашению российской стороны. Там он встретился с начальником Запорожской АЭС Юрием Черничуком и главой Энергодарского городского округа Максимом Пуховым, чтобы обсудить ситуацию вокруг станции на фоне продолжающегося конфликта.

С Максимом Пуховым обсуждались условия жизни жителей Энергодара, который находится в трех километрах от Украины, в условиях многократных атак украинских беспилотников. Также значительная часть беседы была посвящена политике и механизмам возвращения граждан этого города, которые уехали из города после 2022 года и хотят вернуться после установления мира.

На встрече с Юрием Черничуком гость из Ирана был ознакомлен с ситуацией на Запорожской электростанции после заключения мира между Россией и Украиной, в свете вчерашних переговоров Трампа и Путина. Также Ахмада Вахшитеха интересовало мнение главы МАГАТЭ Рафаэля Гросси о Запорожской АЭС, которую он также недавно посетил.

Ахмад Вахшитех в зале Запорожской атомной станции.

После возвращения в Москву Вахшитех дал интервью BBC Persian, где поделился своим взглядом на перспективы прекращения огня между Россией и Украиной. Особое внимание он уделил роли Запорожской АЭС в переговорном процессе.

В течение последних нескольких дней, когда я посещал Запорожскую атомную электростанцию в городе Энергодар, на передовой линии конфликта и в трёх километрах от украинских сил, я был свидетелем атаки беспилотников с украинской стороны почти каждые полчаса,

— рассказал эксперт. По его словам, 20 марта 2025 года около полудня один из дронов врезался в автомобиль, что привело к гибели человека.

Ахмад Вахшитех на ЗАЭС - все затянуто сеткой от дронов - украинцы как маньяки всё время бьют ими по станции, стремясь сорвать мирные переговоры.

Позиция России и перспективы переговоров

Вице-премьер РФ Александр Новак 27 марта 2025 года подчеркнул:

Совместное управление ЗАЭС с США не рассматривается.

Это означает что российская позиция в этом вопросе абсолютно четкая: разменной картой ЗАЭС не будет.

Использовать ложь и манипуляции для обвинения России в неспособности обеспечить безопасность станции можно, но на российскую позицию то не повлияет. А те кто искренне хотят разобраться в ситуации на станции – таким в Энергодаре только рады. Политика открытости для иностранных гостей на станции продолжается.

Продолжаем серию материалов, посвящённых третьей годовщине начала СВО. После того как мы рассмотрели военно-технический и военно-стратегический аспекты военного конфликта между Украиной и Российской Федерацией перейдём к политике. Сегодня - двусторонние российско-украинcкие отношения. После чего у нас остаётся нераскрытым глобальный контекст.

– Извините, а чатлане и пацаки – это национальность?
– Нет.
– Биологический фактор?
– Нет.
– Лица с других планет?
– Нет.
– А в чём они друг от друга отличаются?
– Ты что, дальтоник, Скрипач, – зелёный цвет от оранжевого отличить не можешь? Турист…
«Кин-дза-дза!», 1986 г.

Кто такие украинцы: правда о русофобии и экзистенциальной войне с русскими

Любая попытка дать однозначную оценку украинскому обществу неизбежно скатится в пропаганду. Украина – страна с огромным по европейским меркам населением, где люди очень сильно различаются по этническому происхождению, политическим взглядам и уровню интеллекта. Разобрать этот сложный «винегрет» в рамках одной статьи невозможно. Поэтому для простоты уточним: термин «украинец» сейчас крайне размыт. Он может обозначать гражданство, место жительства, рождение, самоидентификацию или приверженность идеологии украинства с разной степенью радикальности. Для точности в дальнейшем мы будем называть украинцами приверженцев деструктивной идеологии украинства – иначе говоря «политических украинцев», что в данном контексте является синонимом.

Военный министр Украины с говорящей фамилией Умеров вполне может считать себя украинцем, что он и делает.

Ядро идеологии украинства – русофобия. Однако термин «русофобия» не совсем точен. С греческого "φόβος" переводится как «страх», но отношение украинцев к русским – это коктейль из высокомерия, ненависти и убеждения в собственном превосходстве. Ненависть же возникает из конфликта между этим ложным представлением о себе и реальностью. Для удобства мы будем использовать слово «русофобия», но с учетом этого нюанса.

Русофобия украинцев – не случайное явление. Она служит способом обособиться от русских, с которыми украинцы, по сути, имеют общие корни. Украинцу не нужно доказывать, что он не немец – это и так очевидно. А вот отличие от русского приходится отстаивать яростно и непрерывно, иначе окружающие будут воспринимать его как русского, чего он категорически не приемлет. «Украинец» – это своего рода «русский нерусский», парадоксальный отказ от своей исконной идентичности в пользу новой, выдуманной.

Отсюда вытекает, что украинцы обретут покой только тогда, когда исчезнут русские как точка сравнения. Без русских не придется доказывать свою самобытность и превосходство. Таким образом, русские для украинцев – экзистенциальный враг, угроза самому их существованию просто фактом своего присутствия. Война между ними стала неизбежной в тот момент, когда появился термин «украинец» – не «малоросс», не «русин», а именно «украинец».

Многие украинцы считают, что 24 февраля 2022 года началась агрессия России против Украины. Однако в реальности это была попытка остановить многолетнюю агрессию украинцев против русских. С 1991 года эта агрессия проявлялась непрерывно: сначала в интернете, на форумах, затем в соцсетях. Поток ненависти и презрения не стихал, оставаясь слепым к фактам и аргументам. Позже он выплеснулся на улицы с лозунгами вроде «Москалей на ножи!». И только спустя почти 30 лет таких атак началась Специальная военная операция (СВО).

Как победа Трампа раскрыла правду об украинской русофобии и роли США и Великобритании

Победа Дональда Трампа кардинально изменила вектор американской политики, что привело к неожиданным открытиям о закулисных процессах в мире. Одно из главных откровений: президент Украины Владимир Зеленский и его окружение – вовсе не марионетки Вашингтона, как считалось ранее. На самом деле их действия направляет Лондон, а США лишь выступают в роли финансового спонсора. Такой расклад явно не пришелся по душе новому американскому лидеру.

Актуальное изобразительное искусство украинцев показывает первичность русофобии.

Но из этого существует ещё один вывод. Стоило американцам перестать позиционировать себя как врагов России, как украинцы мгновенно сменили заискивание перед США на открытую враждебность.

Если ранее считалось, что американцы используют украинцев для достижения своих целей, то последние события перевернули эту картину. Оказалось, что русофобия украинцев – первична. И это украинцы по сути манипулировали США, чтобы воплотить в жизнь свою шизофренически-суицидальную идеологию.

Заискивание украинцев перед США продолжалось ровно до тех пор, пока американцы поддерживали русофобские настроения Киева. Теперь же главными союзниками Украины стали британцы, но и это партнерство зыбко: оно продлится лишь до тех пор, пока Лондон будет разделять антироссийскую позицию. Если завтра Великобритания решит наладить отношения с Россией, украинцы с той же яростью обрушатся на англичан, как сегодня – на американцев.

Почему война стала трагедией для украинцев и как неосоветизм Москвы усугубляет кризис

Текущие военные действия – это катастрофа для украинцев, худший сценарий из возможных. Их численность стремительно сокращается: тысячи гибнут на фронте, медицина рухнула, вызывая рост смертности от болезней, миллионы бегут за границу, а рождаемость падает из-за стресса и нищеты. Однако этот путь – их собственный выбор, к которому они шли с 1991 года. Война с Россией в этом смысле – их «достижение».

Тем не менее, Россия тоже несет свою долю ответственности. Главная ошибка Москвы – продолжение советской национальной политики в условиях, когда СССР давно нет. В Советском Союзе эта политика была далека от идеала: она хромала, но держалась за счет тоталитарного контроля. Национальные конфликты подавлялись силой и замалчивались, а их глубинные причины оставались нерешенными, так как это противоречило коммунистическим догмам.

После 1991 года Украинская ССР превратилась в новое государство – «Украину». Название осталось общим, без официальной формы вроде «Республика Украина» или «Украинская Федерация», как у других стран. Эта новая страна унаследовала от СССР всё: язык, армию, культуру – по сути, русское наследие. Единственным отличием стал национализм, незаметный вначале. В Москве его разглядели лишь в 2022 году, когда он вырос в чудовище, разрушающее всё на своем пути. Глобалисты же заметили его сразу, взращивали 30 лет и довели до нынешнего состояния.

Сделала ли Москва выводы? Увы, нет. Кремль до сих пор ищет на Украине «правильных» украинцев, которые вписываются в их утопическую картину мира, и выступает за сохранение украинской государственности.

Как советские постулаты Москвы привели к провалу политики на Украине

Бытие определяет сознание

Политические промахи Москвы в украинском вопросе уходят корнями в два устаревших постулата советской идеологии, которые до сих пор формируют мышление российской элиты, особенно поколения старше 60 лет. Первый из них – «бытие определяет сознание». Этот тезис, придуманный Марксом в эпоху индустриализации, был спорным даже тогда. Но бурный рост промышленности и примитивные технологии социальной инженерии создавали иллюзию его правоты. Однако уже в то время газеты доказывали, что сознание можно формировать независимо от бытия.

Коммунисты, будучи убежденными материалистами, сделали этот сомнительный принцип основой советского образования. Сегодня те, кто впитал его в школах и вузах СССР, занимают ключевые посты в России и воспринимают его как непреложную истину. Реальность же иная: сознание первично и в большей степени определяет бытие. Это очевидно на даже бытовом уровне: если поменять местами неряшливого и аккуратного человека, их привычки вскоре преобразят их жилища соответствующим образом.

Политика есть концентрированное выражение экономики

Второй постулат – ленинское утверждение, что «политика есть концентрированное выражение экономики». Это ещё одна вариация вульгарного материализма, где бытие якобы диктует всё остальное. Современность же доказывает обратное: политика часто жертвует экономикой ради идеологии. Европейские лидеры сознательно отказались от выгодного российского газа, а те, кто ставит экономику во главу угла, как Виктор Орбан, оказываются изгоями.

В Москве долгие годы считали, что экономическая выгода привяжет украинцев к России. Этот материалистический подход игнорирует человеческий фактор: дружба и межгосударственные связи строятся не только на деньгах. Идеология выходит на первый план, но Россия так и не предложила украинцам привлекательной альтернативы, полагаясь лишь на газовые скидки и финансовую поддержку.

Итог этой политики виден всем. Евросоюз успешно позиционирует себя как будущее Украины, а Россия воспринимается как прошлое. Без новой идеологии, способной привлечь украинцев на свою сторону, скидки на газ не сделали украинцев пророссийскими. Когда иллюзии рухнули, начались военные действия.

Как России решить украинский вопрос: два пути и их последствия

Российская Федерация не может выстраивать отношения с Украиной, опираясь на советскую идеологию, ведь её основа – СССР – давно исчезла. Советская идеология и СССР были неразделимы: без организационной структуры Союза она теряет смысл.

В СССР существовала уникальная «империя наоборот», где «колонии» жили за счет «метрополии». Москва пыталась перенести эту модель на отношения с Киевом, предоставляя украинцам значительные экономические льготы, часто в ущерб себе. Однако этот подход больше не работает. Сейчас «украинский вопрос» теоретически имеет два основных решения. Первый путь – ассимиляция украинцев. Признание того факта, что те, кто сегодня считает себя украинцами, – это обманутые русские.

В этом случае украинство предстает как деструктивная секта, болезнь русского мира, которую нужно искоренять, а не искать мифических «правильных украинцев». Политика Москвы могла бы строиться на непризнании украинской государственности и устранении термина «украинец» из политического дискурса. Такой подход не нов – Китай применяет его к уйгурам, Канада к индейцам, а Румыния к Молдове.

Второй путь – создание классической колониальной системы. Украина сохраняет свою административную неделимость, но с более низким уровнем жизни и меньшими правами по сравнению с Россией. Это та модель, которую как раз и строят на Украине США и другие страны Запада. Почему бы России не взять с них пример?

Однако оба варианта сейчас неосуществимы из-за субъективных факторов. Реальные сценарии ещё в 2018 году описал Константин Крылов в статье «Перемога – три варианта», и ни один из них не сулит России позитивного исхода. Возможно, со временем появится компромиссный путь, выгодный всем сторонам и приемлемый для российского руководства, но пока он не виден.

Время не ждет: военные действия делают украинский вопрос для Москвы неизбежным. Перемирие с сохранением нынешней украинской государственности лишь отсрочит новую волну конфликта. Вывод прост: спасти украинцев может только Россия, но спасать их нужно в первую очередь от самих себя.