Пресс-релиз ODNI № 10-26

12 июня 2026 года

Директор национальной разведки США Габбард раскрыла данные о глобальной программе биолабораторий, финансируемой за счёт американских налогоплательщиков

ВАШИНГТОН, округ Колумбия. – После нескольких месяцев изучения материалов и архивов разведывательного сообщества директор национальной разведки (DNI) Тулси Габбард обнародовала новые доказательства многолетнего финансирования правительством США более 120 биологических лабораторий в свыше 30 странах мира.

В число этих объектов входят лаборатории на Украине, которые могут подвергаться риску утраты над ними контроля из-за продолжающейся российско-украинской войны. Так, ранее разведывательное сообщество предупреждало, что одна из финансируемых США биолабораторий на Украине, вероятно, хранила опасные патогены и оставалась уязвимой перед угрозой повреждения или захвата российскими войсками.

Недавно рассекреченные материалы доступны ЗДЕСЬ.

До настоящего времени информация о полном масштабе существования и финансирования этих лабораторий сознательно скрывалась от американского народа. Сведения о существовании, истории, местоположении и финансировании этих биолабораторий, поддерживаемых США, намеренно замалчивались влиятельными лицами, которые ложно утверждали, что таких объектов не существует, и обвиняли всех, кто говорил об обратном, в работе на иностранные государства и предательстве Америки.

На карте DNI лаборатория в Одессе прямо указана как место хранения биологического оружия (biological weapons storage).

Многие из финансируемых американским правительством биолабораторий в настоящее время проводят или ранее проводили исследования с использованием опасных и высокозаразных патогенов, а в некоторых случаях – исследования по усилению функций [1] при крайне ограниченной прозрачности и контроле.

Президент Трамп осознаёт серьёзную угрозу, которую исследования по усилению функций представляют для американского народа. Именно поэтому 25 мая 2025 года он подписал исполнительный указ № 14292, прекращающий федеральное финансирование таких исследований по всему миру.

Несмотря на очевидный потенциал катастрофических глобальных последствий, который могут иметь исследования опасных патогенов в биолабораториях, политики, так называемые специалисты в области здравоохранения, такие как доктор Фаучи, а также представители команды национальной безопасности администрации Байдена лгали американскому народу, отрицая существование биолабораторий, финансируемых и поддерживаемых Соединёнными Штатами, и угрожали тем, кто пытался раскрыть правду.
ODNI продолжит тесно сотрудничать с партнёрами по правительству, чтобы установить местонахождение этих лабораторий, выяснить, какие патогены в них содержатся, и положить конец опасным исследованиям по усилению функций, которые угрожают здоровью и благополучию американского народа и людей по всему миру,

- заявила директор национальной разведки Габбард.

Габбард также выпустила новые указания для разведывательного сообщества, предписывающие усилить сбор информации о подобных зарубежных лабораториях и объектах. По её словам, эта директива уже позволяет получать новые сведения о проводимых на этих объектах клинических испытаниях, что вызывает серьёзные этические, финансовые и связанные с безопасностью вопросы относительно данных инициатив в области общественного здравоохранения и национальной безопасности США.

Удар напоследок

В день публикации пресс-релиза уже было известно, что Тулси Габбард осталось около недели на посту директора национальной разведки США. Официальной причиной её ухода называлась тяжёлая болезнь мужа, страдающего редкой формой рака кости. Однако с самого начала работы на этой должности Габбард оставалась во многом чужой для вашингтонского истеблишмента.

Боевой ветеран, воевавшая в Ираке, Кувейте и странах Африки, она последовательно придерживалась антивоенных и антиинтервенционистских взглядов. В отличие от многих американских политиков, Габбард видела последствия военных кампаний своими глазами и открыто критиковала внешнеполитические авантюры США. При этом она не просто имела собственную позицию по ключевым международным вопросам, но и публично её отстаивала, что нередко вызывало раздражение у вашингтонских «ястребов», включая, вероятно, и самого Трампа.

Отдельного внимания заслуживает фраза из пресс-релиза о том, что Габбард поручила разведывательному сообществу усилить сбор информации о зарубежных биолабораториях и связанных с ними объектах. Возникает любопытная ситуация: согласно тому же документу, речь идёт о сети лабораторий, которые на протяжении многих лет финансировались правительством США. Тем не менее американская разведка получила распоряжение собирать о них дополнительную информацию.

Иначе говоря, одна структура государства вынуждена выяснять детали работы объектов, которые курировались или финансировались другими государственными структурами. Красноречивая иллюстрация того, что даже внутри федерального аппарата США правая рука не знает что делает левая отсутствует единое и полное представление о деятельности зарубежных программ, финансируемых Вашингтоном.

Приложение

Пресс-релиз ODNI содержит ссылку, по которой можно скачать презентацию, которая предположительно докладывалась высшему руководству страны. Для широкой публики в ней замазали отдельные моменты. Предлагаем перевод оставленных фрагментов данной презентации.

* * *

Ветеринарный исследовательский центр в Харькове является постоянной мишенью для российской дезинформации и других потенциальных операций

Согласно данным военных и украинской документации Национальный научный центр «Институт экспериментальной и клинической ветеринарии» в Харькове (ННЦ ИЭКВМ), вероятно, содержит по крайней мере несколько опасных патогенов и почти наверняка остается уязвимым для длительных информационных операций, захвата или повреждения со стороны России.

Институт, основанный в 1920-х годах и, возможно, имевший отношение к советскому биологическому оружию, специализируется на ветеринарии, вирусологии и токсикологии. Этот институт, возможно, прямо или косвенно участвовал в советской программе по созданию бактериологического оружия.

ННЦ ИЭКВМ занимался исследованиями в области диагностики и вакцин, … и уже уничтожен…

Согласно общедоступной информации и отчётам … по состоянию на начало 2010-х годов, ННЦ ИЭКВМ содержала сотни патогенов и была одной из более чем сорока лабораторий, принадлежащих Украине и управляемых ею, которые получили помощь в рамках Программы Министерства обороны по уменьшению биологической угрозы (DOD's Biological Threat Reduction Program),

Несмотря на то, что в учреждении были обновлены некоторые помещения, оснащенные современным оборудованием и инфраструктурой, в ННЦ ИЭКВМ ещё в 2019 году были отмечены, по крайней мере, некоторые недостатки в области биобезопасности, особенно в помещениях, где содержались возбудители бруцеллёза.

Мы пытаемся лучше разобраться в текущем состоянии патогенов и уровне биобезопасности в ННЦ ИЭКВМ и других украинских лабораториях, так как недавние публикации свидетельствуют, что после начала российского вторжения лабораториям поступил приказ уничтожить свои коллекции возбудителей бруцеллёза … и сибирской язвы.

Украина: создано и поддерживается более 40 лабораторий

• Хранение патогенов биологического оружия советской эпохи
• Подготовка украинских учёных для работы с опасным биологическим содержимым.
• Сертификация по особо опасным патогенам.
• Репозиторий патогенов биологического оружия и возбудителей заболеваний: cибирская язва, туляремия, туберкулёз, африканская чума свиней, болезнь Ньюкасла, MERS, SARS, Марбург, Эбола, Ласса, чума, риккетсии и др.

Информация для примера: США построили следующие лаборатории в Украине

США заплатили украинскому ученому за изучение генома высокопатогенного птичьего гриппа и других высокоинфекционных вирусов в биологической лаборатории, которые также были оплачены правительством США.

Заключение

40 центров хранения опасных возбудителей – это очень серьёзно. Карту в большом разрешении с указанными лабораториями можно скачать ЗДЕСЬ. Американцы не строили лаборатории с нуля – они просто переоснастили уже существующую советскую инфраструктуру, тем самым взяв её под свой контроль за совсем небольшие деньги. Из таблицы видно, что основной подрядчик – американская же компания Black & Veatch. То есть указанные на строительство и реконструкцию суммы американцы просто перекладывали из одного своего кармана в другой перед носом дюже мудрых украинцев.

Что же получили сами украинцы от такого сотрудничества с США?

В 2021 году в Херсонской области была зафиксирована массовая гибель птиц, о чём писали все без исключения СМИ. О существовании в Херсоне биолаборатории Пентагона было известно ещё с 2015 года, когда преподавательница местного вуза Татьяна Томилина в студии местного телеканала озвучила эту информацию. Два и два никто сложить не смог. В мае 2023 года и.о. губернатора Херсонской области Владимир Сальдо заявил, что массовая гибель краснокнижных птиц в 2021 году была связана с деятельностью этой биолаборатории. С украинской стороны этому опять никто не поверил. И вот уже глава Национальной разведки США прямым текстом сообщает, что был некий украинский учёный, который за американские деньги проводил эксперименты с птичьим гриппом…

Это далеко не единственный подобный инцидент. В сентябре-октябре 2018 года в Одесской области были зафиксированы две вспышки сибирской язвы: пятеро жителей села Меняйловка заразились при забое скота, у одного диагноз подтверждён лабораторно. В октябре 2022 года вспышка сибирской язвы была в Обуховском районе Киевской области. В тот период из четырёх обследованных объектов российские военные извлекли около 240 болезнетворных субстанций, большую часть которых составляли штаммы сибирской язвы и холеры.

Особого внимания достойно упоминание того факта что в лабораториях на Украине проводились исследования «по усилению функций». Под этим безобидным названием кроется работа по усилению функций патогенов, проще говоря, по созданию биологического оружия.

И при этом тема американских биолабораторий – одна из самых недооценённых на Украине. Вера украинцев в доброго американского хозяина, видимо, неистребима. Поэтому американские биолаборатории, находящиеся на территории их страны, не интересуют их от слова «совсем» и не пугают от слова «ни разу». В киевских СМИ не изобретают велосипед и говорят по-простому: «американские биолаборатории повышают вашу, украинцы, безопасность». И те верят. Никакие вспышки инфекционных болезней их не смущают. Впрочем, это тема отдельного исследования в области уже социальной психологии.

Примечания

• [1] Исследования по усилению функций (Gain-of-Function, GoF) — это тип экспериментов в микробиологии, вирусологии и иммунологии, при которых учёные целенаправленно модифицируют микроорганизмы (в первую очередь вирусы, реже бактерии), чтобы усилить определённые их свойства или придать им новые функции. Исследования с коронавирусами летучих мышей в Институте вирусологии в Ухане (WIV) и сотрудничество с EcoHealth Alliance — часть дебатов о происхождении COVID-19.

Внутренние ссылки

• Биолаборатории Пентагона на Украине никого не напугали
• Свиной грипп и американские биолаборатории на Украине
• Посольство США подтвердило наличие биолабораторий на Украине
• Биолаборатории США на Украине спешно уничтожают улики
• Для чего Пентагону нужны биолаборатории на Украине

Внешние ссылки

• DNI Gabbard Reveals Evidence of U.S. Taxpayer-Funded Global Biolab Program
• Black & Veatch Plays Vital Role in Biological Threat Reduction Program

С юридической точки зрения действующие европейские нормы не предусматривают разделения получателей временной защиты по полу или возрасту. Однако на практике европейские политики всё чаще сталкиваются с другой проблемой: Украина испытывает острый дефицит личного состава для пополнения армии, а сотни тысяч мужчин мобилизационного возраста продолжают проживать в странах ЕС.

Именно поэтому в европейских столицах началась дискуссия о том, должны ли мужчины призывного возраста сохранять те же условия временной защиты, что и остальные украинские беженцы. Пока речь идёт лишь об обсуждении возможных изменений, однако сам факт появления этой темы показывает, что вопрос постепенно выходит за рамки исключительно гуманитарной повестки. В Европе понимают, что если в ВСУ не будет людей, то никакие их деньги и оружие сами по себе с русскими воевать не будут.

Что изменится для украинских беженцев в Европе?

Большинство государств Евросоюза на данный момент поддерживает продление Директивы о временной защите (Temporary Protection Directive) для украинских беженцев до 2028 года. Однако чиновники ЕС всё настойчивее обсуждают необходимость введения новых правил для украинцев в Европе с учётом политических реалий. Речь идёт об исключении мужчин в возрасте 23–60 лет (мобилизационного/призывного возраста) из-под действия этой директивы.

Еврокомиссар Магнус Бруннер прямо заявил, что такая идея (ограничение для мужчин призывного возраста) исходит в том числе от самой Украины («это также то, что просят нас сделать украинцы»). Украина хочет стимулировать возвращение военнообязанных мужчин, чтобы они могли быть мобилизованы. Ряд стран Евросоюза с сильными антироссийскими настроениями (Германия, Польша, Швеция, Чехия, Балтия и др.) эту идею поддерживают.

4 июня 2026 года заместитель министра по миграции и международной защите Кипра (страна-председатель Совета ЕС на тот момент) Николас Иоаннидес сделал заявление после заседания Совета ЕС по вопросам юстиции и внутренних дел (JHA Council) в Люксембурге. По его словам, все страны ЕС единодушно поддерживают продление Директивы о временной защите для граждан Украины до марта 2028 года (сейчас она действует до марта 2027). Вместе с тем, из из-под действия этой директивы, вероятнее всего, исключат мужчин мобилизационного/призывного возраста (23–60 лет).

Иоаннидес также подтвердил, что такая инициатива исходит и от украинской стороны и соответствует позиции Киева по стимулированию возвращения военнообязанных.

Ранее (19 мая 2026 года) эту же позицию высказывала в интервью украинской службе DW спецпосланница (Special Envoy) ЕС по вопросам украинцев в Евросоюзе (бывший еврокомиссар по внутренним делам) Ильва Йоганссон:

По моему личному мнению, не совсем логично то, что многие военнообязанные мужчины, которые не имеют права покидать Украину, только пересекают границу – возможно, даже нелегально – сразу получают временную защиту. Я считаю, что это противоречивый сигнал, который мы посылаем Украине, ведь мы поддерживаем её и в военном аспекте борьбы с российской агрессией. Поэтому, по-моему, есть смысл в том, чтобы вводить определённые ограничения.

Как видим, она подаёт это как своё личное мнение. Однако мы понимаем, что у чиновников ЕС нет никакого своего мнения, это было сказано лишь для смягчения ввода неоднозначной с правовой точки зрения темы в общественный дискурс.

Последние новости для украинских беженцев от киевских чиновников

Еврочиновники особенно акцентируют, что на лишении части украинских беженцев прав настаивают именно в Киеве. И не скрывают, что это связано с нехваткой живой силы на фронте. В стране происходит перманентная мобилизационная реформа, цель которой – изыскать резервы для пополнения ВСУ.

Реформа мобилизации будет очень болезненной для тех, кто прячется от мобилизации. Власть будет вводить против них санкции. Если человек не хочет по-хорошему,

- заявила нардеп Соломия Бобровская. По её словам, изменения могут затронуть студентов, работников, имеющих отсрочки или бронь, а также граждан Украины, находящихся за пределами страны.

Сегодня мы говорим со многими европейскими политиками, со многими европейскими службами, они все ищут пути, каким образом довольно мягко и безболезненно разработать программу по возвращению украинцев в Украину, потому что они также понимают, что нам очень важно вернуть собственно граждан,

- заявила недавно председатель Государственной миграционной службы Украины Наталья Науменко.

Почему важно вернуть из ЕС мужчин призывного возраста?

По данным украинских официальных лиц, целевым ориентиром остаётся привлечение 35 тысячах мобилизованных в месяц. Видимо, таким или около этого является уровень потерь в украинском вiйське. Вместе с тем украинские и западные СМИ регулярно сообщают о сложностях с выполнением плановых показателей набора. Мобилизационную базу неофициально расширили за счёт отказа де-факто от медотводов: годными признают всех - бомжей, наркоманов, больных СПИДом и туберкулезом. Но принципиально это проблему всё равно не решает.

Тема мобилизации женщин пока спущена на тормозах из-за её высокой токсичности. В ближайших же планах – принудительная мобилизация студентов, отчисленных по результатам летней сессии и сокращение числа забронированных. Благо все их данные уже имеются в ТЦК. Возвращение украинцев из-за границы – самая желаемая, но пока нерешённая проблема.

Киевская пропаганда, впрочем, уже готовит для этого почву. Украинское издание Business Insider рапортует, что «по данным пограничной службы за год на Украину вернулось около 1,7 млн человек», из чего делает размашистый вывод о том, что «Украинские беженцы начали массово возвращаться домой».

На самом деле эти 1,7 миллиона «вернувшихся беженцев» в реальности – несколько сотен тысяч женщин, которые мотаются из ЕС на Украину и обратно раз в несколько месяцев. Забрать квартплату от переселенцев с востока, живущих в их львовских квартирах.

Будут ли депортировать украинских мужчин из стран ЕС?

На данный момент признаков подготовки массовой депортации украинских мужчин из стран Евросоюза нет. Европейское законодательство предусматривает достаточно жёсткие ограничения на подобные меры, поэтому говорить о принудительном возвращении миллионов людей преждевременно.

Любителя сомов депортируют - сразу в ТЦК.

Прямая угроза именно депортации в настоящее время существует лишь для тех кто совершает конкретные правонарушения в странах ЕС. Как тот тупой жлоб 57-летний украинец, который недавно незаконно выловил «легендарного» 183-сантиметрового сома в варшавском парке Балатон, который до этого там жил 20 лет. Вместо положенного в таких случаях трёхлетнего тюремного заключения он был выдворен из Польши с запретом на въезд в страну сроком на пять лет. Теперь сам покормит сомов в Северском Донце.

Таким образом, напрямую депортировать не будут, однако будут всё сильнее выдавливать различными иезуитскими способами. В публичном поле это будет подаваться под благовидным предлогом реализации «программ, направленных на стимулирование возвращения части граждан на Украину».

На практике же это будет сокращение социальных программ для мужчин призывного возраста, расширение оснований для депортации и т.д. То есть для мужчин из Украины просто будут медленно сужать окно возможностей для пребывания в ЕС.

Для ЕС более чем логично по крайней мере попробовать заставить военнообязанных граждан Украины вернуться домой, где их моментально мобилизуют в ВСУ. В конце концов, именно это прямо следует из концепции «войны с Россией до последнего украинца», которую поддерживает ЕС.

Не уверена, что украинских мужчин прямо вот совсем лишат временной защиты и тем более сомневаюсь, что их будут депортировать из ЕС в товарных вагонах или как-то ещё. Скорее речь может идти о том, что статус временно защищённых не будут предоставлять тем, кто будет переезжать в ЕС в будущем,

- пишет Татьяна Монтян.

Все это будет делаться в связке с МИД Украины, который в лице свих консульских учреждений также делает всё возможное для того чтобы вернуть «ухилянтов» туда, где их можно сразу же заковать в наручники, избить, отправить на убой в окопы мобилизовать.

Европейцы – большие мастера подобных неявных схем воздействия, поэтому в этой угрозе нужно отнестись серьёзно. Для работающего украинского беженца в Европе по-прежнему открыты возможности получения альтернативных вариантов легализации – долгосрочного вида на жительство или других устойчивых миграционных статусов. Они дают меньше финансовых бонусов, но в долгосрочной перспективе выглядят более надёжным вариантом.

Либо вовсе рассмотреть вопрос о том чтобы покинуть еврозону и переехать в более надёжную для спасения от мобилизации страну. Пока таким единственным безальтернативным по сути вариантом видится Беларусь.

Сколько украинских беженцев сейчас находится в Европе?

По данным статистической службы Евросоюза, по состоянию на 30 апреля 2026 года в странах ЕС находились 4,37 млн граждан Украины, пользующихся режимом временной защиты. По сравнению с концом марта их количество увеличилось на 42 990 человек, или на 1%.

Украинские беженцы в Европе.

Наибольшее число украинских беженцев приняли три государства:

• Германия – 1 279 660 человек (29,3% от общего числа);
• Польша – 971 255 человек (22,2%);
• Чехия – 384 435 человек (8,8%).

Наиболее заметный прирост за месяц был зафиксирован в Польше, где число получателей временной защиты увеличилось на 9 850 человек (+1%). В то же время крупнейшее сокращение показала Франция, где количество украинцев со статусом временной защиты уменьшилось на 440 человек (–0,9%).

Таким образом, почти каждый второй украинский беженец в Евросоюзе сегодня проживает либо в Германии, либо в Польше, что делает именно эти страны наиболее чувствительными к любым изменениям миграционной политики ЕС.

Из намоленной Европы украинским мужчинам скоро можно будет попасть вот в такой спортзал, где тебя прикуют наручниками к шведской стенке.

Ссылки

• Wyłowił ogromnego suma z warszawskiego Balatonu. Ukrainiec wydalony z Polski
• EXCLUSIVE: EU may exclude military-age Ukrainian men from protection scheme

Снижение числа граждан Украины со статусом защиты в ЕС

По данным Евростата, в марте 2026 года количество людей, пользующихся режимом временной защиты в странах Евросоюза после выезда с Украины, сократилось на 1,6%, что в абсолютных числах составило 4,33 миллиона человек.

За месяц число зарегистрированных получателей защиты уменьшилось почти на 69 тысяч. Несмотря на это, в годовом выражении их общее количество в ЕС остаётся выше прошлогоднего уровня более чем на 68 тысяч человек.

Подавляющее большинство обладателей статуса временной защиты – граждане Украины. Их доля составляет 98,4%. Оставшиеся 1,6% приходятся на граждан других государств, включая Россию, Нигерию, Азербайджан и ряд других стран, которые до начала боевых действий проживали на территории Украины.

Демографическая статистика Украины

Несмотря на то, что западная пропаганда делает акцент на женщинах и детях, а мужчин старается не замечать, объективная статистика того же Евросоюза показывает несколько иную картину. Взрослые женщины на сегодня составляют 43% всех беженцев, несовершеннолетние – 30%, остальные 27% - это взрослые мужчины.

С одной стороны мужчины – это статистически действительно самая малочисленная категория беженцев. Но, с другой стороны, взрослых мужчин вообще меньше, так сказать, в природе. Если говорить о гражданах Украины в целом, то на 100 взрослых мужчин сегодня приходится примерно 140 взрослых женщин. В процентах это означает, что женщины сегодня составляют около 58% взрослого населения Украины, а мужчины – и так всего 42% (см. возрастную пирамиду).

Второй фактор – это закрытые границы для мужчин призывного возраста. Уже пятый год как мужчине попасть в Европу можно только либо нелегально перейдя границу, либо сбежав во время временного пребывания за рубежом в составе какой-нибудь делегации, спортивной команды и т.п.

На сегодняшний день в Европе скрываются от мобилизации более миллиона мужчин.

И, наконец, 27% взрослых мужчин от общего числа украинских беженцев в абсолютных цифрах – это 1,17 миллиона человек!

Какие страны приняли больше всего переселенцев

Крупнейшим получателем временной защиты остаётся Германия. На её территории зарегистрировано около 1,275 миллиона человек, что соответствует 29,4% от общего числа в Евросоюзе.

Второе место занимает Польша, где находятся около 961 тысячи человек или 22,2% от общеевропейского показателя. На третьем месте располагается Чехия с показателем около 380 тысяч человек, что составляет 8,8% от общего числа получателей временной защиты в ЕС.

Если оценивать ситуацию не по абсолютным цифрам, а по соотношению числа переселенцев к численности местного населения, распределение выглядит иначе.

Наибольшая нагрузка приходится на Чехию, где на одного человека со статусом защиты приходится примерно 35 местных жителей. Среди стран-лидеров также остаются Польша и неожиданно Словакия, где доля прибывших из Украины относительно численности населения составляет 1/26, что заметно выше среднеевропейского уровня.

Причина сокращения – ассимиляция

Европейский совет продлил действие механизма временной защиты для лиц, покинувших Украину, до 4 марта 2027 года. Этот режим остаётся крупнейшей программой коллективной защиты, действующей на территории Евросоюза. Однако статистика показывает, что число его получателей, как было показано выше, постепенно сокращается.

Может показаться, что люди засобирались домой, но нет. Процессы здесь происходят прямо противоположные. Люди активно натурализуются в странах пребывания, опасаясь принудительного возвращения на родину в случае изменения политической конъюнктуры. А там их кроме мобилизации на фронт ничего не ждёт. Поэтому всё больше граждан Украины переходят с режима временной защиты на другие формы законного пребывания.

Многие оформляют трудовые контракты, получают долгосрочные виды на жительство, участвуют в программах воссоединения семей или переходят на национальные миграционные режимы отдельных государств. После получения нового статуса временная защита теряет практическое значение, поэтому такие люди больше не учитываются в статистике получателей данной программы. При этом они не только продолжают жить в Европе, но и больше не связывают своё будущее с Украиной.

Причина – страх мобилизации

В истории всё идёт по кругу.

Внезапная принудительная мобилизация – трагедия не только для самого мобилизуемого, но и для всей семьи. Поэтому по мере адаптации всё больше украинских семей воспринимают своё пребывание в Европе не как временную меру, а как долгосрочную жизненную стратегию.

Переселенцы устраиваются на работу, дети посещают местные образовательные учреждения, а семьи всё глубже встраиваются в социальную и экономическую жизнь принимающих стран.

Для значительной части этих людей возвращение в страну, где отца семейства могут в любой момент схватить на улице и увезти на смерть, категорически неприемлем. В то же время украино-российских конфликт воспринимается как война на истощение, который ещё может длиться многие годы.

Демографические последствия для Украины

Миграция остаётся важнейшим фактором сокращения населения Украины, однако далеко не единственным. По различным оценкам, численность населения страны уже опустилась ниже отметки в 20 миллионов человек, и на этот процесс сейчас одновременно воздействуют несколько долгосрочных тенденций.

Парадоксально, но прямые военные потери занимают далеко не первое место среди причин демографического спада. Ровно год назад мы считали потери и у нас выходила цифра в пределах полумиллиона погибших. За истекший год она точно не уменьшилась, а вот насколько выросла – неизвестно. Но в любом случае эта цифра не идёт ни в какое сравнение с теми миллионами, кому повезло вырваться из Украины.

Не менее серьёзной проблемой является рекордно низкая рождаемость. Для простого воспроизводства населения суммарный коэффициент рождаемости должен составлять около 2,1 ребёнка на одну женщину. На Украине этот показатель снижался на протяжении многих лет и ещё в 2021 году находился на уровне около 1,2. По современным оценкам он опустился примерно до 0,9 ребёнка на женщину, а некоторые исследования указывают на ещё более низкие значения.

Кроме того, в стране «испорчена» возрастная структура: большинство женщин в стране – это старухи, женщин детородного возраста (20–35 лет) ненормально мало. А это уже факторы, влияющие не на ситуацию сегодняшнего дня. Есть такое расхожее выражение «у страны нет будущего», здесь это реализуется в буквальном смысле.

Заключение

Природа не терпит пустоты, процесс замещения коренного населения фактически уже стартовал. Как писал Тарас Шевченко, которому в России установлены 30 памятников:

Кохайтеся, чорнобриві,
Та не з москалями,
Бо москалі — чужі люде,
Роблять лихо з вами.

Пакистанцы, бангладешцы, индусы – совсем другое дело… То, видимо, свои.

Постоянно обновляемая лента с видео принудительной мобилизации

Культ политических «спасителей»

Первая христианская заповедь – «не сотвори себе кумира» – на постсоветском пространстве регулярно проигрывает массовой привычке искать очередного «спасителя». Значительная часть обывателей раз за разом наделяет политиков и публичных фигур качествами, которых у тех никогда не было. И чем громче обещания, тем охотнее в них верят.

Людей, рвущихся к власти, нередко воспринимают как носителей особой мудрости, силы и почти мессианской миссии. Даже вполне рациональные и образованные граждане способны возлагать серьёзные надежды на откровенных популистов, убеждая себя, что «вот этот» наконец будет действовать исключительно в интересах общества. А затем, после неизбежного столкновения ожиданий с реальностью, столь же эмоционально превращают вчерашнего кумира в объект ненависти и разочарования.

Наиболее показательно здесь даже не само разочарование, а цикличность происходящего. Вместо выводов снова начинается ожидание новой фигуры, которая «придёт и всё исправит». Эта модель мышления во многом строится на инфантильном восприятии политики – как поиска заботливого покровителя, способного решить проблемы всех людей вообще и каждого конкретного человека в частности.

Основа такой установки – чрезмерная доверчивость, склонность к идеализации и желание воспринимать власть как пространство для появления «доброго правителя», а не систему конфликтующих интересов, коей она является в реальности.

Электоральный инфантилизм

Политологическая теория рационального избирателя исходит из того, что гражданин оценивает политика прежде всего через призму собственных интересов – экономических, социальных или мировоззренческих. В идеальной модели избиратель сопоставляет программы, анализирует последствия решений и голосует за наиболее выгодный для себя курс.

В отмене выборов на Украине есть какая-то постирония, поскольку в этой стране из двух кандидатов всегда выбирали худшего.

Однако на значительной части постсоветского пространства эта схема регулярно даёт сбой из-за политической незрелости общества. На практике многие голосуют не за того, чья программа реалистичнее или компетентнее, а за того, кто сумел эмоционально понравиться, создать образ «своего человека» или вызвать ощущение надежды. Политика при этом воспринимается не как конкуренция интересов и управленческих моделей, а как поиск фигуры, которая должна «позаботиться» о гражданах.

Из этого же проистекает и массовая вера в политические чудеса – в честных, самоотверженных государственников, якобы движимых исключительно любовью к народу и стране. Подобная установка десятилетиями остаётся важной частью политической культуры постсоветских обществ. В результате электоральное поведение нередко строится не на расчёте и анализе, а на эмоциях, ожиданиях и персональных симпатиях, которые затем почти неизбежно сменяются разочарованием.

Советское наследие

Подобные механизмы характерны не только для Украины. В той или иной форме они проявлялись почти на всём постсоветском пространстве, включая Россию, Беларусь, Грузию и другие страны региона. Разница обычно лишь в конкретных фигурах, исторических обстоятельствах и степени эмоциональной мобилизации общества.

Персоналистское восприятие политики вообще типично для обществ со слабыми институтами и невысоким уровнем доверия к системным механизмам. Когда люди не верят в независимость судов, устойчивость законов или эффективность бюрократии, возникает естественное желание найти «сильного», «честного» или «своего» человека, который якобы сможет решить проблемы вручную.

Все бывшие советские республики это проходили – от ожиданий вокруг отдельных фигур до последующих волн идеализации политиков, губернаторов, оппозиционных лидеров, военных или «антисистемных» персонажей. Постсоветское общество склонно персонифицировать сложные процессы, сводя системные проблемы к фигуре конкретного человека – либо «спасителя», либо «виновника всех бед».

Феномен Ющенко

Подобные механизмы особенно ярко проявлялись в переломные политические периоды, когда общество начинало искать не просто политика, а символ надежды и коллективных ожиданий. Украина времён т.н. «Оранжевой революции» стала одним из наиболее показательных примеров такого массового психологического запроса.

Даже в 2004 году, на фоне всеобщего эмоционального подъёма, звучали редкие трезвые голоса, призывавшие не воспринимать Виктора Ющенко как национального мессию. Однако любая попытка критически оценивать его фигуру сразу же вызывала шквал негодования и огульных обвинений. Эмоциональная мобилизация вокруг Ющенко была настолько сильной, что рациональная дискуссия была фактически невозможной.

Причём речь шла не только о провинциальной среде или политически неискушённых людях. Значительная часть украинской интеллектуальной и культурной элиты тогда также воспринимала Ющенко как фигуру исторического масштаба, способную радикально изменить страну. Массовая вера в его особую миссию заметно контрастировала с весьма скромными личными и политическими качествами самого политика, которые были заметны уже тогда.

Последующее разочарование оказалось столь же масштабным, как и прежние ожидания. Политический рейтинг Ющенко быстро обрушился до минимальных значений, а вчерашний символ надежды стремительно потерял общественную поддержку.

Но здесь важно другое: вместо переосмысления самого механизма коллективной идеализации общество в значительной степени предпочло просто заменить один объект ожиданий на другой. Именно эта цикличность – поиск кумира, эмоциональное обожествление и последующее столь же эмоциональное отрицание – и стала одной из устойчивых черт постсоветской политической культуры.

Герои Евромайдана и быстрый крах репутаций

После т.н. «Оранжевой революции» механизм создания политических кумиров никуда не исчез. Во время событий второго украинского госпереворота в новейшей истории – т.н. «Евромайдана» – общество вновь начало стремительно производить новых «народных героев» – людей, которым приписывались исключительная честность, моральная чистота и способность обновить систему просто благодаря своему участию в протестах.

На короткое время символами «новой Украины» становились такие сомнительные личности как Дмитрий Булатов, Михаил Гаврилюк, Владимир Парасюк, Надежда Савченко. Их популярность строилась прежде всего на эмоциональном восприятии: общество искало простых, «настоящих» людей, противопоставленных старой политической элите. Сам факт участия в протестном движении автоматически воспринимался как доказательство порядочности и будущей эффективности во власти.

Однако дальнейшее развитие событий довольно быстро разрушило и этот романтизированный образ. Получив доступ к политическим возможностям и государственным ресурсам, вчерашние «героев» тут же начали демонстрировать те же качества и модели поведения, что и «старая» элита, причём, зачастую, в гораздо более значительной степени.

Общественное восхищение в этих случаях держалось, как обычно, не на профессиональных качествах, опыте управления или продуманной политической программе, а на медийном образе и эмоциональной символике.

Глубинному народу снова хотелось верить в появление «простого честного человека», который самим фактом своей биографии сможет изменить государственную систему.

Реальность в очередной раз показала, что факт участия в массовых беспорядках и происхождение из социальных низов не гарантируют ни профессиональной компетентности, ни морального превосходства.

«Герои войны» как новый источник политических ожиданий

Следующим этапом этого процесса стало появление особого общественного культа вокруг участников боевых действий в Донбассе после 2014 года. Для значительной части общества ветераны АТО начали восприниматься не просто как военные, а как носители особой моральной легитимности и потенциальная «новая элита», способная очистить государственную систему.

Политические партии быстро уловили этот общественный запрос. На парламентских выборах осенью 2014 года бывших участников боевых действий активно приглашали в избирательные списки, рассчитывая использовать высокий уровень доверия к ним. В массовом сознании закреплялась идея, что люди, прошедшие войну, якобы автоматически обладают повышенным чувством справедливости, устойчивостью к коррупции и готовностью действовать исключительно в интересах общества.

С этим были связаны и более широкие ожидания. Многие надеялись, что фронтовой опыт и так называемое «боевое братство» создадут новую политическую культуру – менее корыстную, менее бюрократическую и более ориентированную на общественные интересы. Ветеранов нередко воспринимали как людей, которые «не дадут воровать» просто в силу своего жизненного опыта и морального авторитета.

Однако дальнейшее развитие событий вновь показало, что участие в войне само по себе не устраняет обычные человеческие и политические мотивации.

После возвращения к мирной жизни ветеранская среда довольно быстро фрагментировалась. Начали появляться многочисленные организации, конкурирующие между собой за влияние, финансирование, политический вес и доступ к ресурсам. В итоге романтизированный образ единого сообщества «героев, пришедших менять страну» столкнулся с той же реальностью конфликтов интересов, личных амбиций и борьбы за привилегии, которая характерна для любой другой социальной или политической группы.

Феномен Зеленского и проекция коллективных ожиданий

Президентские выборы 2019 года стали для Украины особым моментом общественной психологической мобилизации. Если ранее электоральные кампании в значительной степени строились вокруг геополитического выбора между Россией и Западом, то на этот раз центральной темой стало ожидание прекращения конфликта и выхода страны из состояния затяжного кризиса.

На этом фоне Владимир Зеленский оказался крайне удобным объектом для массовой проекции надежд. Он практически избегал конкретики, не предлагал детально проработанной политической программы и во многом строил кампанию именно на неопределённости, позволяя разным группам избирателей видеть в нём то, что они хотели видеть сами. Значительная часть общества интерпретировала его образ как символ возможного мира и снижения внутренней конфронтации.

Именно поэтому уровень доверия к Зеленскому оказался беспрецедентно высоким. Для многих граждан он воспринимался не столько как самостоятельный политик с чёткой стратегией, сколько как антипод старой элиты и носитель надежды на «нормализацию» ситуации.

Скептики указывали, что за медийным образом фактически отсутствует серьёзный управленческий опыт и понимание механизмов государственной политики, однако на фоне массового эмоционального запроса подобные аргументы почти не воспринимались.

Дальнейшее развитие событий стало ещё одним примером того, насколько опасной может быть политическая идеализация. Реальная политика быстро показала ограниченность возможностей фигуры, вокруг которой общество выстроило чрезмерные ожидания.

Украина окончательно оказалась втянута в жёсткую геополитическую конфронтацию, а пространство для компромиссов и внутреннего диалога стремительно сузилось. В результате страна столкнулась с тяжелейшими последствиями – разрушением экономики, масштабным социальным кризисом, радикализацией общественной атмосферы и дальнейшим ростом взаимной ненависти внутри самого постсоветского пространства.

Усталость от кумиров

Сегодня на Украине по-прежнему существуют фигуры, вокруг которых формируется почти культовое восприятие. Прежде всего это представители военного и силового блока Валерий Залужный, Кирилл Буданов, Андрей Билецкий. Для части общества они стали символами стойкости, сопротивления и надежды на благоприятный исход конфликта. В условиях затяжной войны запрос на «сильную фигуру» лишь усилился, а сама милитаризация общественного сознания неизбежно делает военных наиболее популярными публичными персонажами.

Однако принципиальное отличие нынешней ситуации от эпохи Ющенко или даже Зеленского состоит в заметном снижении уровня массовой наивности. Общество прошло через слишком большое количество разрушенных ожиданий, чтобы снова безоговорочно поверить в очередного «спасителя». Даже самые популярные фигуры сегодня вызывают одновременно и поддержку, и скепсис. Люди всё чаще воспринимают политиков и военных не как будущих мессианских реформаторов, а как временных управленцев в условиях кризиса.

Во многом это связано с общей усталостью общества – экономической, эмоциональной и демографической. После череды переворотов и тяжёлого военного опыта прежняя романтическая вера в возможность быстрого спасения заметно ослабла. Если раньше массовое сознание охотно идеализировало публичные фигуры, то теперь всё чаще преобладают подозрительность, цинизм и ожидание очередного разочарования.

Именно поэтому современная Украина уже не производит кумиров прежнего масштаба. Механизм коллективной идеализации полностью не исчез, но стал значительно осторожнее и прагматичнее. Общество, пережившее слишком много политических иллюзий подряд, постепенно утрачивает способность искренне верить в простые решения и «особенных людей», которые якобы способны одним своим появлением изменить ход истории.

Кризис политической зрелости

История постсоветского пространства последних десятилетий показывает, что проблема заключается не столько в конкретных политиках, сколько в самом общественном механизме производства кумиров. Ющенко, герои Майдана, ветераны АТО, Зеленский или нынешние военные символы – всё это лишь разные проявления одной и той же модели коллективного сознания, в которой общество постоянно ищет фигуру, способную снять с него ответственность за собственное будущее.

Каждый новый цикл начинается одинаково: появляется человек или группа людей, на которых проецируются надежды, страхи и ожидания миллионов. Им приписываются качества, которых они зачастую никогда не демонстрировали. Их начинают воспринимать не как обычных участников политического процесса со своими интересами, слабостями и ограничениями, а как носителей особой исторической миссии. Но затем неизбежно наступает столкновение мифа с реальностью.

При этом главная проблема заключается даже не в разочаровании как таковом. Разочарование – естественная часть политического процесса. Гораздо важнее то, что общество долгое время не делало выводов из повторяющихся ошибок. Вместо развития устойчивых институтов, культуры контроля власти и рационального отношения к политике сохранялась вера в персоналистское спасение – в «правильного человека», который каким-то волшебным образом сможет решить системные проблемы.

Однако последние годы показывают, что этот механизм постепенно начинает разрушаться. Масштаб пережитых кризисов оказался слишком велик, а цена политических иллюзий – слишком высокой. Поэтому нынешний общественный скепсис, цинизм и усталость можно рассматривать не только как симптом кризиса, но и как признак болезненного взросления. Потеря веры в кумиров сама по себе не делает общество зрелым, но без этой утраты политическая зрелость вообще невозможна.

Население Украины стремительно сокращается

10 мая 2026 года министр социальной политики, семьи и единства Украины Денис Улютин заявил, что на подконтрольной Киеву территории проживает около 22-25 миллионов человек. Сам министр назвал ситуацию «катастрофической».

Эта оценка стала одним из наиболее жёстких официальных признаний масштабов демографического кризиса на Украине. Для сравнения: в начале 1990-х население страны превышало 50 миллионов человек, то есть речь идёт о более чем двукратном сокращении за исторически короткий период.

Последняя официальная перепись проводилась ещё в 2001 году. С тех пор украинские власти опирались на приблизительные оценки, экстраполяции и косвенные показатели. Поэтому разброс даже официальных цифр достигает нескольких миллионов человек.

Дополнительные косвенные данные также указывают на резкое сокращение населения. Ранее украинские и западные источники приводили оценки по количеству активных пользователей банковских услуг, SIM-карт и социальных выплат. В совокупности они дают основания предполагать, что реальное население подконтрольной Киеву территории на сегодняшний день составляет менее 20 миллионов.

При этом проблема заключается не только в абсолютном падении численности населения, но и в структуре общества. Значительная часть оставшихся жителей – люди пожилого возраста. Молодое и экономически активное население в значительной степени мобилизовано или выехало за границу.

Обратите внимание на возрастную пирамиду населения Украины, она очень показательна.

Во-первых видно, что после «Евромайдана» рождаемость стала стабильно сокращаться – народ чётко и однозначно показал своё истинное, а не показное отношение к «демократическим преобразованиям» в стране.

Во-вторых, хорошо виден демографический провал 20-25-летних. Такой «поясок» в районе этих возрастов - он вообще нетипичен для возрастных пирамид других стран, это чисто украинская специфика.

Замещающая миграция становится экономической необходимостью

На фоне мобилизации и дефицита рабочих рук Украина всё активнее привлекает иностранных трудовых мигрантов.

Из-за войны, массовой эмиграции украинцев, мобилизации и демографического кризиса в Украине наблюдается острая нехватка рабочей силы в таких сферах как строительство, логистика, деревообработка, сельское хозяйство, уборка и производство. В ответ работодатели и власти начали активно привлекать трудовых мигрантов из стран Южной и Юго-Восточной Азии.

Что характерно – сообщается, что мигрантам зачастую платят больше чем местным за ту же работу, но они, якобы, показывают высокую производительность.

Фактически речь идёт о модели замещающей миграции – когда сокращение местного населения компенсируется импортом рабочей силы извне. Подобные процессы ранее наблюдались в странах Европы и в России. Теперь пришёл черёд Украины, где они происходят в условиях войны, демографического обвала и деградации экономики.

Особую тревогу у части украинского общества вызывает скорость изменений. Для многих жителей страны проблема воспринимается не как временная мера для закрытия кадрового дефицита, а как начало долгосрочной трансформации этнического и культурного состава населения.

Дополнительным фактором становится продолжающийся выезд украинцев в Европу. Миллионы семей оказались разделены, многие женщины и дети адаптируются к жизни за пределами страны и не демонстрируют готовности возвращаться даже в случае окончания боевых действий. На этом фоне завоз мигрантов начинает восприниматься как попытка заместить убывающее население, а не просто закрыть нехватку рабочих рук.

Социальные последствия

Страны из которых на Украину едут мигранты: Индия, Пакистан, Бангладеш и Филиппины. Также упоминаются Непал, Вьетнам и некоторые другие, но основные – эти четыре. В частности, в Закарпатье на деревообрабатывающих предприятиях уже массово трудятся работники из Бангладеш. В Ивано-Франковске и других городах — уборщики и рабочие из Индии.

Процесс этот находится в самом начале и будет расширяться. До какой степени сейчас сказать сложно, но каковы будут последствия этого хорошо видно на следующей таблице. Вглядитесь в эту таблицу, она предельно показательна. Это не чьё-то мнение, а объективные проверяемые цифры и факты.

Для ещё большей наглядности переведём эту таблицу в графики.

Диаграмма 1. Количество населения

Итак, первый показатель – это количество населения. Про Индию все знают что там большое население, но вот то, что население таких стран как Бангладеш и Пакистан в 10 раз больше населения Украины и больше населения России – это, наверное, для многих станет сюрпризом.

Украинцев много лет пугали большой Россией. Дескать, огромная Россия может поглотить небольшую Украину. Однако, глядя на эти цифры Россия уже не выглядит такой уж огромной.

Диаграмма 2. ВВП (ППС) на душу населения (долл. США)

Наиболее объективно уровень благосостояния населения принято оценивать в ВВП на душу населения по паритету покупательной способности, приведённую к долларам США. И что же мы здесь видим? Оказывается Украина на фоне стран-доноров рабочей силы даже сегодня выглядит не так уж и плохо. И уж совсем исполином на этом фоне выглядит Россия, которая как бы вообще не в этой компании.

Что будут делать с заработанными на Украине деньгами мигранты из того же Пакистана где уровень жизни в три раза ниже? Естественно, отправлять к себе домой, тем самым поднимая уровень своей страны и опуская уровень Украины. Так и задумывалось?

Диаграмма 3. Обеспеченность населения канализацией, %

В своё время украинцы запустили совершенно миф о том, что, якобы, русские на Украине впервые увидели такое чудо как унитаз и даже воруют их чтобы отвезти домой. Миф, конечно, омерзительный и в первую очередь характеризует того кто его придумал и тех кто его распространял.

Но с другой стороны уровень обеспеченности населения канализацией – это действительно хороший критерий оценки уровня цивилизованности населения. Если вдуматься, то и действительно: чем меньше унитазов в стране на душу населения, тем больше преступлений и вообще всякой дикости.

И что мы видим? А то и видим.

Исламизация Украины

Последняя колонка таблицы не менее важна, хотя из неё и нельзя построить диаграмму. Она чётко показывает, что в религиозном плане на Украину едут в основном мусульмане, что неизбежно повлияет на религиозный ландшафт страны.

Для значительной части украинцев тема культурной идентичности всегда оставалась принципиальной. Однако война и демографическая убыль постепенно размывают прежнюю социальную конструкцию.

Главное, что флаг не российский, так что всё хорошо.

В результате Украина рискует столкнуться не с временным спадом, а с необратимой трансформацией. Если нынешние тенденции сохранятся, страна в течение ближайших десятилетий может потерять значительную часть своего человеческого потенциала, а вопрос замещающей миграции окончательно перейдёт из экономической плоскости в цивилизационную.

Украина хотела построить у себя Европу, но по факту строит мусульманскую Азию.

С другой стороны все эти изменения происходят в рамках глобального процесса исламизации и гомогенизации населения. Ровно то же самое происходит повсеместно – и в Европе и в России. Мировое народонаселение как будто перемешивают гигантским миксером, превращая в однородную массу.

До некторых украинцев как будто что-то начало доходить

И несчастных украинцев, которых заставляют воевать «за Украйыну», никто ни о чём не спрашивает.

Периодически депутаты-националисты пытаются полностью отменить Первомай как «советский» праздник, но эти законопроекты не стали законом. Праздник формально остаётся в перечне государственных праздников согласно Кодексу законов о труде Украины. Однако фактически его уже нет.

Последняя общегосударственная массовая первомайская демонстрация на Украине прошла 1 мая 1990 года. После этого Коммунистическая партия Украины и левые организации проводили на 1 мая традиционные митинги и шествия (например, в 2012 году в Киеве несколько сотен человек прошли по центральному проспекту). Однако после запрета КПУ в 2015 году эти акции стали совсем малочисленными и маргинальными, а затем и прекратились вовсе.

Русские в Москве изображают лубочных украинцев на советской первомайской демонстрации на Красной площади. В этом смысле и сейчас мало что изменилось.

Ещё до КПУ во время президентства Виктора Януковича «регионалами» при помощи СБУ последовательно были разгромлены все левые партии. Так, ПСПУ Натальи Витренко формально была закрыта только в 2022 году, однако фактически она прекратила свою деятельность намного раньше. В 2011 году по сфабрикованному обвинению был арестован лидер «Союза левых сил» Василий Волга.

В 2017 году Верховная Рада переименовала «День международной солидарности трудящихся» в «День труда» и отменила дополнительный выходной 2 мая. При этом он формально остаётся в перечне государственных праздников согласно Кодексу законов о труде Украины.

Красный Первомай при «зеленой» власти

В 2022 году со ссылкой на военное положение был отменён выходной день и 1 мая. Теперь на Украине 1 мая – это обычный рабочий день.

При этом имеет место некое противоречие. С одной стороны, повторимся, «День труда» формально остаётся официальным государственным праздником на Украине. Но со стороны центральной украинской власти 1 мая – практически полная тишина по этому поводу. Никаких специальных поздравлений или мероприятий к Дню труда не фиксируется.

Нет поздравлений ни от просроченного президента Владимира Зеленского, ни от премьер-министра или других высокопоставленных чиновников. Даже Министерство социальной политики, которое как раз и отвечает за трудовые отношения, на своём сайте «забыло» про этот – подчёркиваем – официальный праздник на Украине.

От рабочих протестов XIX века до современных традиций

1 мая сейчас отмечается более чем в 160 странах как День труда или Международный день солидарности трудящихся. Истоки праздника уходят в конец XIX века, когда рабочее движение в США и Европе требовало введения 8-часового рабочего дня. Ключевым событием стали протесты в Чикаго в 1886 году, известные как Геймаркетские события.

В СССР он стал одним из ключевых государственных праздников, целью которого была демонстрация социальной сплочённости. На самом деле никакой сплочённости не было – была изолированная от народа элита в виде партийной номенклатуры и безжалостно эксплуатируемый этой элитой народ, прежде всего, русский.

В странах Западной Европы 1 мая и сейчас сохраняет статус Дня труда и проходит в формате скромных профсоюзных акций, сосредоточенных на вопросах труда и социальной защиты. Такие темы как условия труда, права работников, баланс между работой и жизнью — сохраняет актуальность, и это обеспечивает празднику 1 мая определенную устойчивость.

Где продолжают праздновать Первомай по полной программе, так это на Кубе. Массовые шествия в Гаване остаются частью государственной символики и демонстрацией идеологической преемственности.

Как правильно праздновать 1 мая на Украине

Не все сейчас на Украине полностью разделяют монопольную госидеологию. Многие вспоминают времена СССР с ностальгией и жалёют о его развале. Эти люди продолжают праздновать советские праздники нелегально – в кругу семьи и самых близких.

Вместе с тем представлять ситуацию на Украине как идеологическое противостояние двух лагерей – государственного антикоммунистического и русофобского и нелегального прокоммунистического и одновременно пророссийского было бы сильным упрощением и искажением. Далеко не все те кто не поддерживают сейчас на Украине правящую элиту являются фанатами СССР.

И тут встаёт важный философский вопрос: а как вообще ПРАВИЛЬНО относиться к этому празднику максимально адекватному жителю Украины?

Наверное, понять что современный политический режим на Украине хотя и декларирует антисоветизм, но по своей сути он очень близок по своей сути к советскому. Если отбросить частную собственность и ряд внешних атрибутов, то всё остальное совпадёт просто один в один.

Отсюда и понятно почему на Украине праздник этот никак не празднуется. Выше мы упоминали что в современном мире организаторами первомайского движа являются профсоюзы, которые реально отстаивают права наёмных работников перед работодателями. И где на Украине такие профсоюзы? Там же где и в СССР.

В целом страх – это наш тормоз. Он просто необходим – представьте как долго вы бы проехали на автомобиле на котором была бы педаль газа, но не было педали тормоза. В норме страх находится в балансе с «газом» - это любопытство или желание что-то получить.

Однако в ситуации, связанной с мобилизацией, этот баланс нарушается: «газ» практически отсутствует, тогда как «тормоз» у многих зажимается намертво.

При этом важно понимать, что страх редко проявляется в своей прямой форме когда дрожат коленки и слабеют мышцы. Такие состояния скорее исключение. В подавляющем большинстве случаев страх действует скрытно, не осознаётся и потому не воспринимается как фактор, влияющий на поведение.

Страх очень многолик. Его ключевая особенность – способность маскироваться под рациональные или даже самые благородные мотивы. Он может проявляться как забота о близких («нельзя уехать – на кого оставить семью»), как оптимизм («ситуация скоро нормализуется»), как уверенность в собственной защищённости («у меня бронь, меня это не коснётся») или нежелание думать наперёд («мне ещё нет 22-х лет, значит и беспокоиться не о чем»).

Отказываясь противостоять малой опасности человек навлекает на себя большую.

В результате возникает парадоксальная картина: несмотря на очевидную опасность большинство людей ведёт себя так как будто ничего не происходит. Мотивация к действию оказывается подавленной, тогда как мотивация к бездействию, основанная на скрытом страхе, напротив, усиливается.

Заканчивается всё предсказуемо: ещё минуту назад он был Человек с гражданскими правами и достоинством, и вот уже его волочат как барана по асфальту, а он жалобно голосит «люди, помогите!». Иногда даже помогают, но чаще – нет. И в этом есть своя справедливость. Ведь если ты за столько лет не удосужился сам себе помочь, то почему теперь кто-то должен тебе помогать?

Так выглядит билет на тот свет.

Статика как когнитивная ловушка

Второе по значимости препятствие – это ощущение, что ситуация «застыла» и будет примерно такой же дальше. Человек привыкает к текущим условиям, подстраивается под них и начинает верить, что так будет теперь всегда.

Во многом это связано с тем, что людям проще адаптироваться, чем прогнозировать. Они реагируют на уже произошедшие изменения, но редко задумываются о том, как ситуация может развиваться дальше. Будущее в таком восприятии выглядит как простое продолжение настоящего – без серьёзных сдвигов, тем более в худшую сторону.

Признать, что ситуация может ухудшиться, – значит признать необходимость что-то менять в своём поведении. Это неприятно и требует усилий, поэтому психика выбирает более простой сценарий: считать, что «примерно так и будет дальше».

Если сегодня «не трогают» – это не значит, что не тронут завтра.

Отсюда и появляется популярная установка: «хуже не будет, потому что хуже некуда». Это не анализ, а способ снизить тревожность. В результате человек продолжает жить в текущей реальности, игнорируя то, что она может довольно быстро измениться – и не в лучшую сторону.

Практика показывает, насколько это восприятие уязвимо. До широкомасштабного конфликта людей в 50 лет снимали с воинского учёта, и многие исходили из того, что их это уже не касается. Затем мобилизационный возраст был повышен до 60 лет – и прежние ожидания просто перестали иметь значение.

Показательна и риторика на местах. В начале апреля 2026 года глава Тернопольской областной военной администрации Тарас Пастух в эфире местных новостей заявил, что считает необходимым снизить призывной возраст до 18 лет уже в 2026 году, а в перспективе – и до 16. Он не принимает таких решений, и подобные заявления сами по себе ничего не меняют. Но они важны как индикатор: рамки обсуждаемого постепенно сдвигаются.

Именно в этом и заключается ключевой вывод: опираться на текущие правовые границы мобилизации и строить на них долгосрочные ожидания – крайне ненадёжная стратегия.

Советы: как законно избежать мобилизации

Мы подготовили советы для тех мужчин, кто остался в стране, но по какой-то причине не разделяет национальной идеи, предусматривающей перманентную войну в Россией до последнего украинца. Как говорится, не говорите что вас не предупреждали. И да, каждый сам кузнец своего счастья.

Существует только один 100% способ избежать мобилизации на законных основаниях – это покинуть территорию Украины. Выезд мужчин призывного возраста из Украины запрещён, однако легальных способов это сделать по прежнему множество. Просто нужно внимательно изучить основания по которым пограничники выпускают людей из страны.

Внутренняя эмиграция

Второй по эффективности метод – это «внутренняя эмиграция». Стопроцентной защиты она уже не даёт, но её эффективность можно дополнительно повысить.

Если есть возможность проживать не по адресу прописки у хороших знакомых или родственников – на всякий случай переезжайте туда. Сотрудники ТЦК кроме всего прочего проводят обходы по известным им адресам военнообязанных и дверь при таких обходах всё меньше представляется как непреодолимое препятствие. Если кто-то звонит или стучит в дверь даже не подходите. У близких должны быть ключи, которыми они сами должны открывать и закрывать дверь.

Наиважнейший фактор – это соседи. В стране проживает множество патриотически настроенных граждан, которые искренне убеждены в том, что все украинцы должны отдать жизнь за Украину. Естественно, все эти граждане сами от мобилизации освобождены – это либо женщины, либо старики. И вот они запросто могут сообщить о подозрительном соседе в ТЦК чтобы оказать посильную помощь Украине. Женщин опасайтесь в первую очередь ещё и потому, что они от природы намного наблюдательнее мужчин.

На улицу лучше вообще не выходить. Лучше чтобы продукты и предметы первой необходимости приносил кто-то из близких или друзей. Если всё же вы вышли на улицу, ни в коем случае не пользуйтесь никаким транспортом – ни личным, ни общественным. Передвигайтесь только пешком. Если вдалеке увидели группу военных или полиции, не меняя темпа движения, сразу же сворачивайте или разворачивайтесь. Ваша задача – выйти из их поля зрения, при этом не привлекая к себе внимания.

Если вас уже заметили и жестами приказывают подойти, резко разворачивайтесь и убегайте изо всех своих сил. Отбрасывайте в сторону ложную гордость – речь идёт о спасении жизни. Если вы местный, у вас есть преимущество, поскольку военные будут скорее всего приезжими и в вашем городе они вряд ли хорошо ориентируются.

Что же касается всех ваших белых билетов, справок о непригодности, отсрочек и броней… Если попадете в облаву, никакие ваши бумажки на военных не произведут никакого впечатления. В лучшем случае скажут «ты садись в машину, проедем в ТЦК и там разберёмся». А в военкомате могут «разобраться» только в одном направлении.

Не быть патриотом – не преступление

Период, когда можно было лавировать, откладывать решения и пытаться оставаться «в стороне», по сути завершился. В условиях войны пространство для нейтральных позиций резко сужается. Это неприятная реальность, но игнорировать её уже не получается.

В такой ситуации ключевым становится личное самоопределение. Если человек считает себя патриотом Украины, он должен идти и отдать свою жизнь за Украину.

При этом важно зафиксировать другой, менее очевидный момент. Может ли гражданин не считать себя патриотом? С формальной точки зрения – да, особенно если речь идёт о государстве, которое декларирует демократические принципы.

Отсюда следует более жёсткий, но честный вывод: позиция «я не патриот» – это законный выбор гражданина. Однако это не «уход от решения», а такая же определённая позиция, только противоположная.

В текущих условиях избежать выбора в принципе уже не получится – его можно только осознать.

Развитие беспилотных технологий заметно снизило потребность в живой силе. Особенно это проявляется в обороне, где использование дронов позволяет сравнительно небольшому числу операторов сдерживать наступление целых подразделений.

Тем не менее, полностью заменить личный состав технологии не способны. Контроль территории, удержание позиций и обеспечение логистики по-прежнему требуют присутствия людей. Потери в условиях затяжного конфликта также остаются постоянным фактором.

Численность населения Украины специально и существенно завышается, но даже со своими реальными 20 миллионами Украина остаётся достаточно крупной европейской страной. Однако страна фактически воюет уже 12 лет из которых уже пять лет – в режиме широкомасштабного вооружённого конфликта. Общество морально и физически крайне истощено и сил для удержания фронта остаётся всё меньше.

Сито мобилизации

Народный депутат Анна Скороход 16 апреля 2026 года утверждает, что из каждой сотни мобилизованных до фронта в среднем доходит лишь 15 человек. По её словам, сначала уходят те, кто пытается избежать службы через договоренности, затем часть людей покидает учебные центры самовольно, другие исчезают по пути из учебки в воинские части. В результате до распределения в подразделения добираются примерно 30 человек.

Мобилизационный ресурс постепенно исчерпывается

Дальнейший отсев происходит уже после повторных медицинских проверок. Среди прибывших выявляются случаи, когда военно-врачебные комиссии ранее пропустили серьезные проблемы со здоровьем: тяжелые физические ограничения, нарушения зрения или психические расстройства. После этого этапа из первоначальной сотни реально пригодными остаются лишь около 15 человек.

А теперь давайте попробуем перевести эти цифры из относительных в абсолютные. Мы знаем из официальной статистики что ежемесячно на военную службу призывают 30 тысяч человек. Ранее весь мобилизационный поток делился на добровольцев, контрактников и мобилизованных. На сегодня поток добровольцев иссяк полностью. Попытки внедрить контрактный метод комплектования ВСУ также потерпели неудачу. Таким образом сейчас практически все призванные на службу – это мобилизованные. И чем больше будут дыры в этом сите мобилизации, тем больше будут «нарезаться» планы для ТЦК.

Методы мобилизации и разрыв восприятия

Власти заявляют о наличии резервов – бывших военных, сотрудников силовых структур и граждан с опытом службы. Однако реально работает пока только метод грубой силы – патрулирование улиц с целью визуального поиска мужчин призывного возраста и их силовой захват. Внешне это выглядит так: людоловы выскакивают толпой из автомобилей, набрасываются на выбранную жертву, избивают и увозят.

Разрыв между официальной риторикой и уличной реальностью растёт

Затем похищенных таким образом людей содержат в нелегальных тюрьмах, обустроенных в зданиях ТЦК, лишают связи с родными и жестокими методами ломают им волю к сопротивлению. Иногда там «перегибают палку» и это приводит к гибели похищенных людей. Однако ради выполнения плана мобилизации власти на это закрывают глаза – уголовные дела если и возбуждаются на фоне общественного резонанса, то через время неизбежно тихо закрываются.

23 апреля в СМИ появилась сенсационная новость: сотрудники СБУ в Одессе со стрельбой задержали группу сотрудников ТЦК, которые вычисляли состоятельных мужчин, похищали их и затем вымогали с них деньги за освобождение. То есть структуры, иронически названные «Территориальные центры комплектования и социальной поддержки» фактически перерождаются в ОПГ, занимающиеся классическим бандитским промыслом – киднеппингом.

Негатив в связи с деятельностью ТЦК в украинском обществе постепенно приближается к точке кипения, и власти не могут больше закрывать на него глаза,

- говорит донецкий адвокат Татьяна Монтян. Однако такие единичные меры никак не повлияют на уже сформировавшуюся тенденцию.

Уже фиксируются многочисленные случаи когда ТЦК врывается в частные дома, ломает двери квартир и похищает людей прямо из их жилищ.

Второй фронт

Исчерпание мобилизационного потенциала ведёт к ужесточению методов мобилизации, что в свою очередь вызывает рост сопротивления населения. Что в свою очередь стимулирует дальнейшее ужесточение методов мобилизации. Так вокруг вопроса мобилизации формируется порочный круг эскалации насилия.

Недавно Киевский областной ТЦК опубликовал статистику случаев вооружённого сопротивления похищениям людей на улицах – на их языке это называется «нападениями на сотрудников ТЦК».

Согласно этим данным, с 2022 года официально зафиксировано 620 инцидентов, причём их количество растёт в геометрической прогрессии. Также следует учитывать, что данная официальная статистика, как и любая другая на Украине, тотально фальсифицируется. Реальное же количество таких случаев может быть выше в 5-6 раз. Мы уже писали о том что сотрудники ТЦК активно вооружаются и экипируются бронежилетами скрытого ношения мужчины-уклонисты, выходя на улицу, всё чаще берут с собой ножи. Фактически речь идёт об открывающемся «втором фронте» внутри страны.

Надо ещё три года воевать

Европа сейчас активно перестраивается на военные рельсы. По всем признакам европейские элиты ополоумели и в очередной раз видят решение своих проблем за счёт природных ресурсов необъятных восточных территорий.

Но они не успевают. Для полного перевода всей экономики на военные рельсы по их расчётам им нужно ещё три года. И эти три года украинцы должны во что бы то ни стало провоевать. Деньги и оружие Зеленскому дадут, с этим проблем нет. Но вот живую силу он должен поставить на фронт сам.

Чисто теоретически ресурс для этого есть. По мнению киевских властей на подконтрольной им закрытой территории прячется два миллиона «уклонистов». Их всех уже пересчитали, остаётся только физически поймать.

Сейчас будут пытаться сделать их жизнь невыносимой: ограничения на работу, блокировка счетов, ограничение передвижения, запрет на доступ к госуслугам и цифровым сервисам и т.п.

Уклонистам нужно отключить всё, что только возможно: банковские карты, телефоны, просто даже запретить брать их на работу,

- говорит один из рупоров глобалистов на Украине, надёжно забронированный от мобилизации псевдопатриот Маси Найем.

Параллельно будут шерстить, как и раньше, улицы плюс более активно вламываться в квартиры по доносам соседей.

Ну а затем уже примутся за женщин и стариков.

Постоянно обновляемая лента с видео принудительной мобилизации на Украине

Любая присяга – это клятва на верность. Вообще существуют разные присяги, но самое большое распространение получили присяги военные. Оно и понятно, ибо военные кроме того как сражаться с врагами государства, ещё могут совершать государственные перевороты. А вот этого уже никому не надо.

Для этого военных мотивируют материально (у офицеров во все времена денежное довольствие было выше средних зарплат гражданских) и морально. Моральные стимулы придумали разные – это военная форма, воинские звания, награды, знамя и военная присяга.

Последние два – это уже не награда, а нечто другое. Знамя обязуются бережно хранить, а за его потерю часть расформировывают. Присяга – это пожизненно взятое на себя обязательство. Процедуры выхода из присяги нет. Но пожизненное оно – только для самого человека, власти же легко могут заставить своих граждан принимать присягу сколько угодно раз и менять текст присяги как им нравится.

Присяга в Российской империи: Бог в свидетелях

В Российской империи, в которую частично входила и территория нынешней Украины, присягали конкретному человеку – Его Императорскому Величеству. И подробно перечислялось всё что обязуется выполнять солдат или офицер.

Каждый раз когда новый император всходил на трон, военные ему давали присягу. То есть военные могли и три раза за свою службу давать присягу, а два – так вообще было нормой. Если вы не сильны в истории, вспомните хотя бы фабулу восстания декабристов.

Никакого наказания за нарушение взятых обязательств в присяге нет, во всяком случае, в явном виде. Однако текст присяги тесно переплетён с православной религией, в конце присягающий говорит, что в подтверждение целует крест – то есть как бы берет Бога в свидетели.

Советские военные присяги: на верность правительству

Согласно Конституции, власть в СССР принадлежала народу, который её осуществляет через Советы народных депутатов. Что такое народ никак не объяснялось. Можно было лишь предполагать, что имелись в виду граждане СССР. Но никого это не волновало, потому что все прекрасно понимали, что на самом деле власть узурпирована партийной номенклатурой.

По аналогии в Царской империей было бы логично, если бы советские военные клялись на верность Сталину (Хрущеву, Брежневу, Горбачёву) и каждый раз, когда генсек сменялся, присягали бы новому. Если брать за основу советскую Конституцию, то военные должны были бы присягать народу. Но на самом деле в СССР военные клялись на верность… правительству, то есть исполнительной ветви власти, тогда практически незаметной и ничего принципиально тогда не решающей.

Зато, в отличие от царской присяги, в советской присяге 1939 года уже явным образом было прописано наказание – «пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся».

Военные присяги на Украине

Текст военной присяги на Украине был принят в первые же дни самостийности – 6 декабря 1991 года. Впервые в присяге упомянута Конституция, сделан акцент на не просто защите государства, а именно на защите его независимости. Единственный неоднозначный момент касался выбора объекта, кому даётся клятва на верность – «народ Украины». Не граждане, а именно народ – виртуальный идеологический конструкт, используемый в государственной пропаганде.

Затем текст изменили 24 марта 1999 года. Причём, изменения коснулись самого скользкого момента: «народ Украины» в новой редакции поменяли на «украинский народ» и добавили понятие «соотечественники».

Смысл перестановки в том, что украинское государство отказалось от строительства многонационального государства и приняло украинский национализм за основу своей идеологии. Поэтому акцент был перенесён с территории на этническую принадлежность. «Украинский народ» - это люди, разделяющие идеологию украинства независимо от места проживания. Об этом же говорит и введение нового термина «соотечественники», в интересах которых якобы должны служить военные на Украине.

Согласно текущей официальной позиции, «украинский народ» – это не просто жители страны, а люди, которые разделяют идеологию украинства, независимо от того, где они находятся. Например, этнический украинец с канадским гражданством, живущий в Торонто, считается частью «украинского народа». А вот русский, родившийся и проживающий в Украине с украинским паспортом, с точки зрения этой идеологии, к нему не относится. Ключевое здесь – не гражданство, а этническая принадлежность и приверженность националистическим ценностям.

Для этнического украинца, например, с Западной Украины, новая формулировка присяги звучит логично. Он – украинец, он служит своему народу, его идентичность совпадает с идеологией государства. Но что делать остальным? Какое значение имеет эта присяга для тех, кто не вписывается в рамки «украинского народа» по версии Киева?

Изменение присяги поднимает вопрос: как быть представителям других национальностей, живущим в Украине? Если «украинский народ» – это не синоним всех граждан страны, то кому служат русские, венгры, поляки или другие этнические группы с украинским паспортом?

Дают ли присягу два раза

В последнее время широко распространилось мнение, что «присягу два раза не дают». Это не так. Сколько раз в государстве меняется власть, столько раз военные присягу и дают.

Служившие на территории Украины в 1991 году либо давали присягу новой власти, либо переводились в Россию. Никто их в этом не упрекал – это был осознанный выбор каждого.

Красивая фраза про «присягу два раза не дают» пошла из художественного фильма «72 метра», который, в свою очередь, стал экранизацией рассказов бывшего офицера-подводника Эдуарда Овечкина из цикла «Акулы из стали». Эпизод с присягой описан в рассказе «Честь»:

Нам всем было предложено принять присягу Украине и спокойно доучиваться дальше, но большинство делать это отказались, написав рапорта о том, что присягу менять считают делом унижающим их честь и личное достоинство. Даже половина этнических украинцев из нашей роты захотели продолжить службу в российском военно-морском флоте, потому что атомных подводных лодок на Украине не ожидалось, а к четвёртому курсу мы уже были пропитаны этой романтикой до кончиков ногтей. Одним из первых, кстати, офицером в училище, принявшим присягу на верность Украине, был Чингиз Мамедович Джавадов.

В рассказе курсанты Севастопольского военно-морского училища, заявляя о невозможности смены присяги, просто дурачились. Истинная причина была в том, что они хотели служить в подводном флоте, а у Украины подводных лодок не было. Никакой ни этнической, ни политической подоплёки не было, что в рассказе особо подчёркивается.

Однако, описанная саркастически в рассказе курьёзная ситуация в фильме превратилась в мега-пафосный эпизод с явным политическим подтекстом. Авторы сценария Валерий Залотуха и Владимир Хотиненко явно исказили замысел автора, навязывая зрителю установку «присягу два раза не дают» как априорную истину.

Присяга Украины и «революции»

Как мы уже выяснили, в том, что украинские военные, ранее дававшие советскую присягу, присягали ещё раз – ничего неправильного нет. Клятва на верность советскому правительству стала ничтожной после того как не стало самого этого правительства.

Сам текст украинской присяги с точки зрения официальной идеологии украинского национализма тоже вполне годный. С единственным «но». Если этнический украинец идёт служить украинскому националистическому государству – всё логично и объяснимо. Но если же ты русский и клянёшься на верность украинцам – это очень странно и неправильно. Но, в конце концов, это всё равно это твой выбор.

В любом случае, когда в 2004 году возникла угроза первого антиконституционного переворота все украинские военные, если бы они на самом деле свято блюли присягу, должны были бы уничтожить «оранжевых революционеров». Это была явная угроза как Конституции, так и независимости Украины, которую они, согласно присяге, должны были соблюдать.

Здесь нужно напомнить, что в присяге речь идёт об обязанности военнослужащего соблюдать Конституцию и защищать свободу и независимость своего государства. Первый антиконституционный переворот 2004 года прошёл при полном непротивлении со стороны украинских военных, которые палец о палец не ударили чтобы защитить конституционный строй в своей стране.

Отказавшись подавлять «оранжевую революцию» и трусливо приняв власть Ющенко украинские военные первый раз нарушили военную присягу.

Спустя десять лет вся эта история повторилась ещё раз. После второго антиконституционного переворота 2014 года Конституция была нагло попрана, а от независимости не осталось и следа.

Допустив «Евромайдан» украинские военные во второй раз нарушили свою присягу.

После двух государственных переворотов ВСУ, СБУ и другие военные по сути превратились в ОПГ, что они и доказывают своим поведением. Но при этом сейчас они имеют наглость пенять простым украинцам и даже русским гражданам Украины на их якобы моральную обязанность выполнять присягу.

Выводы

В либеральных обществах (тех, на которые как бы ориентируется власть на Украине) присяга осталась красивым, но по большому счёту ни к чему не обязывающим ритуалом. Люди принимают присягу, служат в армии, и потом никогда о ней не вспоминают – свободно меняют гражданство, место жительства и так далее.

В тоталитарной Украине обязанность соблюдать военную присягу государственная пропаганда использует по полной для принуждения людей поддерживать преступную власть. Расчет на то, что люди не помнят, не знают и не понимают, что, собственно, в этой присяге написано. Что конкретно они этой присягой обязались выполнять. На людей наивных, недалёких, да ещё с советским менталитетом, это действует!

Любому украинскому военному нужно, как минимум, взять и прочитать текст присяги, которую он давал, и попытаться самостоятельно понять что там написано. Уже после такого умственного упражнения большинству станет понятно, что воевать сейчас на стороне ВСУ – это не соблюдение присяги, а её прямое нарушение. Выполнять приказы марионеточного правительства и служить своему народу – это противоположные вещи.

И тогда, может быть, кто-то перестанет прикрывать свою трусость, глупость, нерешительность и рабскую натуру ширмой такого великого понятия как военная присяга – к нынешней Украине она всё равно никак не относится.

Приложения

Текст военной присяги в Российской империи

Я, нижеименованный, обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом, пред Святым Его Евангелием, в том, что хочу и должен Его Императорскому Величеству, своему истинному и природному Всемилостивейшему Великому государю императору [Имя и отчество], Самодержцу Всероссийскому, и Его Императорского Величества Всероссийского Престола наследнику, верно и нелицемерно служить, не щадя живота своего, до последней капли крови, и все к Высокому Его Императорского Величества Самодержавству, силе и власти принадлежащие права и преимущества, узаконенные и впредь узаконяемые, по крайнему разумению, силе и возможности, исполнять.

Его Императорского Величества государства и земель Его врагов, телом и кровью, в поле и крепостях, водою и сухим путём, в баталиях, партиях, осадах и штурмах и в прочих воинских случаях храброе и сильное чинить сопротивление, и во всем стараться споспешествовать, что к Его Императорского Величества верной службе и пользе государственной во всяких случаях касаться может. Об ущербе же Его Величества интереса, вреде и убытке, как скоро о том уведаю, не токмо благовременно объявлять, но и всякими мерами отвращать и не допущать потщуся и всякую вверенную тайность крепко хранить буду, а предпоставленным надо мной начальникам во всем, что к пользе и службе Государства касаться будет, надлежащим образом чинить послушание, и всё по совести своей исправлять, и для своей корысти, свойства, дружбы и вражды против службы и присяги не поступать; от команды и знамя, где принадлежу, хотя в поле, обозе или гарнизоне, никогда не отлучаться, но за оным, пока жив, следовать буду, и во всем так себя вести и поступать, как честному, верному, послушному, храброму и расторопному (офицеру или солдату) надлежит. В чём да поможет мне Господь Бог Всемогущий. В заключение же сей моей клятвы целую слова и крест Спасителя моего. Аминь.

Текст советской военной присяги 1939 года

Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым, дисциплинированным, бдительным бойцом, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников.

Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и народное имущество и до последнего дыхания быть преданным своему народу, своей Советской Родине и Рабоче-Крестьянскому Правительству.

Я всегда готов по приказу Рабоче-Крестьянского Правительства выступить на защиту моей Родины – Союза Советских Социалистических Республик и, как воин Рабоче-Крестьянской Красной Армии, я клянусь защищать ее мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами.

Если же по злому умыслу я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся.

Текст советской военной присяги 1960 года

Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных Сил, принимаю присягу и торжественно клянусь быть честным, храбрым дисциплинированным, бдительным воином, строго хранить военную и государственную тайну, беспрекословно выполнять все воинские уставы и приказы командиров и начальников.

Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и народное имущество и до последнего дыхания быть преданным своему народу, своей Советской Родине и Советскому правительству.

Я всегда готов по приказу Советского правительства выступить на защиту моей Родины – Союза Советских социалистических Республик и, как воин Вооруженных Сил, я клянусь защищать её мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами.

Если же я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся.

Первая присяга Украины – текст на русском

Я, (фамилия, имя и отчество), вступаю на военную службу и торжественно клянусь народу Украины всегда быть верным и преданным ему, добросовестно и честно выполнять воинский долг, приказы командиров, неуклонно придерживаться Конституции и законов Украины, хранить государственную и военную тайну.

Я клянусь защищать украинское государство, непоколебимо стоять на страже его свободы и независимости.

Я клянусь никогда не предать народ Украины.

Вторая присяга Украины – текст на русском

Я, (фамилия, имя и отчество), вступаю на военную службу и торжественно клянусь Украинскому народу всегда быть ему верным и преданным, оборонять Украину, защищать ее суверенитет, территориальную целостность и неприкосновенность, добросовестно и честно выполнять воинский долг, приказы командиров, неуклонно придерживаться Конституции Украины и законов Украины, хранить государственную тайну.

Клянусь исполнять свои обязанности в интересах соотечественников.

Клянусь никогда не предать украинский народ!

Русскоязычных украинцев не бывает

Сложность этой темы в том, что огромное количество проживающих на Украине русских совершенно искренне считает себя украинцами. Это происходит по разным причинам.

Одних запутали СМИ, подменяющие понятия гражданства и национальности. Как у нас принято подавать новости? «Два украинца попали в аварию в Италии». Речь, конечно же, идёт о двух гражданах Украины, а по национальности они могут быть кто угодно. Но в подсознание откладывается тезис о том, что на Украине живут одни украинцы. Никаких русских на Украине нет. Цель украинской пропаганды: внушить тезис о том, что Украина населена одними патриотами-украинцами.

Некоторые политологи указывают, что термин "украинец" может означать как этнос, так и политическую нацию. Но тогда всё вообще запутывается: целых три совершенно разных понятия используют одно и то же слово. Пойди пойми что оно означает в каждом конкретном случае, никто и не пытается это сделать.

Как ни странно, но российские СМИ также в упор не замечают русских на Украине, поскольку их существование также не укладывается и в их пропагандистские схемы.

Огромное количество нормальных людей называют себя украинцами чисто из меркантильных соображений: ради карьеры, работы, нормальных отношений в коллективе. Попробуй, назови себя русским где-нибудь в Киеве. Самое безобидное – это сразу навесят ярлыки «сепара» и «агента Путина».

А некоторые русские преуспевают в этой имитации своей приверженности украинской национальной идее настолько, что превосходят самих этнических украинцев.

«Украинцы не такие»

Многие не согласятся с выводами этой статьи. Основываясь в лучшем случае на своем жизненном опыте они возразят, что украинцы – не такие. Те же, кто получил свой «опыт» из телевизора, заявят, что те люди, о которых идёт речь в статье, это не украинцы, а «бандеровцы».

Главное заблуждение состоит в том, что жители России за "настоящих" украинцев на Украине принимают проживающих там русских.

Первые будут неправы потому что за украинцев на самом деле они принимают проживающих на Украине русских, «невидимых» как для украинских, так и для российских СМИ. Ошибка же вторых лежит в сфере формальной логики, когда сопоставляются два несопоставимых понятия – «украинцы» – как национальность и «бандеровцы» – как виртуальный образ, сконструированный российскими СМИ. И эти вторые подлее первых, потому что ради собственного мнимого благополучия они готовы бросить на произвол судьбы миллионы живущих на Украине русских.

Как русские относятся к украинцам

Откуда взялись «бендеровцы»

Если идеология Украины за почти 30 лет независимости претерпела колоссальные изменения, то в России в этом плане ничего не изменилось. Российские СМИ продолжают интерпретировать реальность в рамках советской идеологической концепции, согласно которой на Украине живет «братский украинский народ», который искренне весь хочет дружить с Россией.

Когда же эта схема стала уже совсем расходиться с реальностью, в неё добавили плохих «бандеровцев». И вот они как раз и не дают «нормальным украинцам» дружить с русскими.

Этих плохих «бандеровцев» вырастили плохие американцы в пробирке. А национальности у «бандеровцев» нет, ибо, в соответствии с другим советским идеологическим постулатом, «преступность не имеет национальности».

Проблема в том, что эти люди сами себя они считают ни кем иным как украинцами, и вот не возразишь.

Украинцы – это не русские

То, что украинцы – это не русские, - это не плохо и не хорошо, это естественно. Стремление украинцев к национальной обособленности – это абсолютно естественное стремление любой молодой нации. Никакой «дружбы» между народами нет и быть не может – это чисто советский пропагандистский конструкт. Национальный эгоизм – абсолютно естественная и нормальная вещь для любой нации кроме русских.

Русские относятся к украинцам как к немного свихнувшимся, но всё-таки родным братьям. Это такая смесь беспечности, покровительства и недоумения.

Вследствие этого любая нация пытается перераспределить внешние ресурсы в свою пользу – естественно, за счёт других, и в первую очередь – за счёт соседей. В биологии давно известно, что внутривидовая конкуренция более жёсткая, чем межвидовая. Ровно такой же закон действует и в человеческом обществе. Но когда украинцы это делают, «советские» россияне всякий раз этому искренне удивляются, почему-то ожидая от украинцев чисто русского поведения.

Ещё один пример советской лубочной пропаганды, которая исправно работает до сих пор.

У этой схемы есть и противоположная сторона, когда русские жители РФ относятся ко всем жителям Украины так: «Надоели! Живите как хотите а к нам не лезьте!». Это тоже последствия телепропаганды, когда всех жителей Украины в её нынешних границах автоматически записывают в украинцы, путая понятия национальности и гражданства.

Как украинцы относятся к русским

Украинцы боятся русских

В глубине души они прекрасно понимают, что против России Украина – как Моська против слона. В том числе поэтому так эффективна украинская антироссийская пропаганда. Это же «опиум для народа»: инструмент нейтрализации страха и подъёма собственной самооценки («ай Моська, знать, она сильна, коль лает на слона»). Но Крылова в современной украинкой школе не учат, поэтому распознать этот механизм они не могут.

Отсюда, из-за этого советского идеологического наследия, от которого Украина давно избавилась, и происходит эта странная информационная война в одну сторону. Украинцы массово в интернете выражают агрессию, ненависть, всевозможные оскорбления по отношению к русским. А от русских в ответ – наивные увещевания и попытки «открыть глаза» и «донести правду».

Но что делать, если для скандала нужно, чтобы скандалили две стороны? Значит, вторую нужно имитировать. Для этого особо сообразительные украинские патриоты применяют такой следующий приём. Они пишут в Фейсбуке, что на них, якобы, только что напал с оскорблениями «русский из Рязани». В ответ получают реакции возмущения и сочувствия от своих единомышленников. На просьбу показать эти самые оскорбления отвечают, что, мол, уже удалили.

И тут кроется ещё одно отличие украинцев от русских – в отношении к правде и лжи.

Правда не нужна

В совсем давние времена лгать было крайне постыдным делом. Одна маленькая ложь могла сломать человеку и карьеру и судьбу. Но потом всё изменилось. В первых транслировавшихся на постсоветской Украине бразильских телесериалах можно было заметить одну особенность: герои много лгали, причем часто вообще без необходимости. Для воспитанного в советском обществе человека это было культурным шоком: разве можно вести себя так бессовестно? Но герои сериалов относились к этому как к культурной норме, и вскоре эта норма перекочевала и к нам.

Такая ситуация сложилась и в Украине и в России. Однако Россия имела какой-то иммунитет против этого. Тот, кто читал «Преступление и наказание», «Братьев Карамазовых», «Бесов» никогда не будет беззаботно лгать направо и налево. Конечно же это – интеллектуальная элита общества, но она влияет и на низовые социальные слои.

Украина, отказавшись от русского литературного наследия (по факту – даже от Николая Гоголя) оказалась в культурном вакууме. И эта новая реальность повсеместной лжи перекочевала в СМИ и политику – сейчас если политик публично солгал – это не только не вызывает сенсации, на это вообще никто внимания не обращает, для всех это норма.

Про СМИ и говорить нечего – там лгут напропалую, для успокоения совести (у кого она есть) прикрываясь патриотизмом, гордо называя себя «бойцами информационной войны».

Отсюда ситуация, когда украинец вообще никому не верит, живя в коконе своей придуманной им картины мира. Докапываться до правды тяжело, сложно и незачем. Проще жить в простом вымышленном мире – какой ему удобнее проще, и соответствует его архетипам. А вот это ключевое, поэтому нужно рассказать поподробнее.

Неправильные паны

Архетипы – это отголоски памяти предков, накрепко отпечатавшиеся в подсознании. Человек может прожить всю жизнь и не подозревать о том, какие у него архетипы, но они будут управлять его отношением ко всему, а значит и всей его Судьбой.

Украинец всегда жил под паном. Русские всегда жили независимо. Даже в период монголо-татарского ига это не было прямое управление – иго заключалось лишь в выполнении определенного списка обязательств. Отсюда главное политическое различие украинцев и русских.

Русский – самодостаточен. Он не любит свою власть, но всегда надеется только на самого себя. Русский привык жить во враждебном окружении, всю историю он отбивался от врагов со всех сторон, не забывая при этом и прихватывать чужие территории. Отсюда русский политически мыслит всегда горизонтально: «враг-враг», «друг-друг», «партнёр-партнёр», применительно к украинцам: «брат-брат».

Украинцу же, наоборот, нужны иерархические отношения, он должен всегда чётко понимать кто кому пан и кто кому холоп. Отсюда вытекает и логика жизни: если ты холоп, то нужно найти пана побогаче да подобрее. Если ты пан, нужно использовать этот ресурс по максимуму, ибо завтра тот пан, который сверху, всё отберёт.

Равные отношения партнёрства украинцам не нужны – это противоречит их архетипам, поэтому среди них ему непонятно и некомфортно. Выстраивать равноправное сотрудничество, равно как и лично отвечать за свою судьбу украинец не может и не хочет.

Отсюда и неприятие советского мифа о «братских народах». Когда украинец слышит о «братских чувствах» русских, это вызывает в нём раздражение. И это совершенно естественная реакция. Ведь кто такие русские для украинца непонятно: не холоп и не пан, вообще непонятно что такое.

Вот американцы чётко заявили: «мы паны!», и украинцы это с облегчением и радостью приняли. Для души украинца это понятно, просто, полностью соответствует духу предков и, главное, предельно ясно что нужно делать: прислуживать пану, чтобы пан был доволен, и тогда в жизни всё сложится. Американцы приняли эту игру, они, в отличие от россиян, поняли душу украинца.

Так шутили украинцы в соцсетях после трагедии в Одессе 2 мая 2014 года. Но не стоит их винить в жестокости или бездушии: таким способом они просто хотели понравиться своему новому хозяину – США.

Государство не нужно

Отсюда еще одно отличие украинцев от русских. Русский всегда недоволен своей властью, но ценность государства как такового – у него в подкорке. Отсюда и проваливающиеся раз за разом попытки устроить что-то подобие цветной революции в России – широкие массы населения бунтовщиков не поддерживают, ибо понимают, что стреляя по власти те могут убить государство как таковое. А без государства будет очень плохо всем.

У украинцев в голове всё устроено иначе. Если главная цель в жизни – найти богатого и доброго хозяина, то государство не нужно в принципе. То, что украинцы гордо называют незалежностью – это простая смена хозяина с русского, который лезет со своей непонятной «дружбой» на американца, который четко говорит что нужно делать чтобы прийти к успеху.

Это прекрасно поняли западные политики, когда стали манить украинцев так называемой европейской интеграцией. С членством в Европейском Союзе украинцы связывали свою мечту о земном рае.

Как они себе это технически представляли? Что приедут немцы, построят дороги, отремонтируют дома и теплотрассы, восстановят заводы, и будут им, украинцам, выплачивать толстые пачки евро за просто так? Нет, в их представлении, придут немецкие хозяева и заставят их, украинцев, не воровать и работать. И тогда Украина станет как Германия. Всё, кстати, логично.

Но тут что-то пошло не так, и теперь казавшиеся такими добрыми богатые хозяева, ласково щекоча украинского поросенка за ушком, ведут его на скотобойню. Оказывается, его откорм был вызван не добротой хозяина и совсем не планами так кормить до естественной смерти, а совсем иными соображениями… Но думать об этом украинцы не могут потому что правда им не нужна.

Отличие украинцев от русских в деталях

Само собой, мы ни в коей мере не хотели никого обидеть или, Боже упаси, оскорбить. Национальные особенности – это такие же природные особенности как цвет глаз и волос – они не плохие и не хорошие, они просто такие какие есть.

Выше мы описали основные, фундаментальные отличия двух этносов. Теперь пройдёмся по другим, менее важным, но не менее интересным.

Разница в темпераменте

Согласно теории этногенеза, чем севернее народ, тем он более жестокий и менее эмоциональный. Это обусловлено именно климатическими условиями, которые диктуют особенности образа жизни и, таким образом, формируют характер. Пример русских и украинцев может служить подтверждением этой теории, хотя из-за своей неполиткорректности она не признана в научном мире и предана обструкции.

Украинцы на самом деле намного эмоциональнее русских. Их мир окрашен яркими красками любви и ненависти. Причем, от одного состояния к другому они могут переходить почти мгновенно. «От любви до ненависти один шаг» - да, это про украинцев. Можно сказать, что в их блюде жизни много и сахара и перца.

Украинец быстро зажигается, но его также легко можно потушить. Избыточная эмоциональность не сочетается со смелостью. Поэтому из украинцев воины так себе. Опыт гражданской войны в Донбассе убедительно показывает: все самые отчаянные подразделения, такие как «Айдар», «Торнадо», укомплектованы русскими. Они сами, правда, считают иначе, но этот вопрос уже подробно раскрыт в статье «Русскоязычные украинцы – русские которые никому не нужны».

Все знают классический анекдот «А мене за що?». А каким может быть его продолжение? Скорее всего, после отрезвляющего вопроса жены он вернется в хату и повесит ружье на место.

Русские в этом плане – совсем другие люди. У русских нет любви ни к чему: ни к себе, ни к близким людям, ни к делу, которым они заняты. Если маленький ребёнок спотыкается, падает и плачет, русская мать вместо того, чтобы его пожалеть бьет по попе. Точно такое же отношение к своей работе, когда каждый делает ровно столько, сколько нужно чтобы не быть наказанным.

С другой стороны и ненавидеть русские тоже не умеют. Если для украинца война – это праздник, который начинается громкими воинственными воплями и заканчивается сверкающими пятками, то для русского – это будни, унылая и грязная работа, которую он хоть и не любит, как любую другую, но делает хорошо.

Обратная сторона ненависти – страх. Поэтому он тоже неведом русскому. Украинцы, конечно, знают об этом и поэтому боятся русских.

Отличия в отношении к еде

Украинцы за историю своего существования не построили ни одного города. И это не обвинение и не оскорбление, а простая констатация. Города украинцам просто не нужны, поскольку они – носители чисто сельской ментальности. В чём, опять же, нет ничего плохого.

А о чем мысли крестьянина? Каковы его главные ценности? Это продукты питания, еда. Украинец думает о еде, гордится едой. Борщ как семейство первых блюд из смеси говяжьего бульона, вареных и пассерованных овощей уже несколько веков известен на всей территории восточной Европы. Но лишь украинцы додумались сделать из простой крестьянской похлёбки свою «национальную гордость».

Во всем мире уже давно утвердился тренд на здоровое питание, развивается молекулярная гастрономия, сувидная термообработка из ресторанов перекочевывает на обычные кухни. Акцент в пище делается на полезность и изысканный вкус. Но украинцы по-прежнему гордятся солёным свиным салом – примитивным полусырым продуктом с чудовищным количеством холестерина.

Отношение украинцев к земле

Отсюда же и отношение к земле как к источнику еды. - Крым чей? – любят провоцировать всех и вся украинцы. Но в этом вопросе не только обида.

Пример того, как свои ценности украинцы транслируют на русских.

Украинцу невозможно объяснить, что Крым – это не огород, а полтора миллиона живущих там людей, которые имеют право сами решать в каком государстве им лучше. Это предприятия и объекты недвижимости, которые как принадлежали конкретным частным владельцам, в большинстве своем тем же гражданам Украины, так им и принадлежат. Нет. В их представлении Крым – это только и исключительно территория.

Русский же – это больше охотник. Он может добывать еду, но сам процесс его увлекает куда больше результата. Он может есть и борщ, и сало, но никогда не делает из еды культа. Если с деньгами плохо он может питаться одной лапшой быстрого приготовления, и не будет испытывать по этому поводу каких-либо неудобств. А если денег достаточно, он скорее будет покупать дорогой сыр и виски, чем объедаться салом.

Выводы

У украинцев, как у отдельной ветви русского народа, нет и не может быть фундаментальных отличий от великороссов ни на уровне физиологии. Украинцы не отличаются от русских ни цветом кожи, ни разрезом глаз. Внешне легко можно отличить русского от такого же гражданина РФ, например, чеченца или бурята. Но русского из РФ от «совсем другого» украинца внешне отличить невозможно.

Тут нужно пояснить, что никакого высокомерия в термине «великоросс» нет, поскольку ни с каким величием этот термин не связан. В данном случае «велико-» - это производная от старого значения этого слова, сохранившегося в современном украинском языке и означающая просто «большой». То есть великоросс – это человек, проживающий на территории Большой Руси, и не более того. Соответсвенно, нет ничего уничижительного и в термине «малоросс» – это человек, проживающий на территории Малой Руси, то есть просто ближе к центру.

Вместе с тем, национальный характер украинцев как русских, проживающих в южной части Восточной Европы имеет некоторые отличия от национального характера русских, проживающих севернее. Это обусловлено отличиями в климате, основной хозяйственной деятельности и истории.

Однако отличия эти – на уровне нюансов. Национальные различия между народами, населяющими современную Российскую Федерацию подчас намного сильнее, чем различия между украинцами и русскими.

Не стоит обманываться якобы ненавистью украинцев к советскому прошлому – все эти законы о декоммунизации, уничтожением памятников Ленину и прочее. Это всё – ширма. Под декоммунизацией украинцы понимают только и исключительно дерусификацию. Против, собственно, коммунистического прошлого они ничего не имеют против.

Это наглядно видно на примере памятников. Когда валили Ленина и Жукова это можно было ещё прикрыть фиговым листком декоммунизации. Хотя это была на самом деле дерусификация (Ленин не был русским, но украинцы об этом просто не знают). Но когда стал валить памятники Суворову, Пушкину, Булгакову и Екатерине II, и этот фиговый листочек был отброшен за ненадобностью.

Никакого антикоммунизма у украинцев нет, стержень их мировоззрения составляет русофобия.

А вот памятники реальным коммунистам, даже комиссарам и сотрудникам НКВД украинцы берегут и сносить не собираются. Хотя и не сильно это афишируют. В Одессе, например, в 2008 году установлен памятник советскому офицеру – герою сериала «Ликвидация» Давиду Гоцману. На церемонию открытия даже приезжал майданный активист и тогдашний министр внутренних дел Украины Юрий Луценко.

Писатель Исаак Бабель живя в Петрограде работал в ВЧК, якобы на должности переводчика. Затем служил в Первой конной армии Буденного в должности военного корреспондента. Казалось бы, чекист, коммунист! Да такому украинцы должны бежать сносить памятник в первую очередь. Но что это? Ему, наоборот, СТАВЯТ памятник в 2011 году, в той же Одессе.

Украинцы тоскуют по советским временам

Всё это совершенно неудивительно, учитывая то, что основу советского партийного аппарата, в том числе в России, составляли этнические украинцы. Да и сама Украина в её нынешнем виде – это сугубо советский проект.

Давайте посмотрим что хотят сейчас украинцы: возвращение в границы 1991 года плюс обложение русских данью. Но это же ничто иное как возвращение к ситуации СССР! В Советском Союзе всё так и было: эти же границы, включающие огромное количество исконно русских земель, населенных этническими русскими, но по произволу переданные в состав Советской Украины. Плюс огромные безвозвратные инвестиции во все сферы – от основных средств производства до инфраструктуры.

Украинцы – это чисто советский продукт социальной инженерии. И, несмотря на все старания такого же насквозь советского Кремля, он погибает.

Читая мысли украинцев, можно заметить, что в основе их рассуждений часто лежит очень странная идея о том, что истинная, глубинная цель у всех русских – угодить украинцам, понравиться им. Но у русского царя (!!!) Владимира Путина это не получилось, и тогда он на украинцев обиделся (!!!), сошёл с ума и начал мстить (!!!). Откуда же взялось это представление украинцев о своей гиперважности для русских?

Зачем коммунистам украинцы

«Прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определенно размежеваться», – писал Ленин. И в точном соответствии с этим его тезисом русских как самую многочисленную нацию решили раздробить на три, а затем объединить их вместе с грузинами и таджиками в единую общность под названием «советский человек». Так началась принудительная советская украинизация, которую даже упомянул Владимир Путин в своей статье «Об историческом единстве русских и украинцев».

Кто жил в СССР тот помнит, что на Украине жизнь была лучше чем в России не так уж сильно, но буквально во всем. И украинцы это понимали не как целенаправленную политику советского правительства, а как свидетельство их превосходства над русскими. Украинцы считали и считают себя, как минимум, более трудолюбивыми и хозяйственными, а русских – поголовно пьяницами. Причём, это касается не только сельского простонародья, но и образованных городских украинцев.

В этом своём самолюбовании Украина цивилизационно опустилась заметно ниже России, но по инерции продолжает жить ещё советскими представлениями. Поэтому когда сейчас по Украине расходятся дикие слухи о том как русские не знают что такое унитаз и воруют у украинцев телевизоры – вся эта пропаганда базируется на всё тех же отголосках советской украинофилии.

И сейчас, наблюдая порой в интернете за возмущением очередного беженца-украинца, которому не нравится как его обслуживают в Европе, понимаешь, что они интуитивно принимают Европу за тот самый ненавидимый ими совок. А европейцы по мере сил им в этом подыгрывают.

Выводы

Военная победа над Украиной – это в любом случае вопрос времени, как бы не играли с Киевом в поддавки их московские друзья. И складывается впечатление, что вот этой победы в Кремле боятся больше всего. Ибо самый простой вариант – заморозить ситуацию, подписав очередные Минские соглашения, опять лет на восемь (а лучше – 80).

А вот в случае победы военным путем предстоят послевоенные мероприятия. И тут кроме «единой дружественной Украины» никаких других вариантов в арсенале послевоенного строительства нет совершенно. С культивированием украинской идентичности, памятниками Шевченко, песенками на укромове, которые будут сочинять по заказу в Москве. Как Игорь Моисеев в Москве во времена СССР придумал украинские народные танцы.

А потом будет новый всплеск национального самосознания в Киеве, наивно-кретинское недоумение в Москве: «Ой-ой-ой, да откуда же опять повылазили эти националисты? Ой-ой-ой, какие же плохие эти американцы, снова надурили хороших украинцев!».

Пока Россия не откажется от советской идеологии, так и будет ходить по этому кровавому кругу.

• Население Украины сейчас: есть ли точная цифра
• Официальная численность населения Украины: как её считают
• Перепись населения Украины
• «Электронная перепись» 2020 года
• Численность населения Украины: официальные данные
• Как западные источники оценивают население Украины
• Сколько население Украины на сегодня – реальная оценка
• Население Украины до СВО и после: что изменилось
• Сколько население Украины на сегодня – реальная оценка
• Население Украины и России: корректно ли сравнивать

Население Украины сейчас: есть ли точная цифра

На практике точно ответить на вопрос, сколько население Украины сейчас, невозможно. Прямого учёта нет, перепись не проводилась более 20 лет, а все оценки носят расчётный характер.

Если сформулировать иначе – какое население Украины на сегодня, то корректный ответ будет только в виде диапазона, а не конкретной цифры. Любые точные значения, которые публикуются в СМИ, следует воспринимать как модели, а не как результат реального подсчёта.

Именно поэтому запросы вроде «население Украины 2026» или «население Украины 2026 численность» не имеют однозначного ответа – речь всегда идёт об оценках, причём сильно отличающихся друг от друга.

Официальная численность населения Украины: как её считают

Перепись населения Украины

Единственная полноценная перепись населения на Украине проводилась с 5 по 14 декабря 2001 года во время президентства Леонида Кучмы.

Согласно полученным тогда данным общая численность населения Украины в 2001 году составила 48,457 млн. человек. Это было на 6,3 % меньше, чем по предыдущей переписи населения УССР, проведённой в 1989 году (51,7 млн).

Демографическая структура по данным переписи 2001 года была следующей:

• Женщины – 26,016 млн. (53,7 %)
• Мужчины – 22,441 млн. (46,3 %)

В этой переписи уже были допущены системные искажения в вопросах национальности и родного языка когда людей разными способами склоняли записывать себя в украинцы и указывать украинский язык в качестве родного. Однако что касается численности населения, то данные этой переписи вполне можно считать надёжными.

После этого ни одной классической переписи не было. Все последующие «оценки» численности населения строились расчётным методом – от базовой цифры 2001 года с учётом рождаемости, смертности и миграции. То есть людей уже не считали напрямую, а моделировали итоговую цифру.

Проще говоря, текущие цифры «население Украины 2025» или «население Украины сейчас» получаются не путём подсчёта людей, а через корректировку старой базы с учётом рождаемости, смертности и миграции. За более чем 20 лет такая модель неизбежно даёт серьёзную погрешность.

Проведение второй переписи населения несколько раз собирались провести, но всякий раз откладывали.

«Электронная перепись» 2020 года

И вот уже при президенте Зеленском решили сделать ход конём: перепись не проводить, но объявить, что провели. В январе 2020 года (23 января) министр Кабинета министров Украины Дмитрий Дубилет обнародовал результаты проведённой Оценки численности наличного населения Украины, которую СМИ тут же назвали «электронной переписью».

Согласно «электронной переписи», по состоянию на 1 декабря 2019 года на Украине проживало 37 миллионов 289 тысяч человек. В эту цифру не включили население Крыма, ДНР и ЛНР, а также граждан Украины, постоянно проживающих за границей.

Половая структура по данным «электронной переписи» была следующей:

• Женщины – 20,01 млн (53,6 %).
• Мужчины – 17,28 млн (46,3 %).

Формально это подали как альтернативу классической переписи, но по сути это была не перепись, а тот же расчёт на основе косвенных данных, что проводился и в прошлые годы.

Ключевой источник – данные мобильных операторов. Чиновники запросили информацию о количестве активных SIM-карт и использовали её как основу для оценки населения. Проблема в том, что один человек на Украине часто имеет две, три и более SIM-карт – для работы, личной связи, интернета. Эти дублирования в расчётах корректно не учитывались, что автоматически завысило итоговую цифру.

Далее эту оценку сверили с данными Госстата и Государственного реестра физических лиц (ДРФО). Однако данные Госстата сами основаны на тех же расчётных моделях и устаревших базах, а ДРФО фиксирует не фактически проживающих людей, а всех, кто когда-либо получал идентификационный номер. Это означает, что в реестре одновременно числятся люди, которые давно уехали из страны, а также умершие.

В итоге сверяли несколько источников с изначально искажённой базой. Ни один из них не даёт прямого ответа на вопрос, сколько составляет население Украины. Поэтому заявленная численность населения Украины в 37 миллионов на 2020 год – это расчётная величина с очевидным системным завышением.

Численность населения Украины: официальные данные

Последние официально опубликованные данные Государственная служба статистики Украины датируются 1 января 2022 года. Согласно им, численность населения Украины составляла 41,167 млн человек. При этом методика подсчёта исключала население Крыма, но включала население ДНР и ЛНР — в отличие от «электронной переписи» 2020 года, где подход был иным.

После этого момента официальные данные по запросам вроде «население Украины 2025» или «население Украины 2026» Держстатом просто не публиковались. Фактически регулярная статистика по численности населения была остановлена.

Отдельный интерес представляет документ, появившийся в публичном доступе в 2023 году. Речь идёт о письме-ответе от 17.05.2023 года, подписанном заместителем председателя Государственной миграционной службы Украины Иваном Двойленко на имя заявителя Александра Дзюбы. В документе указано, что по состоянию на 16.05.2023 года в Едином государственном демографическом реестре содержится информация о 23 млн 374 тыс. человек.

Важно понимать статус этих данных. Это не официальная публикация, а копия документа, распространённая в сети, достоверность которой формально не подтверждена. Кроме того, численность населения Украины на сегодня не тождественна количеству записей в реестре. Единый демографический реестр учитывает лиц, внесённых в систему, но не отражает, находятся ли они в стране фактически.

Тем не менее в условиях, когда официальная статистика отсутствует, подобные данные можно использовать как дополнительный ориентир. Они не дают точного ответа на вопрос, сколько население Украины сейчас, но позволяют оценить порядок величин и масштаб расхождения с прежними официальными цифрами.

Как западные источники оценивают население Украины

Многие эксперты, понимая что украинским источникам в вопросе какое население Украины доверять нельзя, обращаются к западным, считая их более надёжными. Давайте рассмотрим их подробнее.

Книга фактов ЦРУ давала такую цифру, но сайт уже удалили.

До появления Википедии в 2001 году наиболее авторитетным источником информации о странах была «Книга фактов ЦРУ». По данным на январь 2026 года сайт CIA World Factbook указывала численность населения Украины – 35 661 826 человек, далее следовала пометка «данные приблизительные». Но в феврале 2026 года ушла эпоха – знаменитый сайт был закрыт.

Главным источником знаний для русскоязычной аудитории осталась русскоязычная Википедия. Она содержит статью «Население Украины» в которой говорится, что численность населения Украины составляет 41 130 432 человека с пометкой – данные 2022 года. Судя по цифре мы видим, что это фактически данные Держстата, лишь немного кем-то (кем?) подкорректированные.

Англоязычная версия статьи о демографии Украины показывает уже три разных оценки, что наглядно демонстрирует разброс:

• 41 130 432 человек – с учётом территорий, не контролируемых Киевом, по данным украинской статистики;
• 36 744 636 – без этих территорий, по оценкам Департамента ООН по экономическим и социальным вопросам;
• около 33,4 млн на 2024 год – по данным Международного валютного фонда.

Отдельно стоит Фонд ООН в области народонаселения, который даёт округлённую оценку – около 39 млн человек на 2025 год. Такая «круглая» цифра сама по себе указывает на модельный характер расчёта.

Глобальные организации не имеют собственных инструментов оценки численности населения Украины, они могут лишь взять официальные цифры которые им дают в Киеве и скорректировать по своему усмотрению.

И здесь возникает главный вопрос: где эти глобальные организации взяли статистические данные о численности населения Украины. Если обратиться к первоисточникам, то ответ легко находится. В базе данных World Economic Outlook прямо указано, что демографические показатели Украины основаны на данных, полученных от украинских властей – в том числе на результатах той самой «электронной переписи» 2020 года – с последующей корректировкой.

Иными словами, данные глобальных организаций опираются на те же данные Киева (степень корректности которых мы рассмотрели выше ), которым они просто делают свою экспертную корректировку. По этой методике МВФ, например, публикует данные о численности населения Украины вплоть до 2029 года.

Таблица 1.
Численность населения Украины согласно оценки МВФ (млн.)

Таким образом, мы наблюдаем замкнутый контур уже на международном уровне когда глобальные организации берут свои данные из одного источника, который им представляется наиболее достоверным – Государственной службы статистики Украины, после чего они возвращаются в публичное пространство уже как «независимые» данные, подтверждающие украинские. Всё это сильно напоминает старый одесский анекдот, превратившийся в мем «И вышел опять на Дерибасовскую!».

Откуда же берётся такая безоглядная «доверчивость» западных структур к официальным данным Киева. Мы склоняемся к тому что это не является результатом их наивности либо слабого экспертного уровня. Наоборот, это тонкий элемент пропаганды: таким образом они оказывают политическую поддержку Киеву на глобальном уровне.

Вместе с тем помимо публичной информации для народа в западном экспертном сообществе циркулируют и другие, более адекватные, но закрытые цифры. Об этом недавно обмолвился один из крупных британских журналистов.

Заместитель главного редактора британского журнала New Statesman Уилл Ллойд (Will Lloyd) в своей колонке и в посте на X 20 марта 2026 года написал следующее:

Один британский чиновник сказал мне, что население Украины, которое в 2014 году составляло чуть более 40 миллионов человек, к 2025 году сократилось примерно до 20 миллионов, что значительно меньше, чем по большинству оценок, представленных в открытом доступе.

То есть он практически открытом текстом подтвердил, что все официально озвучиваемые цифры численности населения Украины – дутые, власти же в закрытом информационном контуре получают совсем другую, объективную информацию.

Сколько население Украины на сегодня – реальная оценка

На практике точно ответить на вопрос, сколько сейчас людей проживает на Украине, невозможно. Прямого учёта нет, перепись не проводилась более 20 лет, а официальная статистика строится на расчётных моделях с непрозрачной методологией.

Некоторыми экспертами для ответа на вопрос «сколько население Украины на сегодня» используются социологические методы оценки. Один из них – расчёт через потребление базовых продуктов (например, хлеба), применяемый в демографии при отсутствии надёжной статистики. По этому методу социолог и общественный деятель Лариса Шеслер в 2017 году оценивала фактическое население Украины примерно в 24 млн человек. Эта цифра не является доказанной, но она важна как ориентир альтернативного порядка величин.

Население Украины до СВО и после: что изменилось

После 2022 года ключевым фактором стала массовая эмиграция. По данным Верховного комиссара ООН по делам беженцев за пределами Украины находятся около 5,4 млн человек в статусе беженцев.

Отдельно оценивается поток в Россию: различные международные источники (UNHCR, Statista и др.) дают диапазон порядка 1,2-1,3 млн человек, выехавших после февраля 2022 года.

Если исходить даже из условной базы в 20 млн и вычесть крупные миграционные потоки, становится понятно, что фактическое население внутри страны существенно ниже довоенных официальных данных.

При этом остаётся ещё ряд факторов, которые не поддаются учёту: внутренняя миграция, нелегальный выезд, потери на фронте, а также люди, формально числящиеся в системе, но фактически не проживающие в стране.

Сколько население Украины на сегодня – реальная оценка

Если собрать все доступные данные, становится понятно: точной цифры нет, но есть разумный диапазон.

На вопрос «сколько население Украины на сегодня» наиболее корректный ответ – это оценка в пределах:

от 14 до 20 миллионов человек.

Попытка назвать более точное значение (например, «население Украины 2026 — X миллионов») будет уже не анализом, а предположением.

Нижняя граница этого диапазона – около 14 млн – это значительно меньше показателей советского периода (52 млн). Выходит, что всего за какие-то тридцать лет омрiяної незалежностi в стране куда-то подевалось почти три четверти населения.

Тем не менее, в европейском масштабе Украина – это всё ещё крупная страна с довольно высоким демографическим и экономическим потенциалом.

Население Украины и России: корректно ли сравнивать

Запрос «население Украины и России» часто используется для прямого сравнения. Однако из-за различий в методах учёта такие сопоставления не всегда корректны. Как было изложено выше, численность населения Украины как верифицируемая цифра на данный момент отсутствует, поэтому сравнивать численность населения России достоверно просто не с чем.

В РФ переписи населения проводятся только в традиционном полноценном формате. Последний раз Всероссийская перепись населения проводилась 15 октября – 14 ноября 2021 года. Согласно полученным данным общая численность постоянного населения России составила 147, 182 млн. человек.

Из них:

• Мужчин – 68,431 млн (46,5%).
• Женщин – 78,750 млн (53,5%).

Если рассматривать население Украины и России с точки зрения половой структуры, становится видно, что при разной общей численности демографическая модель в обеих странах практически совпадает. И на Украине, и в России доля женщин стабильно выше доли мужчин, причём этот разрыв сохраняется десятилетиями.

Такая диспропорция объясняется более высокой смертностью мужчин и меньшей ожидаемой продолжительностью жизни. Причины здесь носят системный характер. Во-первых, это повышенная смертность мужчин трудоспособного возраста – из-за сердечно-сосудистых заболеваний, несчастных случаев и травматизма. Во-вторых, значительную роль играют поведенческие факторы: более высокий уровень потребления алкоголя, курения, а также более рискованное поведение в целом.

Дополнительно влияет и структура занятости. Мужчины чаще работают в отраслях с повышенными рисками – промышленность, строительство, транспорт. К этому добавляется более низкая вовлечённость в профилактическую медицину: мужчины реже обращаются к врачам и чаще игнорируют ранние симптомы заболеваний.

Это заметно контрастирует с ситуацией в развитых западных странах. Например, в США женщины составляют около 50,5% населения, а мужчины – 49,5%. Разница минимальна, что отражает более сбалансированные показатели смертности и продолжительности жизни между полами.

В 2026 году Украина на зимней Олимпиаде в Милане и Кортина-д’Ампеццо выступила без медалей. Сборная, представленная 46 спортсменами, завершила Игры с нулевым результатом в медальном зачёте.

Украина завершила Олимпиаду-2026 без единой медали.

Это крупнейшая делегация за последние годы, однако итог оказался противоположным ожиданиям. Даже в неудачные для страны Олимпиады 2002 и 2010 годов украинские спортсмены сохраняли отдельные достижения, тогда как в 2026 году команда не смогла подняться на пьедестал ни в одной дисциплине.

Официально Украина везде указана как участник 11 видов спорта на Олимпиаде-2026. На самом деле спортсмены выступали только в 10-ти дисциплинах. Дело в юридической казуистике. 11-й вид спорта – это ски-альпинизм. Из-за того что этот вид спорта был добавлен в число олимпийских только в этом году предварительная квалификация была отменена и Украина теоретически могла принять участие в соревнованиях. По факту в этом виде спорта Украина не выступала. Тем не менее, во всех официальных документах и сообщениях СМИ указывается участие Украины на Олимпиаде 2026 в 11-ти видах спорта.

Результаты сборной Украины на Олимпиаде 2026

Выступление украинских спортсменов показало общий спад результатов по большинству дисциплин. В биатлоне, который традиционно считался одним из сильных видов, лучшие позиции оказались за пределами первой тридцатки.

Лучшие результаты сборной Украины оказались за пределами топ-10.

В лыжных гонках спортсменки Украины завершили выступления уже на стадии квалификации, занимая места в шестом и седьмом десятках. В горнолыжном спорте и лыжном двоеборье результаты также ограничились позициями в районе третьего десятка.

В фигурном катании украинские представители заняли 19-е место, что стало одним из лучших результатов команды, но всё равно оказалось далеко от борьбы за медали.

Общие результаты команды Украины на Зимних Олимпийских играх 2026

Место Украины на Олимпиаде 2026

Вопрос о том какое место заняла Украина на Олимпиаде 2026 на самом деле довольно сложный. Дело в том что официальный медальный зачёт (по количеству золотых медалей, затем серебро/бронза) ставит Украину в группу стран без медалей, а в стандартной таблице МОК все страны без медалей ранжируются не по баллам, а по алфавиту.

Таким образом, официального «расширенного зачёта» (типа по очкам за топ-местами, по количеству топ-8/топ-10 или по лучшим результатам) МОК не публикует.

Если же попробовать составить неофициальный рейтинг самостоятельно по сумме очков за места (напр. 1-е = 10 очков, 2-е = 8 и т.д.), то Украина условно заняла примерно 50-е место из 92 стран, участвующих в Олимпиаде.

Кратко и более точно: Украина не вошла в топ-40 даже в расширенных зачётах (по топ-местам/очкам). Это соответствует худшим зимним результатам Украины за последние 20+ лет.

Динамика медалей Украины

Если посмотреть на динамику, можно увидеть, что Украина никогда не была лидером зимних Олимпиад, однако регулярно брала отдельные награды. Даже единичные медали позволяли сохранять присутствие в медальном зачёте.

Олимпиада 2026 года выбивается из этой тенденции. Нулевой результат означает не просто неудачное выступление, а выход за пределы привычной статистической нормы.

Почему Украина не взяла медали в 2026 году

Причины отсутствия медалей носят комплексный характер. Среди ключевых факторов можно выделить снижение уровня подготовки, отток спортсменов за границу и ограниченные ресурсы спортивной инфраструктуры.

Ноль медалей – это аномалия даже по меркам прежних результатов Украины.

Дополнительную роль сыграла нестабильность внутри системы спорта, из-за которой нарушается преемственность подготовки и снижается конкурентоспособность на международной арене.

В результате Олимпиада-2026 стала отражением накопленных проблем, а не случайным провалом.

Итоги

Украина завершила зимнюю Олимпиаду 2026 года без медалей, что стало худшим результатом за всю историю её участия в Играх. При этом размер делегации и ожидания от выступления были значительно выше фактического результата. Вместе с тем команда отметилась скандалом со шлемом, подробнее о котором с материале «Украина на Олимпиаде-2026: скандал со шлемом и ноль медалей».

Медали Украины на зимних Олимпиадах: таблица

Ниже представлена полная статистика выступлений Украины на зимних Олимпийских играх с 1994 года:

Заявление сделал командир батальона ГУР «Братство»¹ Алексей Середюк² с позывным «Боргезе»³. Текст был опубликован Киевским областным территориальным центром комплектования.

Те, кто борются против ТЦК, критикуют, комментируют, препятствуют, распространяют соответствующий контент в Интернете (а значит срывают мобилизацию) – являются врагами Украины и более опасны, чем российский солдат.

В последнего я, по крайней мере, могу стрелять. Мы же все понимаем, что в критический момент (к сожалению, он наступит) дело мобилизации будет проводиться боевыми батальонами ВСУ (как это не раз было в истории).

Посмеюсь от всего сердца. Лично наш батальон в прифронтовой зоне, где сейчас работаем, выгребли из домов всех уклонистов на пути. Конечно, провокаторы из тыла будут размазывать сопли, что нельзя же так за ноги вытаскивать уклонистов из дома.

Но напомню, что при успехах на определенных участках враг заберет этот скот себе в армию, и он будет воевать за РФ. Конечно, в тылу есть много мнений на эту тему. Но с вдохновением жду, когда мы перестанем на эти мнения обращать внимание,

- заявил Середюк.

Националист настолько уверен в собственной безнаказанности, что открыто бравирует совершением преступлений: незаконным проникновением в жилище и похищениями людей. Остаётся только посочувствовать судьбе тех несчастных, кого «выгребли из домов» и превратили в рабов.

Оригинальный текст Середюка

Также характерно, что командир подразделения открыто называет своих сограждан «скотом». Телепропаганда годами вбивает в головы граждан тезис о единстве страны, однако по факту к жителям Донбасса, южной и восточной части бывшей УССР «расово правильные» националисты относятся с пренебрежением и презрением.

Обращает на себя внимание также заявление Середюка о том, что отказ от мобилизации автоматически делает таких граждан потенциальным ресурсом противника. Данный миф широко распространён в современном украинском дискурсе и, по всей видимости, уже перешёл в разряд общеизвестных истин (то есть тех которые не требуют доказательств в силу своей как бы очевидности).

На самом деле массовая мобилизация на самом деле имела место, но только в Донецкой и Луганской областях и в структуры Народной милиции этих республик. Что касается ВС РФ, то ни один человек ни в Мариуполе, ни в Мелитополе, ни в Геническе насильно мобилизован не был. Что, конечно же, известно населению, которое продолжает поддерживать связь через линию фронта посредством интернет-мессенджеров. Однако других аргументов оправдывающих мобилизацию методом похищений людей у киевских властей просто нет.

Примечания

1. Батальон «Братство» создан 24 февраля 2022 года сразу после начала полномасштабного российского вторжения в Украину. Подразделение позиционируется как добровольческое формирование специального назначения в структуре ГУР МО Украины. В России батальон «Братство» признан террористической организацией и запрещён.
2. Алексей Ростиславович Середюк родился 29 декабря 1983 года в Киеве. Ранее был связан с батальоном «Святая Мария», откуда перешёл на командование «Братством». В августе 2025 года Середюка (вместе с Дмитрием Корчинским) заочно приговорили в РФ к 10 годам лишения свободы по ч. 2 ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды) и за распространение «заведомо ложной информации» о ВС РФ.
3. Позывной «Боргезе» отсылает к имени Юнио Валерио Боргезе – одного из самых известных итальянских боевых пловцов, проводившего диверсии на стороне нацистской Германии против флотов США и Великобритании во время Второй мировой войны. После войны Боргезе был связан с ультраправыми структурами в Италии. Его связывают с подрывом линкора «Новороссийск» 29 октября 1955 года, хотя достоверно это не подтверждено.

• Постоянно обновляемая лента со сценами принудительной мобилизации на Украине

Реформа ТЦК остро назрела

За последние два года деятельность ТЦК и СП – территориальных центров комплектования и социальной поддержки – превратилась в один из наиболее чувствительных внутренних вопросов на Украине. Подобно работорговцам древности они отлавливают мужчин везде где могут, прежде всего на улицах, что вызывает негатив у населения.

На первоначальном этапе власти пытались минимизировать репутационный ущерб отрицая сам факт массового похищения людей на улицах. Спикеры Банковой, в частности Фёдор Вениславский, заявляли, что видео с ТЦК создаются с помощью «искусственного интеллекта». Однако по мере роста числа инцидентов эта линия перестала работать. Когда человек наблюдает похищение человека с жуткими воплями на собственной улице, а затем слышит по телевидению что это «российский фейк», разрыв шаблона возникает даже у самой лояльной аудитории.

Дополнительный фактор – это, скажем так, эволюция взаимоотношений населения с ТЦК. Вначале людей в форме старались не замечать, потом их стали открыто избегать, сейчас же участились случаи прямых столкновений. Когда полгода назад во Львове парень пырнул ножом ТЦКшника (причём, ножом этого самого ТЦКшника) – это вызвало резонанс на всю страну. Сейчас же подобные инциденты стали обыденностью работы мобилизационных патрулей, служить в которых становится всё опаснее. Если ранее места в ТЦК покупали для того чтобы не оказаться на фронте, то теперь служба в ТЦК уже не выглядит особо привлекательной.

К тому же активно развивается уличная солидарность. Люди всё чаще стихийно объединяются чтобы отбить у патруля ТЦК очередную жертву.

Понятно, что существующая модель комплектования ВСУ средневековым методом похищений людей на улицах носит вынужденный характер - добровольцы закончились давным-давно. Но помимо чисто имиджевого негатива её эффективность также подходит к своему пределу. Здесь в чистом виде работает принцип естественного отбора. Наиболее умная часть общества уже давно покинула страну, наиболее беспечная – уже мобилизована.

В результате «уличный ресурс» объективно сужается. С точки зрения управленческой логики это ставит перед властями вопрос о трансформации подхода. Если прежняя модель даёт всё меньше результата при растущих социальных издержках, её неизбежно будут пересматривать. Судя по косвенным признакам, работа над новой конфигурацией мобилизационных механизмов уже ведётся.

Акцент – на совместных группах

Наиболее узкое место нынешней модели мобилизации в том, что ТЦК не имеют четко прописанного статуса. Юридически это что-то вроде дочерних компаний Минобороны Украины и право задерживать граждан у них нет. Поэтому сейчас прорабатывается вопрос о том чтобы уклонистов отлавливали сводные патрули из военной полиции, МВД, СБУ и Нацгвардии. В этом случае вопрос юридической правомерности будет снят, поскольку у сотрудников ТЦК останутся чисто бюрократические функции.

Практика совместных рейдов на самом деле существует уже давно. Уже 2024-2025 годах в ряде регионов создавались мобильные группы с участием Национальной полиции, представителей ТЦК и Военной службы правопорядка, которая в 2025 году была реформирована в военную полицию. Иногда к мероприятиям подключаются сотрудники СБУ – как правило, если речь идёт о розыске или проверке на предмет сотрудничества с противником.

Эта практика признана позитивной и, скорее всего, будет поставлена на системную основу. Однако в такой конфигурации мобилизационных патрулей есть ещё одно преимущество, которое в будущем должно стать принципиальным: такие патрули согласно украинскому законодательству могут вторгаться в жилище людей.

На повестке – борьба с «самоизоляцией»

Сейчас главная головная боль украинских властей, которым остро нужны резервы живой силы на фронте – огромная армия уклонистов, которые специально не выходят из своих квартир чтобы не попасться мобилизационному патрулю. Таких людей, сидящих на добровольной самоизоляции, по данным профильных ведомств сейчас насчитывается 500-650 тысяч. Это те кто не просто не обновил свои данные, а именно прячутся в своих домах и квартирах, не выходя на улицу месяцами и даже годами.

Задача властей – «выковырять» их к грядущей зиме. Уже сейчас этим озабочены ТЦК, которые применяют различные уловки. Например, в квартире выключают электричество и устраивают засаду дожидаясь пока человек выйдет на площадку чтобы его похитить. Однако закрытая дверь квартиры остаётся для них красной линией: взламывать квартиры они пока не решаются.

В случае формирования сводных патрулей из силовых структур это ограничение будет снято. Формально проникновение в жилище возможно только при наличии законных оснований – например, в рамках уголовного производства или при соответствующем решении суда. Однако в условиях военного положения полномочия силовых структур расширены, что создаёт широкое поле для правоприменительной практики.

Выводы

Официальных заявлений о полном отказе от уличных рейдов пока нет, однако постепенная трансформация мобилизационных практик выглядит логичным шагом в условиях снижения их прежней эффективности.

По сути, речь идёт о переходе от стихийного формата мобилизации к более системной модели. Если ранее ставка делалась на эффект внезапности на улицах, то теперь приоритетом становится плановая адресная работа с расширенными полномочиями.

Таким образом, концепция «мой дом – моя крепость» перестанет быть гарантией безопасности. В этом случае вопрос будет стоять уже не о том, выходить ли на улицу, а о стратегии поведения в целом.

Послесловие

А тем временем до сих пор продолжают встречаться уникумы, которые продолжают демонстрировать запредельную беспечность. В Днепропетровске (бывший Екатеринослав) вечером 7 февраля 55-летний мужчина решил выгулять собаку! И это на фоне всего того что происходит в стране в плане мобилизации.

Результат оказался немного предсказуем. Собачка благополучно покакала, но вот её хозяин домой уже не вернулся. Во время прогулки он попался на глаза патрулю ТЦК, его тут же схватили, отвезли в ТЦК и там забили до смерти. Медики констатировали смерть от травмы головы.

Введение: президентские выборы как инструмент социологии

На Украине до сих пор регулярно публикуются результаты социологических исследований, на основании которых эксперты пытаются делать выводы о настроениях в обществе. В последние годы подобные публикации всё чаще сопровождаются оговоркой «если верить исследованию…», что само по себе показательно.

Действительно, верить сегодняшним социологическим опросам, когда уже есть целые отдельные колонии для инакомыслящих было бы странно. Украинские респонденты и раньше редко были склонны откровенно высказывать свои политические взгляды интервьюерам, теперь же любые опросы превратились в чисто пропагандистский инструмент.

Последние президентские выборы на Украине были в 2019 году. Похоже на то, что они будут совсем последними. Легитимные полномочия Зеленского закончились ещё в мае позапрошлого года, но все делают вид что всё нормально. Политики бодро занимаются подменой понятий, смешивая в сознании несчастного обывателя термины «военное положение» и «война». Юридически это совершенно разные вещи, но попробуй это кому-нибудь объясни. Они и не объясняют.

Да и, собственно, жалеть особо не о чем. Избирательная система на Украине за 30 лет успела настолько деградировать, что уже ни на что не похожа. Ситуацию с выборами в 2019 года, кстати, блестяще описал очень плохой (но очень умный) человек Джеффри Эпштейн. В письме американскому экономисту Ларри Саммерсу (бывшему министру финансов США) в мае 2019 г. он так характеризует только что избранного президентом Украины Владимира Зеленского:

Он вообще что-то соображает? Производит впечатление типичного восточноевропейского авантюриста, который торгует темой украинской гордости, при этом будучи галахическим евреем. Понятно, что это дешевая комедия для избирателей, но настораживает, когда он начинает разыгрывать это перед нашими инвесторами.

Увы, он прав. Зачатки этой «комедии» были с самого начала независимости, но с каждым избирательным циклом она становилась всё пошлее и под конец выродилась в голосование за актера-комика которого перепутали с его ролью в кино. Украинцы – дюже мудрый народ.

Да, выборы на Украине всегда были самым надёжным и наглядным социологическим инструментом. В отличие от опросов, они фиксировали реальные предпочтения миллионов людей, а их география позволяла увидеть структурные линии раскола внутри страны. Анализируя, за кого и где голосовали избиратели, можно достаточно точно понять политическое и культурное устройство общества.

Именно поэтому мы последовательно рассмотрим все президентские выборы на Украине и проанализируем, что на самом деле отражали их результаты.

Президентские выборы на Украине 1991 года

Первые президентские выборы на Украине состоялись 1 декабря 1991 года – в момент распада СССР и радикальной трансформации всей политической системы.

Основных кандидатов было двое. Леонид Кравчук, бывший председатель Верховного Совета Украинской ССР, представлял номенклатурную элиту позднесоветского периода и выступал за сохранение максимально тесных связей с постсоветским пространством.

Его оппонентом был Вячеслав Черновол – диссидент и один из идеологов украинского национального движения, ориентированный на строительство самостоятельного национального государства по западноукраинской модели.

Результаты голосования чётко зафиксировали состояние Украины на момент распада СССР. Оказалось, что электоральная база националистов ограничена всего тремя западными областями – Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской. Суммарно в этих областях на то время проживало 5,4 млн. чел, то есть они представляли чуть больше 10% населения Украины.

Эти регионы имеют особую историческую траекторию: до 1939 года они находились в составе Польши и вошли в СССР позже остальных украинских территорий. Именно здесь националистическая идентичность была наиболее оформленной и массовой. В публичном политическом дискурсе Украины жители этих трёх областей не выделяются в отдельную идентичностную группу и обозначаются общим термином «украинцы». Однако в неофициальном, разговорном употреблении за ними прочно закрепилось обозначение «западенцы».

Что же мы видим? Практически однородное по своему самосознанию пространство на большей части территории страны и резко отличающийся западный анклав, сформированного на бывших польских землях. Именно этот структурный разлом, впервые чётко проявившийся на президентских выборах 1991 года, станет базовой линией всех последующих политических процессов на Украине.

Карта президентских выборов 1991 года показывает реально единую Украину за пределами трёх западных областей. В дальнейшем эта модель идентичности начнёт экспансию на остальную часть страны.

Президентские выборы на Украине 1994 года

Вторые президентские выборы на Украине прошли досрочно – в два тура, 26 июня и 10 июля 1994 года. Формально борьба велась между действующим президентом Леонидом Кравчуком, Леонидом Кучмой и Александром Морозом.

После кампании 1991 года западные политические консультанты сделали для себя принципиальный вывод: националистический электорат слишком мал, чтобы обеспечить победу «чистому» идеологическому кандидату, но он может быть использован как инструмент глубокой трансформации всей политической системы. В этом смысле их задача на выборах 1994 года заключалась не в переизбрании Кравчука, а в стратегическом переформатировании идентичности страны.

Кравчуку было рекомендовано радикально сменить риторику – от умеренно просоветской к подчеркнуто национальной якобы для того чтобы расширить электоральную базу и перехватить повестку у националистов. Он им поверил, даже не догадываясь, что для внешних консультантов он был всего лишь расходным носителем нужного дискурса. Его личная судьба и политическое будущее в расчёт не принимались.

Выборы выиграл невзрачный Леонид Кучма, позиционирующий себя как далёкий от политики технократ. В глазах избирателей это выглядело примерно таким образом: Кравчук – националист, не нужен, Мороз – социалист, в СССР мы возвращаться тоже не хотим, Кучма – как раз золотая середина.

Иными словами Леонид Кучма воспринимался как представитель привычного, русскоязычного и прагматичного большинства.

В то же время, даже проиграв, Кравчук выполнил ключевую функцию – он легитимизировал националистический дискурс на уровне высшей государственной власти. С этого момента национальная риторика перестала быть маргинальной и получила статус «нормальной» для всей многонациональной страны.

Карта выборов 1994 года показывает управляемое расчленение советской идентичности. Восток и юг страны в целом сохраняют советское самосознание, тогда как центральная Украина была искусственно выведена из этого пространства и включена в политический союз с западноукраинскими регионами.

Малороссы + западенцы = украинцы

К середине 1990-х годов советский народ как социальная и культурная общность был уже демонтирован не только юридически, но и на уровне массового самосознания. На его месте начала формироваться новая надэтническая конструкция, в которую искусственно объединили два исторически разных народа – западенцев и малороссов.

Первые сформировались в иной цивилизационной среде, преимущественно католической, в течение веков находясь в составе Польского королевства. Вторые были православными и исторически развивались в рамках Российской империи, обладая теми же правами и социальными возможностями, что и остальное русское население. По своему происхождению и культурному коду малороссы представляли собой региональную ветвь русского народа, что для огромного пространства Восточной Европы является естественным явлением.

Склеивание этих двух массивов было осуществлено при помощи предельно простого, но крайне эффективного приёма социальной инженерии – дискредитации одного единственного термина. Историческое самоназвание «малоросс» стало целенаправленно подаваться как уничижительное, хотя в реальности оно означает лишь жителя Малой Руси, то есть центральных земель. Аналогично и термин «великоросс» изначально не имел оценочного смысла и обозначал лишь население, живущее на большой территории. Тем не менее через пропагандистскую интерпретацию был внедрён ложный образ «унижения», который со временем был принят и самими носителями этой идентичности.

Процесс этот был существенно облегчён тем, что термин «украинец» активно навязывался коммунистическим режимом чуть не с 1917 года, а в позднем СССР и вовсе наделялся большим престижем по сравнению с русскими.

Президентские выборы на Украине 1999 года

Президентские выборы 1999 года стали принципиально отличными от всех предыдущих. Если в 1991 и 1994 годах электоральные карты чётко отражали конфликт идентичностей, то на этот раз картина приобрела мозаичный, на первый взгляд хаотичный характер. Это не было следствием стихийного поведения избирателей, а результатом сознательно выстроенной избирательной стратегии.

В отличие от своего предшественника, Леонид Кучма отказался следовать рекомендациям западных консультантов и привлёк российских избирательных технологов, которые на тот момент представляли собой одну из самых сильных профессиональных школ на постсоветском пространстве.

Их ключевым решением стало полное исключение национального фактора из избирательной кампании. Националистические кандидаты просто не были допущены к участию в выборах, что автоматически лишило западноукраинский электорат привычного канала политического самовыражения.

В качестве основного соперника Кучмы был выдвинут коммунист Пётр Симоненко – фигура, удобная с технологической точки зрения. Он позволял собрать протестный и радикально-советский электорат, но не представлял реальной угрозы победе действующего президента.

В результате голоса сторонников Кучмы были максимально консолидированы, тогда как голоса его противников оказались рассеяны между различными мотивациями и ожиданиями.

Электоральная карта 1999 года отражает именно это состояние. Избиратели голосовали не по этническому или идентичностному принципу, а исходя из ситуативных соображений – стабильности, управляемости, страха перед неопределённостью.

Советская идентичность на востоке и юге страны сохранялась, но она не была политически мобилизована. Западные регионы, в свою очередь, утратили привычную роль консолидированного политического субъекта.

Именно поэтому карта выборов 1999 года выглядит как «лоскутное одеяло». Она фиксирует редкий момент, когда латентный конфликт идентичностей был временно выведен за скобки, а исход выборов определялся не борьбой идентичностей, а качеством технологического управления электоральным полем.

Победа Кучмы была убедительной, но стратегически неприемлемой для США. Последующие события – кампания «Украина без Кучмы», дело Гонгадзе, скандал с «плёнками Мельниченко» и «кольчужный скандал» – стали наглядным сигналом всем будущим украинским президентам: победа на выборах не гарантирует политического выживания, если она достигнута вопреки интересам внешних центров силы.

При отсутствии националистических кандидатов и искусственном ограничении советского выбора избиратели голосовали ситуативно, что привело к мозаичной, но технологически контролируемой картине.

Оранжевая революция

К исходу своего второго и финального по Конституции срока Леонид Кучма решил назначить своим преемником премьер-министра Виктора Януковича – видимо, просто чтобы сохранить своё влияние и после ухода с президентского поста. К тому же Янукович вполне справлялся со своими обязанностями – рост ВВП в 2003 году составил внушительные 9,5%, сейчас о таком экономическом росте ни одна европейская страна не может даже мечтать.

Противником Януковича стал Виктор Ющенко – кандидат, опиравшийся на мобилизованную украинскую идентичность, активно поддержанную Западом.

По итогам голосования в двух турах Янукович, в общем-то предсказуемо, получил больше голосов, чем Ющенко. Однако накал идиотии патриотизма был неистовым. Ставка была сделана не на электоральный результат, а на внеинституционное давление. «Оранжевая революция» изначально проектировалась не как продолжение выборов, а как механизм отмены их нежелательного итога.

Леонид Кучма к этому моменту оказался политически деморализован. Он не решился ни предотвратить уличную мобилизацию на раннем этапе, ни затем подавить её силовым путём. Под давлением Запада и организованной улицы он согласился на проведение незаконного третьего тура, в результате которого президентом был назначен нужный внешним игрокам кандидат.

Таким образом, «Оранжевая революция» стала не продолжением технологического баланса 1999 года, а реакцией Запада на него. Она означала возврат к идентичностному конфликту, но уже в радикальной форме – как открытое противостояние, в котором одна сторона опиралась на внешнюю поддержку, а другая оказалась институционально разоружена.

Страна пополам: фактически по степени инфантильности и внушаемости.

Президентские выборы на Украине 2010 года

К президентским выборам 2010 года Виктор Ющенко подошёл в состоянии глубокой политической иллюзии. Несмотря на провал ключевых обещаний и очевидное ухудшение социально-экономической ситуации, он был убеждён, что сохраняет массовую поддержку. Итоговый результат на уровне около 5% стал для него шоком.

Парадоксальным образом к концу своего президентского срока Ющенко вызывал меньшее отторжение у русско-советского населения востока и юга, чем у украинского ядра. Дело в том, что для избирателей Януковича провал «Оранжевой революции» был изначально ожидаем. Снижение уровня жизни лишь подтвердило их прежний скепсис, но не стало эмоциональной травмой.

Совершенно иная динамика наблюдалась в среде активных сторонников «Оранжевой революции». Украинская идентичность в 2004 году была мобилизована не как рациональный политический проект, а как обещание символической и материальной «европейской сказки».

Когда эта конструкция не только не реализовалась, но обернулась ухудшением условий жизни, произошло стремительное разочарование. Электоральная любовь сменилась агрессивным отторжением.

Фактически в 2010 году украинский электорат наказал «своего» президента за его неспособность превратить их инфантильные и изначально фантастические мрiї в жизнеспособный социальный проект. Никаких выводов сделано не будет и в последующем эта же схема будет воспроизведена с Порошенко.

Несмотря на явное ухудшение уровня жизни, избиратели продолжают голосовать прежде всего в рамках идентичности, а уже во вторую очередь – исходя из социально-экономических соображений. Электоральная карта вновь демонстрирует существование двух разных общностей, формально объединённых в одном государстве.

Голодомор

Провал Ющенко как управленца не означал провала западных политических технологий. Напротив, в период его президентства была реализована куда более долгосрочная и стратегическая задача – институционализация мифа о «голодоморе» как сознательного геноцида украинцев со стороны русских.

Этот миф строится на тезисе о том, что голод в СССР начала 1930-х годов был целенаправленной акцией уничтожения русскими украинцев именно как этнической группы. Такая крайне упрощённая и принципиально искажённая картина исторического прошлого формировала образ русских как патологически враждебного и морально неполноценного «другого».

Продвижение данного нарратива имело принципиально важное политико-психологическое значение. Он закладывал фундамент для будущего конфликта, формируя у украинского общества эмоциональную готовность к войне с Россией. Во многом именно в годы президентства Ющенко была создана та моральная база ожесточения, которая проявилась значительно позже.

В этом смысле Ющенко изначально рассматривался западными стратегами как одноразовый инструмент. Его электоральный провал не имел принципиального значения, поскольку ключевая задача – закрепление антироссийской идентичности – была выполнена.

Евромайдан

На рубеже 2013-2014 годов Украина пережила второй государственный переворот. В технологическом смысле он стал развитием сценария 2004 года, но с принципиально важными модификациями. Если в ходе Оранжевой революции ставка делалась на массовую, относительно мирную мобилизацию, то Евромайдан опирался на меньшие по численности, но значительно более агрессивные и заранее подготовленные группы боевиков. Это делало технологию одновременно более дешёвой и более управляемой.

Информационное сопровождение при этом перестало быть проблемой. Глобальные медиа к тому моменту фактически монополизировали интерпретацию происходящего, а значит, любые действия могли быть поданы как «народный протест», независимо от их реальной сути и масштаба.

Ключевым фактором успеха переворота стало состояние украинского государства при Викторе Януковиче. За годы его президентства власть полностью утратила контроль над медиапространством. Спецслужбы дошли до состояния функционального распада из-за отсутствия чётких задач и политической воли. Высшее командование армии к этому моменту уже находилось под серьёзным влиянием западных разведывательных структур.

В результате на момент «Евромайдана» армия фактически отказалась подчиняться верховному главнокомандующему, а СБУ оказалась недееспособной. Единственной силовой структурой, сохранявшей лояльность конституционному порядку, оставалась милиция. Она была готова действовать и могла пресечь беспорядки. Однако к этому оказался не готов сам Янукович.

Ретроспективно стоит также отметить, что сравнительно немногочисленные погромщики «Евромайдана» могли быть легко и политически безболезненно нейтрализованы не только силовыми структурами, но и организованным сопротивлением русских граждан Украины. Однако Янукович сам по своей воле залез в эту ловушку.

Вместо того чтобы честно служить своим избирателям он решил довериться западным политтехнологам. По их рекомендациям он продвинул в большую политику одного из националистов и будущих лидеров «Евромайдана» Олега Тягнибока, а пророссийские силы системно подавлял чтобы якобы монополизировать свой электорат на юге и востоке. Результат оказался немного предсказуем.

После успешного переворота в авральном порядке были проведены президентские выборы, призванные легитимизировать новую верховную власть. Приводить их электоральную карту не имеет смысла: за Петра Порошенко проголосовали все области без исключения.

Причина этого кажущегося национального единодушия лежит на поверхности. В этот момент только начинался конфликт в Донбассе, и Порошенко публично пообещал закончить войну за две недели. Страна была деморализована и напугана перспективой большой войны. В таких условиях избиратели были готовы голосовать за любого, кто пообещает немедленный мир.

Президентские выборы на Украине 2019 года

К президентским выборам 2019 года Украина подошла в состоянии глубочайшего социального и психологического истощения. Сразу после выборов 2014 года стало очевидно, что Пётр Порошенко обманул своих избирателей: война на востоке не только не была завершена, но, напротив, стала основой государственной политики.

В этих условиях вопрос идентичности временно отошёл на второй план. К 2019 году главным и, по сути, единственным электоральным фактором стало стремление к миру. Причём вне зависимости от культурной или региональной принадлежности.

Попытка Порошенко удержаться у власти через силовой сценарий – провокация в Керченском проливе и попытка ввести военное положение – лишь ускорила его политический крах. Характерно, что даже этот шаг не получил полной поддержки со стороны США. Напротив, Порошенко был отправлен на выборы с откровенно провальным лозунгом «Армия. Язык. Вера.», который фиксировал ставку на войну и идентичность в тот момент, когда общество требовало прямо противоположного.

Именно на этом фоне президентом стал Владимир Зеленский. Его победа была следствием простой и понятной логики: в отличие от «ястреба» Порошенко Зеленский позиционировал себя «голубем». А образ абсолютно мирного актёра-комика, человека «не из политики», да ещё и никак не ассоциированного с военной риторикой, оказался идеальным носителем этого ожидания. Зеленский стал символом надежды на прекращение войны.

Победа Зеленского стала редким моментом общеукраинского консенсуса. Даже западноукраинский электорат, традиционно более лояльный к милитаристской повестке, оказался в маргинальной позиции. Впервые за долгое время именно «партия войны» снова стала абсолютным меньшинством.

Трагедия 2019 года заключается в том, что общественный запрос на мир был не просто проигнорирован, а цинично использован. Владимир Зеленский, избранный как антипод Порошенко, в кратчайшие сроки оказался ещё более радикальным в своей антироссийской политике. Политика всей страны снова пошла против своих интересов, но в русле политического запроса трёх западных областей.

Электоральная карта 2019 года практически повторяет карту 1991 года. Малороссы и русские снова едины в своём стремлении к миру, тогда как западенцы снова в изоляции.

Выводы

Анализ электорального поведения жителей Украины на протяжении 30 лет позволяет сделать фундаментальные социально-политические выводы. Возможно, часть из них может рассматриваться в виде гипотез, однако изложим их все чтобы читатель мог самостоятельно оценить степень их соответствия реальности.

Три нации – один народ

На территории Украины проживают три разных народа, которые по политическим и идеологическим причинам искусственно сведены в одну политическую нацию.

Во-первых, это украинцы, в народном употреблении называемые западенцами. Они компактно проживают в трёх западных областях – Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской. Их исторический, культурный и религиозный опыт принципиально отличается от остальной Украины.

Во-вторых, это малороссы – основное население центральной Украины. К ним относятся Волынская, Ровенская, Житомирская, Киевская, Черниговская, Сумская, Хмельницкая, Винницкая, Черкасская, Полтавская, Черновицкая и Кировоградская области. Исторически это население ядра Руси, позднее – Малой Руси, не имевшее антагонизма ни к русским, ни к собственной региональной идентичности.

В-третьих, это русские, составляющие большинство населения восточных и южных областей – Харьковской, Луганской, Донецкой, Днепропетровской, Запорожской, Херсонской, Николаевской и Одесской. Эти территории исторически входили в состав России и были заселены и развиты как русские земли.

Начиная с 1991 года западные политтехнологи системно экспериментируют с идентичностью населения Украины с целью склеивания трёх разных этносов в единую политическую нацию, готовую к самоуничтожению в войне с Россией. Эксперимент оказался успешным – его результаты наблюдаются в реальном времени.

Кто виноват

Ответственность за произошедшее лежит на нескольких сторонах, но распределена она неравномерно.

Как это ни парадоксально, наименее виновато в этой ситуации западное влияние. Да, США, Великобритания и другие страны Запада активно и профессионально действуют на Украине, которая является для них внешним ресурсом. Но разве можно их обвинить в том что они действуют в собственных интересах?

Куда более виноваты сами жители Украины. Да, они не обязаны разбираться в тонкостях политики, а их обработкой занимались лучшие специалисты в мире. Но степень моральной и интеллектуальной деградации, при которой человек отказывается видеть очевидное и не желает задавать базовые вопросы, – это уже зона личной ответственности. Каждый житель Украины в разное время оказался перед выбором: правда и совесть или безопасность и комфорт. И сейчас каждый пожинает его результаты.

Ещё более виновата украинская элита. У этих-то были все возможности сохранить независимое, благополучное, процветающее государство. Для этого даже не нужно было много – просто любить свою страну и своих людей. На словах этого более чем достаточно, но на деле вся украинская элита – это такой коллективный Миндич, мечтающий побыстрее и побольше наворовать и уехать домой в Израиль.

И, в-четвертых, ответственность лежит на России. Именно она просто оставила без внимания земли, столетиями политые русской кровью, и миллионы русских людей, отданных на произвол судьбы и под эксперименты социальной инженерии.

Эта стратегическая ошибка исторического масштаба сейчас исправляется большой кровью. То же самое теоретически можно было сделать другими способами. Вместо тяжелейшей и дорогостоящей операции сейчас, начиная с 1990 года было достаточно простых копеечных таблеток. Но этого не было.

Что делать

Эти процессы следовало останавливать ещё в 1991 году. Сегодня речь идёт уже не о профилактике, а о ликвидации последствий.

Прежде всего, России требуется переосмыслить роль гуманитарного фактора и устранить глубочайшее отставание в гуманитарной сфере.

Для этого необходимо создание как минимум двух специализированных научных центров: Института Украины и Института массовых коммуникаций. Только в синергии исторического, социологического и медийного анализа может быть выработана внятная государственная стратегия.

Во-вторых, необходимо официально признать наличие русских на Украине и прекратить использование унизительного и ложного термина «русскоязычные украинцы», который стирает этническую и культурную реальность.

В-третьих, требуется выстраивание масштабной и профессиональной системы контрпропаганды. Как минимум, необходимо создание спутникового телеканала с украинской повесткой и вещанием на украинском языке. Это нужно было сделать в 1990 году, но этого не сделано до сих пор.

Территориальное деление

Современное территориальное устройство Украины противоречит социальной и этнической реальности и потому принципиально неустойчиво.

Нынешние границы Украины – продукт советской административной политики, рассчитанной на существование единого советского народа. Этого народа больше не существует.

Для обретения устойчивости территория бывшей Украины должна быть разделена по этническому принципу. Три западные области могут самостоятельно определить свою судьбу, включая возможную интеграцию в Польшу, Венгрию и Румынию.

Центральные области, населённые малороссами, способны сформировать новую, нейтральную и мирную Украину.

Русские земли Новороссии, Слобожанщины и Донбасса должны вернуться в родную гавань. Ни Григорий Потёмкин, ни Александр Суворов не допустили бы иного исхода.

Ошибки коммунистов подлежат исправлению – тем более что сами современные украинцы так любят напоминать о преступлениях советского периода.

На Украине с 1 февраля 2026 года изменились правила бронирования военнообязанных работников предприятий. Прекратила действие временная норма, позволявшая оформлять или возобновлять бронь в ускоренном режиме за 24 часа. Теперь заявки снова рассматриваются в стандартные сроки – до 72 часов. Изменения уже вызвали резкую реакцию со стороны бизнеса и профильных юристов.

Ускоренное бронирование активно использовалось руководителями предприятий в конце 2025 – начале 2026 года. Эта схема позволяла оперативно продлевать истекающую бронь сотрудников до того, как ими успевали заинтересоваться территориальные центры комплектования. При возвращении трёхсуточного срока появляется временное «окно», в течение которого человек формально считается небронированным. Именно в этот период, по словам предпринимателей, сотрудников могут мобилизовать.

Вот так бронирование выглядит в приложении Резерв+.

Представители бизнеса утверждают, что ТЦК заранее располагают списками работников, у которых подходит к концу срок бронирования. По их словам, это приводит к целенаправленным действиям в отношении таких сотрудников. Адвокаты и отраслевые ассоциации также указывают на наличие негласной установки со стороны властей – сократить объём действующей брони примерно на 300 тысяч человек. В этом контексте отмена ускоренного режима рассматривается ими как инструмент достижения этой цели.

Почему отменили 24-часовое бронирование и что действует сейчас

До декабря 2025 года стандартный срок рассмотрения заявок на бронирование через систему «Дія» составлял до 72 часов. 8 декабря 2025 года Кабинет министров принял постановление № 1608, которым ввёл временное ускорение для критически важных предприятий. Оно позволяло рассматривать заявки в течение 24 часов и отменяло обязательную паузу при повторной подаче документов после аннулирования брони. Изначально этот режим был установлен как временный – до 1 февраля 2026 года включительно.

С наступлением февраля 2026 года действие льготы завершилось, и система вернулась к правилам, закреплённым постановлением КМУ № 76. Таким образом, формально речь идёт не о «новом ужесточении», а об окончании временной меры. Именно поэтому в начале февраля появилось большое количество сообщений о том, что «исчезла возможность быстрого бронирования за 24 часа».

Отдельные изменения были приняты для предприятий оборонно-промышленного комплекса. 30–31 января 2026 года Кабмин утвердил постановление № 113, которым внесены поправки в постановление № 76. Однако они не касаются сроков рассмотрения заявок. Нововведения лишь упрощают процедуру признания предприятия критически важным – в решениях Минобороны больше не указывается конкретное количество забронированных военнообязанных. Это облегчает документооборот и масштабирование производства, но не возвращает ускоренный 24-часовой режим бронирования.

• Постоянно обновляемая лента со сценами принудительной мобилизации на Украине

Введение: Выбор Мазепы

Идеологической основой современной Украины принято считать связку идеализации Запада и демонизации СССР и России. На поверхностном уровне такая конструкция выглядит логичной: в условиях конфронтации между Западом и РФ украинское государство выбрало (как представлялось из Киева) более богатую и сильную сторону.

Конечно, это потребовало отречься от общих исторических, культурных корней, но если вынести за скобки морально-этическую сторону, то всё выглядело рационально. Также рационально как и тот выбор который сделал гетман Иван Мазепа в 1708 году и чей символический образ (весьма, кстати, далёкий от реальной внешности этого исторического персонажа) красуется на украинских денежных купюрах.

Для высшей украинской элиты этот «выбор Мазепы» оказался чрезвычайно выгодным. Особенно ярко это проявилось после начала открытой фазы российско-украинского конфликта когда киевская верхушка стала просто купаться в деньгах, получаемых от стран Запада. Конфронтация с Россией принесла ей ресурсы, несопоставимые с теми, которыми она располагала в предыдущие периоды.

Заплатил за этот праздник жизни, естественно, простой украинский народ. Но жалеть его мы не станем, ибо, как писал французский философ Жозеф де Местр в своём письме 27 августа 1811 года, «Каждая нация имеет правительство, которого она достойна».

Все тридцать лет независимости в плане ценностей простой народ ничем не отличался от элиты и был ориентирован исключительно на материальное благополучие, деньги. Всё остальное для среднестатистического украинца было глубоко вторичным если не отсутствовало вовсе в его картине мира. Это и стало его слабым местом, что сделало его беззащитным перед технологиями социальной инженерии.

Как формировалась идеологическая матрица современной Украины

В условиях военного конфликта эта гремучая смесь западничества и русофобии стала для простого народа уже не просто невыгодна, но самоубийственна для народа и ведёт к его прямому уничтожению. Некоторые эксперты об этом говорят прямо.

Украинская нация обречена. Её высший миг прошёл в 2022 году, когда они наконец получили то, чего так жаждали.

- пишет историк и социолог Денис Селезнёв.

Почему же значительная часть украинского общества не осознаёт, что её долгосрочные интересы радикально расходятся с интересами политической элиты, и на протяжении многих лет поддерживает курс властей, ведущий к нарастанию внутренних противоречий и социального кризиса?

Ответ заключается в том, что соответствующая модель восприятия формировалась постепенно и на протяжении длительного времени. В упрощённом виде эта технология выглядела следующим образом. На первом этапе украинскому обывателю была предложена идея «европейского выбора» как средства быстрого личного обогащения. Затем в эту идею стали понемногу подмешивать антироссийские и русофобские элементы. Этот подход социальные инженеры, вероятно, подсмотрели у зоологов которые аналогичным образом приучают животных и птиц к несвойственной тем пище.

Ну а потом, в условиях военного конфликта в ход уже пошли специальные информационные операции вроде Бучи, Мариупольского драмтеатра и т.д. Это уже чисто военный PR, когда информационное воздействие основывается на специально под него создаваемых информационных поводах (реальных или вымышленных событиях).

Как советское стало «русским» в украинском дискурсе

В рамках долгосрочной внешнеполитическая и идеологическая стратегии Запада Украина рассматривалась как инструмент давления и ослабления России, а разрыв общей исторической и культурной рамки должен был служит ключевым условием реализации этой задачи. Но как это можно было сделать, если русские никогда в истории ничего плохого украинцам не делали?

Примечательный факт: Леонид Брежнев, будучи этническим русским, в документах специально переписал себя в украинцы ради партийной карьеры. И так в те времена делали многие.

Но украинцев таки удалось настроить против русских. Сделано это было очень ловко: путём смешения понятий «советский», «российский» и «русский». Эти три совершенно разные по значению слова в пропаганде просто начали использоваться как синонимы. Дополнительным фактором стала языковая специфика: в украинском языке отсутствует различие между понятиями «российский» и «русский», которые выражаются одним и тем же словом «росiйський».

«В России то же, что и на Украине, только хуже»

На искажённую интерпретацию советского прошлого со временем наложилась не менее искажённая картина современной России. В этом контексте уместно говорить не только о наборе отдельных пропагандистских мифов, но и о существовании мета-мифов – установок высшего уровня, определяющих рамки восприятия реальности. Такие конструкции занимают верхнюю ступень в иерархии массового сознания и позволяют человеку самостоятельно достраивать недостающие элементы картины мира, заполняя смысловые лакуны в соответствии с заданным шаблоном.

В украинском общественном сознании ключевым мета-мифом стала формула: «в России всё то же самое, что и на Украине, только хуже». В результате в сознании украинца был сформирован целостный образ современной России на основе нескольких разрозненных пропагандистских мифов вроде того что у русских деревянные туалеты и они никогда не видели унитаза. В советские времена мы смеялись над созданным американской пропагандой образом русского с балалайкой в обнимку с медведем – в постсоветский период для украинцев создали точно такой же по степени абсурдности образ и они его благополучно проглотили.

Ещё один момент, который стоило бы отметить в этой связи это то, что степень нелепости этих представлений напрямую связана с ухудшением реального положения дел на самой Украине. А это в свою очередь формирует самоподдерживающуюся спираль абсурда. Чем глубже социально-экономический кризис, чем ощутимее потери и лишения, тем более оторванные от реальности мифы требуются для поддержания ощущения морального и цивилизационного превосходства украинцев над русскими.

Если русские и украинцы – братья, то кто тогда родители?

Украинцев крайне раздражает когда их называют братьями русских, особенно сильно – когда называют младшими братьями. В первую очередь это связано с глубоко укоренённым ещё с советских времён чувством собственного превосходства над русскими, а также вышеупомянутым «выбором Мазепы». Но если вынести за скобки эмоциональную составляющую, здесь есть ещё один смысловой слой.

Отношение значительной части украинского общества к русским и российского общества к украинцам можно описать через следующую метафору:

Два брата выросли в одинаково тяжёлых условиях, оба в равной степени страдали от деспотичных родителей. Но когда они выросли и стали самостоятельными, то их отношение к своему детству и друг другу стало отличаться коренным образом. Старший брат забыл все издевательства и стал идеализировать своих неблагополучных родителей. Младший же во всех детских мучениях стал винить… своего старшего брата. Родители вообще стёрлись из его памяти!

Если перевести эту метафору в реальный исторический контекст, то украинцы вместе с русскими пережили страшную трагедию ленинско-сталинского периода. Особенно безжалостно большевистская власть проехалась по крестьянам, отношение к которым в раннем СССР зачастую носило формы настоящего геноцида. Однако обвинять в этом русских, пострадавших от коммунистов ровно в такой же степени – высшая форма несправедливости, о которой стоило бы задуматься хотя бы сейчас, сидя в неотапливаемых квартирах и боясь выйти на улицу.

Часть II: Россия

Идеологический вакуум и два лагеря россиян

В российском публичном пространстве тезис о том, что русские и украинцы являются «братскими народами», продолжает воспроизводиться как в государственных СМИ, так и в повседневных представлениях значительной части граждан старшего возраста. При этом сам по себе этот тезис существует уже вне цельной и актуальной идеологической системы, скорее по инерции, чем как результат осмысленной позиции.

В целом же современное российское общество можно условно разделить на два не находящихся в прямом конфликте, но во многом отчуждённых друг от друга лагеря.

Современный советский народ и «братья-украинцы»

Несмотря на то что СССР распался более тридцати лет назад, его ключевой гуманитарный продукт – так называемый «советский народ» – продолжает существовать. Речь идёт о людях, сформировавшихся под воздействием советской идеологической и культурной матрицы и в значительной степени неспособных к её полноценному переосмыслению. Эти два обстоятельства напрямую связаны между собой: в позднесоветский период способность к самостоятельному и критическому анализу реальности системно вытеснялась лояльностью к готовым идеологическим схемам.

В возрастной группе 60+ данная модель сознания уверенно доминирует. Среди людей младше 50 лет она практически не встречается, тогда как диапазон 50–60 лет можно рассматривать как переходный, сочетающий элементы советской и постсоветской идентичности.

Для представителей этого лагеря украинская тематика эмоционально значима и воспринимается как «своя», однако при этом опирается на набор установок, которые воспринимаются как самоочевидные аксиомы и не подлежат пересмотру. В их числе, прежде всего, следующие положения:

1. Украина представляется как страна, населённая исключительно этническими украинцами;
2. украинцы рассматриваются как полностью отдельный от русских народ;
3. при этом украинцы одновременно воспринимаются как «младшие», временно заблудшие братья русских.

Именно сочетание этих логически противоречивых установок и составляет устойчивое ядро советского восприятия украинского вопроса, едва ли поддающаяся корректировке под воздействием реальных политических и социальных процессов.

Новое поколение россиян

Вторая условная группа – это люди, сформировавшиеся в постсоветской Российской Федерации, в условиях отсутствия цельной государственной идеологии.

Для этой группы характерна ориентация не на идеологические конструкции, а на частную жизнь и практические цели. Их система ценностей опирается на православную традицию (хотя зачастую они не идентифицируют себя верующими), а также сугубо утилитарные ориентиры.

Украинская тематика для этой категории людей в значительной степени находится вне фокуса внимания. Интерес к вопросам внешней политики, исторической памяти и идентичности минимален и уступает место прагматическим задачам, связанным с заработком, бытом, потреблением и сферой развлечений.

Украина и украинцы воспринимаются не как эмоционально значимый объект, а как нечто периферийное, не оказывающее прямого влияния на их повседневную реальность. Образно говоря, для нового поколения россиян украинцы уже не то что не братья, а незнакомцы до которых им нет никакого дела.

Таблица 1. Восприятие «братства» русских и украинцев по поколениям в России

Порочный круг российского телевидения

Отдельного внимания заслуживает роль российского телевидения, аудитория которого в подавляющем большинстве формируется за счёт советского поколения. Для людей среднего возраста и молодёжи отказ от телевизионного контента стал массовым и осознанным культурным выбором, связанным как с изменением медиапотребления, так и с неприятием самой телевизионной повестки.

Ориентируясь на свою основную аудиторию, телевидение воспроизводит привычные для неё советские идеологические установки. В результате оно всё в меньшей степени выполняет функцию общественной консолидации и всё в большей – способствует углублению уже существующего поколенческого и смыслового раскола.

Так формируется замкнутый цикл. Советская аудитория под воздействием телевизионного контента становится ещё более советской в своих представлениях и интерпретациях реальности. Постсоветские россияне, напротив, всё сильнее дистанцируются от телевидения и переходят к альтернативным источникам информации, прежде всего к Telegram и другим цифровым платформам. Вместо формирования общего информационного и смыслового поля медиасреда закрепляет и усиливает структурное расслоение общества.

Дополнительным фактором отторжения для «новых русских» является низкий интеллектуальный уровень значительной части телевизионного контента, включая передачи, позиционируемые как аналитические. Фактически речь идёт не об анализе, а о доктринёрстве советского типа, органично воспринимаемом советским поколением, но вызывающем устойчивое неприятие у людей, сформировавшихся уже вне советской идеологической матрицы.

Советская инерция в риторике российской власти

В разделе, посвящённом Украине, были рассмотрены инструменты социального инжиниринга, на протяжении трёх десятилетий использовавшиеся для трансформации в целом дружественного России населения в общество с устойчивыми русофобскими установками. Логично было бы ожидать, что Россия выстраивает системную стратегию противодействия этим практикам. Формально такие усилия предпринимаются, однако на уровне символической и риторической политики они нередко дают прямо противоположный эффект.

На протяжении многих лет в официальном дискурсе последовательно продвигается представление о России как правопреемнице не РСФСР, а именно Советского Союза. Это проявляется в публичной риторике, символической политике и культивируемой ностальгии по советскому прошлому. В отличие от Украины, где советское наследие было демонтировано в жёсткой, а зачастую и радикальной форме, в России значительная часть советской символики не только сохранена, но и в последние годы получила новое развитие.

Советские топонимы, памятники и символы продолжают оставаться элементами публичного пространства, а в отдельных случаях их присутствие даже расширяется. Подсчитано, что в РФ сейчас только в честь коммунистического деятеля Урицкого названа 641 улица, а улиц, проспектов и площадей, названных в честь Ленина, в современной РФ никто не может даже точно сосчитать, считается, что их около 9 тысяч.

В результате российская символическая политика объективно усиливает нарративы украинской пропаганды. Современная Россия оказывается встроенной в образ «прямого продолжателя СССР», что облегчает перенос негативных оценок советского периода на нынешнюю российскую государственность и общество в целом.

«Мой украинец брат Серега» как пример идеологической репрезентации

Популярная в Интернете песня «Мой украинец брат Серега» служит примером того, как вторичные культурные формы могут выполнять явную идеологическую функцию. Художественные достоинства этой песни, мягко говоря, спорны, однако её популярность основывается на идеологическом посыле, который воспроизводит морально-ценностные установки современных «советских людей».

Сюжет песни прост: два мальчика, выросшие вместе на Украине, оказываются по разные стороны вооружённого конфликта. Российский боец, повествующий от первого лица, встречает своего бывшего друга и оказывает ему помощь и способствует тому чтобы тот смог вернуться в расположение украинских сил. История эмоционально акцентирует личные отношения между героями как первостепенные, подаёт поступок главного героя как образец благородства, хотя по факту он совершает воинское преступление.

С точки зрения идеологического воздействия, такие произведения выполняют роль идеологической диверсии. Они создают и закрепляют образ «морального превосходства» одного из участников конфликта через игнорирование или оправдание нарушений правил военного времени, формируя у аудитории искажённое понимание благородства, ответственности и приоритетов.

Появление подобной песни в украинском медиапространстве просто немыслимо, но даже если бы гипотетически она бы появилась, то мгновенно подверглась бы цензуре как подрывающая боевой дух.

Итоги: «братство» как миф и инструмент идеологии

Анализ показывает, что формула «русские и украинцы – братья» в современной реальности существует преимущественно как идеологический и культурный конструкт, а не как отражение исторических или социальных отношений.

На Украине миф о братстве разрушен через последовательную деконструкцию советского наследия, формирование антироссийской рамки и распространение мета-мифов, которые позволяют поддерживать ощущение превосходства даже в условиях тяжелого кризиса.

Таблица 2. Идеологическая асимметрия в интерпретации советского прошлого

В России этот тезис сохраняется, но не в форме осмысленной концепции, а как остаток советской идентичности, подкрепляемый государственными СМИ и символической политикой.

Заключение

Таким образом, «братство» русских и украинцев существует не как социальный или исторический факт, а как идеологический конструкт. В реальности речь идёт об одном народе, искусственно разделённом различными политическими и идентификационными проектами.

Однако в украинском случае этот миф был демонтирован и обращён в свою противоположность – в инструмент формирования новой, антироссийской идентичности.

В России же он продолжает воспроизводиться как инерционное наследие советской эпохи, заполняя идеологический вакуум постсоветского государства.

В результате возникает парадоксальная асимметрия: братство существует лишь в одну сторону, одновременно работая против российских интересов и закрепляя тот самый разрыв, который оно якобы призвано преодолеть.

Формирование украинской идентичности в ХХ веке

Формирование украинской политической и культурной идентичности в значительной степени происходило в ХХ веке и продолжалось даже после окончания Великой Отечественной войны. Этот процесс сопровождался административными решениями и идеологическими рамками, характерными для советского государства. В результате украинская идентичность сложилась как неоднородная конструкция, включающая различные исторические и культурные элементы.

В рамках советской национальной политики значительную роль играла коренизация – принудительная украинизация русских жителей республики. В состав Украинской ССР вошли регионы с различным языковым и культурным профилем, включая значительное русское население. Это предопределило сложную внутреннюю структуру общества на Украине.

После распада СССР эта неоднородность не исчезла, а, напротив, стала одним из ключевых факторов внутренней напряжённости. Единая модель идентичности так и не была выработана. Это создало основу для будущих конфликтов в гуманитарной и политической сферах.

Советское наследие и гуманитарная политика

В сталинский период в СССР особенно усилилось внимание к украинской культурной и языковой специфике. Украинская тематика активно присутствовала в образовании, культуре и партийной риторике.

Одновременно значительная часть населения Украинской ССР продолжала жить в русскоязычном культурном пространстве. Для этих людей украинская идентичность зачастую носила сугубо административный характер. В быту и профессиональной среде сохранялась многоязычность.

Таким образом, к моменту распада СССР Украина подошла без устойчивого консенсуса относительно того, какой должна быть общенациональная модель. Это противоречие в дальнейшем стало одной из ключевых точек напряжения.

Региональные различия как системный фактор

Региональные различия на Украине имели не только экономический, но и культурно-исторический характер. Центральные, южные и восточные регионы существенно отличались от западных по укладу жизни и историческому опыту. Эти различия долгое время сглаживались общесоюзной рамкой.

После 1991 года необходимость самостоятельной национальной политики сделала эти различия более заметными. Государству требовалось выбрать символическую и ценностную основу. Этот выбор оказался не нейтральным для всех регионов. Это и сформировало предпосылки будущей трагедии Украины.

Ожидания независимости и реальность на Украине после 1991 года

Общественные ожидания начала 1990-х

Подавляющее большинство жителей на Украине воспринимало независимость как шанс на ускоренное развитие и рост благосостояния. В общественном сознании доминировали ожидания экономических реформ и интеграции в мировой рынок.

В восточных, южных и центральных регионах ожидали формирования многоэтнического государства. Предполагалось, что разные языки и религии будут сосуществовать в рамках единой политической нации. Основой объединения должны были стать демократические ценности и прагматичные цели развития.

Такая модель выглядела логичной для общества с разнообразным культурным составом. Она соответствовала ожиданиям значительной части населения. Однако на практике этот сценарий реализован не был.

Выбор национальной модели

В процессе государственного строительства был сделан акцент на одну из региональных версий украинской идентичности, причём самую малочисленную. В публичной сфере постепенно закреплялись культурные и исторические нарративы, характерные прежде всего для западных регионов. Это сопровождалось институциональными решениями в сфере образования, языка и символической политики.

Для значительной части населения центральной и юго-восточной Украины этот выбор оказался отчуждающим. Он не отражал их повседневного опыта и самоощущения. Возникло ощущение несоответствия между государством и обществом.

При этом речь шла не о формальном лишении прав, а о дисбалансе представительства. Одни культурные коды получали приоритет, другие – вытеснялись на периферию. Со временем это стало источником скрытого, но устойчивого недовольства.

Последствия несбывшихся ожиданий

Несовпадение ожиданий и реальности привело к нарастанию внутреннего напряжения. Экономические трудности усиливали гуманитарные противоречия. Политические кризисы накладывались на идентификационные разломы.

В условиях отсутствия инклюзивной национальной модели общество оказалось фрагментированным. Диалог между различными группами был подменён конкуренцией интерпретаций истории и культуры. Это ослабило устойчивость государства.

Таким образом, трагедия Украины во многом связана с утраченной возможностью создать объединяющий проект. Вместо этого была закреплена модель, воспринимаемая как односторонняя.

Национальная политика и структурные причины трагедии Украины

Роль западноукраинского дискурса

Западные регионы Украины, включая Галицию, имеют специфический исторический и культурный опыт. Он отличается религиозной традицией, социальной структурой и коллективной памятью. Этот опыт оказался востребованным при формировании государственной идеологии.

При этом численно и демографически эти регионы не представляли большинство населения страны. Однако именно их дискурс стал нормативным в гуманитарной политике. Это создало асимметрию между символическим центром и реальным социальным большинством.

Важно отметить, что речь идёт не о «заговоре», а о структурном перекосе. Он формировался постепенно и институционально. Тем не менее его последствия оказались масштабными.

Угнетение или дефицит представительства

С точки зрения социальной динамики ситуацию корректнее описывать как дефицит представительства интересов большинства. Значительная часть русскоязычных граждан на Украине не увидела себя в новой национальной конструкции. Это порождало отчуждение и недоверие к институтам.

Исторически подобные модели нередко приводят к острым конфликтам. Когда культурное или политическое меньшинство задаёт нормативную рамку для большинства, устойчивость системы снижается. Украина в этом смысле не стала исключением.

При этом другие постсоветские государства (кроме РФ) пошли иным путём. Там национальная политика, как правило, опиралась на титульное большинство без попытки его радикального переопределения.

В чём трагедия Украины

Трагедия Украины в конечном счёте сводится к несоответствию между социальной реальностью и выбранной моделью национального строительства. Страна с многообразным населением получила узкую идентификационную рамку. Это сделало внутренние противоречия хроническими.

Отсутствие компромиссной модели лишило Украину запаса прочности. Любой кризис усиливал уже существующие разломы. В итоге гуманитарный конфликт стал фактором системной дестабилизации.

Таким образом, трагедия Украины носит структурный характер. Она обусловлена не одной причиной, а совокупностью исторических решений и упущенных возможностей.

Проблема употребления психоактивных веществ в армии не является уникальной и фиксируется в различных вооружённых силах, особенно в условиях длительных боевых действий и высокой психологической нагрузки. Военные конфликты, связанные с постоянным риском для жизни, нарушением сна и хроническим стрессом, создают среду, в которой распространение наркотиков и стимуляторов становится системным, а не исключительным явлением.

В армии США на протяжении десятилетий обсуждается проблема злоупотребления рецептурными препаратами, прежде всего опиоидными обезболивающими и стимуляторами. После войн в Ираке и Афганистане американские военные врачи и исследователи неоднократно указывали на рост зависимости среди военнослужащих, связанный с лечением боевых травм и посттравматического стрессового расстройства. В ряде случаев употребление таких веществ выходило за рамки медицинского контроля и приводило к дисциплинарным и социальным последствиям.

Европейские армии также сталкивались с аналогичными явлениями. Во французских и других натовских подразделениях внимание уделялось проблеме использования стимуляторов для поддержания боеспособности, а также злоупотреблению алкоголем в зонах конфликтов. В официальных отчётах подчёркивалось, что подобные практики напрямую связаны с интенсивностью боевых действий и недостаточной системой психологической реабилитации личного состава.

Исторические примеры показывают, что проблема имеет глубинный характер. Во время войны во Вьетнаме американская армия столкнулась с массовым употреблением героина и марихуаны среди солдат. Аналогичные процессы наблюдались и в других конфликтах XX века, где наркотики становились способом временного ухода от реальности войны. Эти случаи позднее рассматривались не как моральный изъян конкретных армий, а как следствие экстремальных условий, в которых оказывались военнослужащие.

Таким образом, употребление наркотиков в армии следует рассматривать как общую системную проблему вооружённых конфликтов, а не как признак, присущий одной конкретной стране или военной структуре. Различие заключается не в самом наличии таких явлений, а в степени их контроля, признания и публичного обсуждения со стороны военных и гражданских институтов.

Наркотики в ВСУ

Военные конфликты традиционно сопровождаются ростом употребления психоактивных веществ. Длительный стресс, депривация сна и высокая смертельная опасность формируют среду, в которой солдаты прибегают к химическим способам регуляции состояния.

По данным открытых публикаций и интервью, в подразделениях ВСУ фиксируются случаи употребления никотина, алкоголя и различных стимуляторов. Эти вещества различаются по правовому статусу и воздействию, однако их объединяет влияние на психику и поведение военнослужащих.

Никотин и алкоголь: легальные зависимости

Курение и употребление алкоголя формально ограничены уставами, однако на практике остаются распространёнными. Никотин используется как средство кратковременной стимуляции и снижения тревожности.

Алкоголь, по свидетельствам участников конфликта, применяется для подавления страха и эмоционального напряжения. Его систематическое употребление негативно сказывается на дисциплине, реакции и способности принимать решения.

Наркотики и фармакологические стимуляторы

Ряд публикаций, официальных заявлений и свидетельств участников боевых действий указывает на случаи обнаружения в зоне конфликта синтетических психоактивных веществ. В материалах упоминаются как нелегальные наркотики, так и лекарственные препараты, используемые вне установленных медицинских показаний.

Согласно сообщениям российской стороны, в ходе осмотров оставленных позиций и помещений проводились химические исследования, в том числе специалистами войск радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ) ВС РФ. В отдельных случаях заявлялось о выявлении опиоидных препаратов, включая метадон, а также веществ эфедринового ряда (т-федрин, трифедрин) и производных амфетаминов. Отдельно упоминается метамфетамин — синтетический психостимулятор, известный своим выраженным воздействием на центральную нервную систему.

В качестве одного из примеров в публикациях приводится обнаружение в освобождённом райцентре Суджа (Курская область) помещения, которое, по утверждению российских военнослужащих, могло использоваться для фасовки наркотических веществ. Подобные эпизоды сопровождаются видеоматериалами и комментариями, однако их интерпретация остаётся предметом информационного противостояния.

С точки зрения медицины и психофизиологии, стимуляторы амфетаминового ряда способны вызывать кратковременное повышение бодрствования, выносливости и концентрации внимания. После окончания действия вещества нередко наблюдается резкий спад, сопровождающийся раздражительностью, тревожностью, нарушениями сна и поведенческими сбоями. При регулярном употреблении возрастает риск формирования зависимости и развития психических расстройств.

Исторический контекст

Сообщения о проблемах с зависимостями в ВСУ начали появляться после 2014 года. Украинские официальные лица и СМИ в разные годы признавали наличие отдельных инцидентов и уголовных дел, связанных с оборотом запрещённых веществ в армии.

После 2022 года количество подобных публикаций заметно выросло, что может быть связано как с интенсификацией боевых действий, так и с общим ростом внимания к теме.

Анаболические стероиды и военная среда

Отдельного внимания заслуживает вопрос использования анаболических стероидов. Эти препараты не относятся к наркотикам, но применяются для повышения физической выносливости и силы.

Медицинские источники указывают на серьёзные побочные эффекты стероидов, включая гормональные сбои и агрессивное поведение, что в условиях военной службы представляет дополнительный риск.

Возможные последствия

Употребление психоактивных веществ в армии потенциально приводит к:

• снижению управляемости и дисциплины;
• росту несчастных случаев и нарушений уставов;
• ухудшению психического здоровья личного состава;
• социальным проблемам после возвращения военнослужащих к гражданской жизни.

Выводы

Употребление наркотиков и психоактивных веществ в армии не является уникальным или исключительным явлением. Исторический и современный опыт различных стран показывает, что в условиях войны, хронического стресса и высокой психологической нагрузки подобные практики возникают в самых разных вооружённых силах, независимо от уровня развития государства или военной культуры.

Ключевое различие между армиями заключается не в самом факте существования проблемы, а в степени её институционального контроля и публичного признания. Одни государства предпочитают фиксировать и обсуждать такие явления в рамках медицинских и социологических исследований, другие – замалчивать или выносить их за пределы официального дискурса. Это напрямую влияет как на масштаб проблемы, так и на её последствия для боеспособности и социальной адаптации военнослужащих.

Рассмотрение темы наркотиков в армии вне сравнительного контекста неизбежно искажает картину. Только сопоставление с опытом других армий позволяет увидеть, что речь идёт о системном эффекте войны как таковой, а не о специфическом признаке конкретной страны или военного конфликта.

• Исторические корни русскоязычия на Украине
• Три группы идентичности в украинской политической риторике
• Кто такие русскоязычные украинцы
• Как русские Украины стали русскоязычными украинцами
• Русскоязычный украинец – политический оксюморон
• Итоги

Тема русскоязычных украинцев остаётся одной из самых сложных и многослойных в общественных дискуссиях. Она сочетает историю, политику, право, культуру и личные стратегии людей, которые живут в условиях многослойной идентичности. За последние десятилетия термин «русскоязычные украинцы» превратился в устойчивую категорию, но его наполненность и смысл менялись в зависимости от политического контекста.

Эта статья рассматривает, как возникло само понятие, почему оно стало ключевым элементом языковой политики и как на практике изменился статус русскоязычного населения Украины.

Исторические корни русскоязычия на Украине

Русскоязычие на территории Украины формировалось под воздействием целого ряда факторов. Главным среди них был тот факт, что значительная часть современных украинских земель – это исторически русские регионы, которые в советский период были волюнтаристски включены в состав УССР. В результате территория Украины в границах 1991 года на 40% состояла из земель, входивших в Российской империи в состав русских губерний.

Мы не можем сейчас сказать насколько это соответствовало желаниям местного населения поскольку демократические механизмы оценки общественного мнения в тот период отсутствовали, в стране царил тоталитаризм. Вместе с тем точно можно утверждать, что мнение населения при принятии таких решений власти точно не учитывали.

Именно на этих территориях и возникла базовая среда, в которой позже появился термин «русскоязычные украинцы», используемый для описания русских по происхождению граждан Украины.

Территориальные приращения русских регионов к Украине/УССР после 1917 года

На присоединённых территориях в 1920-е годы была развёрнута политика коренизации – фактическая попытка насильственной украинизации местного русского населения. Несмотря на масштабность, она не дала ожидаемого эффекта: культурная и языковая идентичность здесь оставалась преимущественно русской.

Тем не менее отдельные элементы украинизаторской практики – обязательный украинский язык в школах, административные вывески и формальное делопроизводство – сохранялись вплоть до распада СССР. Эти процессы стали одним из ранних факторов формирования крупных групп людей, которых сегодня официальная риторика относит к категории «русскоязычные граждане Украины».

Помимо российской территории усилиями коммунистов УССР приросла территориями Польши, Румынии и Венгрии.

Вторым структурным фактором стала советская система распределения выпускников, фактически представлявшая собой принудительную миграцию внутри СССР. Русские специалисты после завершения российских вузов направлялись в том числе и на Украину, что усиливало демографический вес русскоязычного населения. Но если распределение в восточные и южные (то есть вчерашние русские регионы) было вполне безопасным, то переезд в Западную Украину зачастую был билетом в один конец.

Другой мощный миграционный поток – это военнослужащие и члены их семей, которые активно перемещались по всей территории СССР.

С начала 70-х годов добавился и довольно существенный поток добровольных мигрантов. Русские из центральных и северных регионов РСФСР переезжали в украинские промышленные центры из-за более мягкого климата, широких возможностей трудоустройства и высокого уровня урбанизации.

В результате, по данным последней Всесоюзной переписи 1989 года, в УССР проживало 11,36 млн русских – около 22 % населения республики. Это была крупнейшая русская община за пределами РСФСР, определившая языковую и культурную картину Украины на десятилетия вперёд.

Актуальная доля русских и украинцев в населении Украины

При этом в официальном советском дискурсе русские практически отсутствовали как самостоятельная категория. В РСФСР существовали «советские граждане», а в УССР – «украинцы» и тот же абстрактный «советский народ». На этом фоне русское население Украины уже в позднесоветский период оказалось в своеобразной зоне символической невидимости: формально оно присутствовало, но в терминологии и публичной риторике почти не называлось.

Вместе с тем самого термина «русскоязычные украинцы» в тот период ещё не существовало – его появление станет продуктом уже постсоветской эпохи и последующих политико-идеологических трансформаций.

Три группы идентичности в украинской политической риторике

Во время первого политического кризиса 2004 года, который впоследствии получил название «оранжевой революции», политтехнологи власти предприняли весьма эффектный, хотя и рискованный шаг. На билбордах по стране появилась карта Украины, разделённая на три зоны: Западную Украину обозначили как «I сорт», Центральную – как «II сорт», а восточные и южные области – как «III сорт».

Знаменитый провокационный плакат 2004 года. Русскоязычные украинцы тогда были прямо названы людьми третьего сорта.

Позднее этот ход подвергли жёсткой критике, однако он болезненно точно отражал негласную стратификацию, существовавшую в украинской политике. Формально равные в правах граждане в действительности делились на три категории, различавшиеся по степени соответствия идеологическому «стандарту» украинства.

Жители Западной Украины рассматривались как эталон «правильной» идентичности. Именно они часто получали преимущество при поступлении в центральные государственные структуры. Достаточно сказать, что у Министерство иностранных дел Украины традиционно пополняет свои из двух вузов: Киевской дипломатической академии и Львовского университета.

В Центральной Украине сформировалась своя идентичность. Люди здесь считали себя украинцами ещё с советских времён, однако «своими» в Великой Отечественной войне считали советских солдат и говорили на суржике – смеси русских и украинских слов. И, главное, к России и русским они относились вполне доброжелательно.

Наконец, третья социальная страта – это жители юга и востока Украины, то есть регионов, которые исторически были русскими и сохраняли устойчивую русскую культурно-языковую идентичность. Встраивание этих миллионов людей в рамки моноэтничной модели украинского государства стало одной из главных задач киевской политики. Именно для этой группы и был сконструирован термин «русскоязычные украинцы» – позволяющий говорить о русских, не называя их при этом русскими.

Кто такие русскоязычные украинцы

Термин «русскоязычный украинец» формально описывает людей, которые в быту используют русский язык, но при этом являются лояльными гражданами Украины. Но фактически это способ убрать русских как этнос из украинского социально-политического дискурса.

Как писал немецкий философ Людвиг Витгенштейн, «пределы моего языка означают пределы моего мира». Это означает, что если понятие не закреплено в языке, оно постепенно исчезает и из общественного сознания. Именно так и произошло с термином «русские» на Украине: его сознательно вытесняли, заменив оксюморонной по своей сути конструкцией «русскоязычные украинцы».

Формально объект – русские как этнокультурная группа – продолжал существовать, но исчезал из языка, а значит и из политической реальности. Как только слово заменено, исчезает и право на идентичность, и право на защиту – ведь «русскоязычный украинец» это уже не этнос, а языковая особенность гражданина. В результате лингвистическая подмена стала инструментом социального обнуления целой группы, что полностью согласуется с витгенштейновской логикой: не названное перестаёт быть видимым.

Как русские Украины стали русскоязычными украинцами

После 1991 года русские, проживавшие на территории Украины, оказались в новой политической реальности. Они стали гражданами государства, которое в этнокультурном отношении было для них во многом чужим. Миллионы человек стали фактически эмигрантами никуда не выезжая.

При этом формально близкая им Российская Федерация не предприняла каких-либо последовательных шагов для поддержки многомиллионной диаспоры. Здесь можно осторожно предположить, что термин «русскоязычные украинцы» оказался удобным для обеих сторон: Москве он позволял дистанцироваться от ответственности за судьбу примерно 11 миллионов русских Украины, а Киеву – концептуально упростить задачу построения моноэтничного государства, где эти люди должны были «раствориться» в общей гражданской идентичности.

Государственная языковая политика Украины развивалась постепенно и на первых порах выглядела довольно мягкой. Сначала русский язык вытеснялся лишь из официальной письменной сферы, оставаясь бытовым и широко используемым в устной коммуникации. На протяжении десятилетий сохранялась парадоксальная, фактически двуязычная модель: сотрудники государственных учреждений говорили между собой по-русски, но были обязаны вести всю документацию исключительно на украинском языке.

Наказание русской девочки - в украинской школе русскоязычие недопустимо.

После событий 2014 года курс на украинизацию стал значительно жёстче. Принятый в 2019 году закон «О функционировании украинского языка как государственного» закрепил обязательность использования мовы в образовании, государственном секторе, сфере услуг и медиа. Русский язык оказался вытеснен почти из всех публичных доменов, сохранившись главным образом в быту и межличностном общении.

На этом фоне термин «русскоязычные украинцы» начал активно использоваться в официальной и медийной риторике как удобная категория, позволяющая говорить о русских без употребления самого слова «русские». Фактически термин подменил этническое содержание культурно-языковым описанием. Это оказало прямое влияние на самоидентификацию миллионов людей, особенно в крупных городах востока и юга, где русская языковая среда была нормой на протяжении нескольких поколений.

По различным оценкам, в Вооружённых силах Украины сегодня до двух третей личного состава продолжают говорить на русском языке. Российская радиоразведка также фиксирует активное использование русского языка в качестве языка управления войсками. Всё это подчёркивает: несмотря на институциональные ограничения и давление, русскоязычие на Украине остаётся повседневной реальностью, а сама категория «русскоязычные украинцы» – результатом политического выбора, а не естественной идентичности.

Русскоязычный украинец – политический оксюморон

В термине «русскоязычные украинцы» ключевым элементом выступает именно слово «украинец», тогда как «русскоязычный» служит лишь уточняющей характеристикой. До распада СССР слово «украинец» имело преимущественно этнокультурное значение: оно описывало людей, объединённых исторической традицией, региональной самоидентификацией и культурным контекстом. При этом на бытовом уровне существовали смешанные модели идентичности, когда значительная часть этнических украинцев говорила главным образом на русском языке, сохраняя одновременно украинские культурные элементы.

После 1991 года содержание термина «украинец» начало стремительно трансформироваться. Новому государству требовалось универсальное обозначение для всех граждан, и отдельного гражданского термина создано не было. В результате слово «украинец» стало выполнять сразу две функции — этническую и гражданскую. Постепенно именно гражданский слой стал доминировать, что привело к размыванию границы между этнической принадлежностью и фактом обладания украинским паспортом.

Затем к этническому и гражданскому уровням добавился политико-идеологический. В общественном дискурсе всё чаще украинцем стали считать не столько носителя определённой культуры, сколько человека, принимающего официальную государственную идеологию, ориентированную на евроинтеграцию и дистанцирование от России. Понятие «украинец» слилось с понятием «патриот Украины». А понятие «патриот Украины» стало в свою очередь интерпретироваться как лояльность властям, но не безусловная, а основанная на обязательной русофобской компоненте – ядре современной модели политического украинства.

Итоги

К настоящему моменту термин «русскоязычный украинец» стал фактически единственным социально безопасным способом самоидентификации для русского на Украине. Прямая декларация «я русский» автоматически воспринимается как вызов доминирующему общественному дискурсу и может обернуться серьёзными проблемами – вплоть до внимания со стороны политической полиции.

Дополнительный фактор – долгий период информационно-идеологической обработки: за три десятилетия число людей, сохранивших устойчивую русскую идентичность существенно сократилось. Кому-то удалось уйти во «внутреннюю эмиграцию», но это отдельные одиночки.

Идентификация как русский, а не «русскоговорящий украинец» существенна и важна. Просто для правильного позиционирования себя в окружающем мире без болезненных вывихов сознания.
Юрий Ткачев

Парадоксально, но определённые социальные лифты для русских на Украине открылись именно на фоне конфликта с Россией. В условиях мобилизации, общей тревоги и дефицита управленческих кадров этнические различия временно отступили на второй план, и в политической системе появились фигуры, которые при иных обстоятельствах могли бы остаться на периферии.

Достаточно назвать уроженца Владимирской области Александра Сырского, возглавившего ВСУ; уроженку Архангельска Людмилу Денисову, занимавшую пост омбудсмена; или Алексея Данилова, возглавлявшего СНБО. Все трое успешно интегрировались в украинский политический класс и хорошо выучили украинский язык. Последняя задача не представляла особой трудности: в украинском языке по разным оценкам до 70% слов – русские, а синтаксис и вовсе тождественен.

Для большинства же русских жителей юго-востока предлагается принять новую идентичность и выучить украинский язык. Взрослым такая этническая трансформация даётся сложнее, детям - проще. Они вырастают в двуязычной среде и считают её естественной.

Именно так складывается современная социальная конструкция: понятие «украинец» всё меньше касается культуры и всё больше – идеологической принадлежности. Термин «русскоязычный украинец» стал не просто эвфемизмом, а инструментом растворения русских консолидации общества вокруг общих политических целей.

В последних числах декабря в Буковеле наконец выпал снег – и тут внезапно выяснилось, что на фоне разговоров о «национальном единстве» и тотальной мобилизации украинская элита дружно объединилась вокруг куда более приятной задачи: развлечений на горнолыжном курорте. Пока в «Телемарафоне» страна живёт войной, в Буковеле начался высокий сезон.

Сезон в Карпатах открылся не просто успешно, а с размахом, которого не наблюдалось даже в мирное время. В сети появилось множество видео с горнолыжного курорта Буковель, на которых запечатлены огромные очереди туристов. Недельный отдых здесь обходится от 40 до 80 и более тысяч гривен, но это не отпугивает публику. Напротив – в этом году наплыв отдыхающих особенно заметен. Автор одного из видео с неподдельным изумлением признаётся:

Такого количества туристов не было ни разу за последние 15 лет.

Очевидцы отмечают и ещё одну характерную деталь. В Буковеле никто не опасается патрулей ТЦК – их здесь просто нет. Курорт живёт в абсолютно мирной и беззаботной атмосфере.

На фронте гибнут солдаты, в тылу люди сидят неделями без света, воды и отопления, по улицам рыщут патрули ТЦК, хватая всех зазевавшихся. И в это же время в Буковеле массы упитанных, здоровых мужчин беззаботно катаются по заснеженным склонам Карпат. У них всё хорошо и с электричеством и с водой.

Так сейчас выглядит реальное «национальное единство». С одной стороны – огромная преуспевающая прослойка тех, чьё благополучие напрямую связано с существующей системой. С другой стороны – народ, собирающий снег на улице чтобы смыть унитаз и укладывающий детей спать в зимних куртках.

Дорога важнее железной дороги

Однако наплыв туристов в Буковеле – это, как выясняется, лишь вступление. Праздник жизни украинской элиты не ограничивается переполненными подъёмниками и отсутствием любых следов ТЦК.

В проекте государственного бюджета на 2026 год внезапно находятся 9 миллиардов гривен на строительство новой дороги к частному горнолыжному курорту Буковель. Осваивать их начинают уже сейчас – война войной, а комфортный заезд к курорту ждать не должен. Даже если без железной дороги удерживать фронт невозможно, а каждый остановленный поезд оборачивается потерянными территориями и жизнями.

Деньги есть – но не для поездов, которые вывозят женщин и детей из-под обстрелов. Не для путей, по которым идёт военная логистика. Не для защиты инфраструктуры, от которой зависит выживание страны. Деньги есть для дороги к частному курорту.

Это не ошибка и не случайность – это демонстрация приоритетов власти в чистом виде.

Война бедных

На этом фоне разговоры власти об «усилении мобилизации» выглядят уже не как экстренная мера, а как заранее спланированный этап. Отсрочки планируется отменить, призывной возраст — снизить. Военный омбудсмен Решетилова даже не пытается смягчать формулировки: требования к мобилизованным снижены, подойдёт любой. Инвалиды, больные, многодетные, женщины, молодёжь и старики — все эти категории постепенно выводятся за скобки. Мы подходим к рубежу, при котором годными объявляются все бедняки без исключения.

В Одессе под покровом ночи увозят очередную жертву принудительной мобилизации.

The Guardian прямо пишет: у Украины фактически не осталось резервов. Людей хватает лишь на удержание линии фронта, но не на стратегические манёвры. И никакие финансовые вливания, включая недавний кредит в 90 млрд евро, не решают главную проблему – нехватку живой силы.

Дальнейший сценарий читается без труда. Если война продолжится, следующим шагом станет снижение призывного возраста до 18 лет и расширение мобилизации за счёт женщин. Сегодня эта риторика всё активнее подкрепляется практикой: в Верховной раде обсуждаются законопроекты об обязательной мобилизации женщин, автоматической постановке на воинский учёт 18-летних.

И здесь круг замыкается. Пока элита отдыхает в Буковеле и получает новую дорогу на свой излюбленный горнолыжный курорт за бюджетный счёт, беднота становится единственным неисчерпаемым ресурсом государства. Её ловят, принуждают, объявляют «годной» вне зависимости от возраста, пола и состояния здоровья.

Власть демонстрирует, что платить за войну будут не деньгами и не привилегиями, а телами – строго по имущественному признаку.

И в этой точке неизбежно возникает вопрос, от которого всё труднее отмахиваться: за что вообще воюет беднота – за страну, за власть или за комфорт тех, кто даже дорогу к своему курорту считает важнее чужой жизни?

Для справки:

Где находится горнолыжный курорт Буковель

Горнолыжный курорт Буковель.

Горнолыжный курорт Буковель расположен на Западной Украине, в Ивано-Франковской области, в пределах Карпатского горного массива. Он находится в районе сёл Поляница и Яблуница, недалеко от границы с Закарпатской областью, примерно в 100 километрах от Ивано-Франковска.

Буковель считается крупнейшим горнолыжным курортом на Украине и одним из самых масштабных в Восточной Европе.

В том же регионе, в Ивано-Франковской области, расположена государственная резиденция президента Украины «Синегора», находящаяся в горной местности возле села Гута, примерно в 60 километрах от Буковеля по автомобильным дорогам.

Курорт и резиденция находятся в одном карпатском регионе, который традиционно используется украинской политической и бизнес-элитой для отдыха и неформальных встреч.

В мирное время Буковель позиционировался как туристический центр национального значения, ориентированный на обеспеченную аудиторию. В военное время из-за закрытия границ его значение как места отдыха украинской элиты ещё более выросло.

Недавнее заявление одного из американских сенаторов о «похищении 20 тысяч украинских детей» и призыв объявить Россию «государством-спонсором терроризма» – это типичный ход эпохи постмодерна.

Ранее политики очень осторожно относились к озвучиваемым цифрам, поскольку в случае какого-либо расхождения – реального или даже мнимого – СМИ сразу поднимали скандал уличая спикера в непрофессионализме. Эх, старые, добрые времена… Сейчас же политики могут озвучивать вообще какие угодно цифры, вычисленные по «коэффициенту Стеля», могут их вообще менять хоть каждый день – и никому нет до этого вообще никакого дела.

Откуда именно взялась цифра в 20 тысяч «украденных детей»? Она давно фигурирует в международной риторике вокруг обвинений, выдвинутых Международным уголовным судом в адрес российского руководства. Считается, что эта цифра (точнее 19 546 человек) задокументирована и верифицирована украинской стороной. Её регулярно озвучивают украинские омбудсмены: Дмитрий Лубинец (Уполномоченный по правам человека) и Дарья Герасимчук (советник президента по правам ребёнка), а также инициатива президента Зеленского Bring Kids Back UA.

Но при этом самого списка из этих 19 546 имен и фамилий никто не видел. То есть Киев заявляет, что у него якобы есть список из 19 546 детей, который украинская сторона верифицировала и на каждого ребёнка есть отдельное дело. Но всё это известно только со слов самих представителей Киева. Никаких подтверждений никто от украинцев никто не требует, что очень сильно напоминает известный анекдот «Вот тут мне карта и пошла...».

Так формируются на Западе «документированные и верифицированные» цифры, которые становятся «для всего мира» общеизвестной истиной.

Эвакуация как «похищение»: логика обвинения

Юридическая логика предъявляемых обвинений сводится к тому что эвакуацию детей из зоны боевых действий назвали их «похищением». Речь идёт о детях из детских домов, находящихся в ДНР и ЛНР. Российские власти приложили максимум усилий для того чтобы сироты из детских домов, попавших в зону боевых действий были в безопасности и у них было всё необходимое.

Это и было объявлено преступлением. Особый цинизм ситуации в том, что если бы, к примеру, в детский дом попал украинский снаряд и дети погибли, то это Киев устроило бы гораздо больше: трагедию можно было бы использовать в пропаганде, обвинив в обстреле российскую сторону.

«Поверніть наших дітей!»

И вот украинская сторона уже несколько лет разыгрывает фарс «Ой, діти! Наші діти!», требуя немедленного возвращения всех детей, вывезенных из зоны боевых действий в Донбассе.

Российская позиция при этом формулируется просто: дети могут быть возвращены их законным родственникам при наличии соответствующего заявления. Формально это выглядит как соблюдение процедуры, но с нравственной точки зрения такая схема оставляет слишком много вопросов.

Оцените в насколько лубочной манере процедуру передачи детей на Украину в феврале 2024 года прокомментировал российский телеканал «Первый»:

Россия помогает воссоединиться с семьями украинским детям, которые по разными причинам оказались разлучены с родными. Сегодня в Москве, в посольстве Катара, который выступает посредником в процессе, состоялась долгожданная встреча. Домой едут еще 11 ребят.

Сплошное благородство: «воссоединение семей», встреча «долгожданная», дети едут не куда-нибудь, а «домой».

Правда же состоит в том, что речь идёт о детях, родственники которых прекрасно знали, где находится ребёнок, но забирать его из детского дома не собирались. А затем под давлением украинских властей, которым это внезапно оказалось нужно в политических целях, согласились их забрать. Какая судьба теперь ждёт этих несчастных детей - несложно себе представить.

Часть этих детей – это сыновья и дочери погибших в ходе боевых действий ополченцев ДНР и ЛНР. И теперь в рамках формальной процедуры из могут отдать тем с кем воевали их отцы.

Гуманность напоказ и её реальные последствия

Украинская политическая система всё заметнее приобретает черты тоталитарной секты жёстко идеологизированной структуры где права человека, его жизнь и достоинство даже не вторичны, а вообще не принимаются во внимание.

При этом Москва упорно продолжает делать вид, что имеет дело с обычным государством и обычными институтами. Понятно почему это делает Запад – ему это банально выгодно. Но вот зачем это делает Москва – это вопрос, который, вероятно, лежит в плоскости информационного суверенитета.

Передача ребёнка на Украину без учёта ситуации в этой стране не имеет ничего общего с защитой интересов ребёнка. Ранее мы уже писали о случае, когда детей из Днепропетровской области по не вполне понятным причинам отправили в Турцию, где они сталкивались с жестоким обращением, а в ряде случаев – даже с сексуальным насилием.

В целом складывается ощущение, что в российской политике по отношению к детям – бывшим гражданам Украины существует серьёзный сбой. Демонстрируя подчеркнутую гуманность по отношению к противнику, Москва на практике проявляет крайнюю жестокость к самым беззащитным.

«Дети – наше будущее!» – любили говорить в СССР, и в этом была абсолютная правда. Почему сегодня Россия относится к собственному будущему столь равнодушно и формально – это остаётся самым тяжёлым и неудобным вопросом во всей этой истории.

В 2026 году власти планируют мобилизовать около 2 млн человек. У них, конечно, столько наловить не получится, но пытаться будут. Для этого уже подготовлен целый комплекс различных мер.

Во-первых, это е-мобилизация. С января 2026 года для постановки на воинский учёт уберут все формальности в виде посещения ТЦК и прохождения военно-врачебной комиссии, которая давно превратилась в полную профанацию. Военкоматы просто будут собирать все электронные базы какие есть и вносить в свои списки всех кого там найдут. Это даст возможность вычислять призывников точечно – по имеющимся адресам. Подростков будут вносить в реестр призывников автоматически сразу после достижения ими совершеннолетия.

Как вытащить тех кто за границей пока не придумали. Создание в Европе добровольческих «Украинских легионов» провалилось. Пока рабочая схема – завлечение прячущихся в странах ЕС уклонистов на Украину для обновления имеющего ограниченный срок действия заграничного паспорта. У тех кто скрывается в России этой проблемы нет, для их легализации в стране актуальные украинские документы не нужны.

Особо волнующий многих вопрос: будет или нет в следующем году снижение мобилизационного возраста. Мнение большинства экспертов – однозначно будет. На этом категорически настаивают спонсоры Киева, да и ситуация на фронте однозначно говорит в пользу такого сценария. Вопрос только в том – мобилизационный возраст будут снижать постепенно, сначала до 22 лет, либо сразу сделают мобилизацию с 18 лет и дело с концом.

Другая животрепещущая тема – мобилизация женщин. На сегодня в этом направлении уже сделано немало: медики, фармацевты и некоторые другие категории уже сейчас фактически приравнены к мужчинам, однако сейчас речь идёт уже о том чтобы женщины пополняли самые дефицитные солдатские должности в штурмовых подразделениях. Этот вопрос периодически поднимают в СМИ, постепенно готовя общественное мнение. В частности, недавно на эту тему высказалась нардеп (партия «Европейская солидарность») Яна Зинкевич:

Рано или поздно к вопросу мобилизации женщин придется вернуться, и лично я эту идею буду поддерживать,

– заявила она недавно. Понятно почему она будет поддерживать: после участия в карательной операции в Донбассе совсем молодая женщина теперь передвигается на инвалидной коляске. Но вот у других женщин зарплаты народного депутата (которую они в 2026 году себе ещё и подняли на 10%) не будет.

Усиление мобилизации затронет и студентов.

По меньшей мере 200 тысяч молодых мужчин остаются в системе образования, хотя могли бы быть задействованы на фронте.

Об этом в интервью «Зеркалу недели» сообщил глава Государственной службы качества образования Руслан Гурак (первая буква фамилии "г"). Это о приоритетах ведомства которое должно заниматься качеством образования.

Поставщиком ценной информации об уклонистах планируют сделать и систему здравоохранения, точнее, то, что от неё осталось. Любой мужчина, пришедший в поликлинику и сообщивший в регистратуре свои данные может быть уверен, что эти данные автоматически попадут в ТЦК.

Ну и конечно, продолжится уличная охота на призывников. Целая армия из ста тысяч военнослужащих ТЦК будет с удвоенной силой прочёсывать улицы в поисках зазевавшихся жертв.

Как законно избежать мобилизации в 2026 году

Статьи о том как не попасть под каток принудительной мобилизации и при этом остаться законопослушным гражданином мы публикуем с 2022 года и ни разу нам не пришлось повторяться. Каждые полгода происходит что-то такое, из-за чего прошлые рекомендации перестают работать и могут оказаться даже вредными.

И в каждой такой статье мы пишем что лучше воспользоваться возможностью сейчас потому что дальше будет только хуже. Эта тенденция подвела только один раз: когда открыли границы для юношей 18-22 лет. Это было реально неожиданно и, кстати, истинная подоплёка этого внешне абсолютно нелогичного решения непонятна до сих пор. В остальном же тенденция стабильна: гайки крутят только в одну сторону.

Главная проблема сейчас в том, что никакое легальное освобождение от службе не имеет абсолютной силы. Статус в «Резерв+» может измениться в любой момент просто так, кроме того, ТЦК, имеющие жёсткие планы мобилизации, идут на различные ухищрения типа оформления имеющих отсрочку людей как добровольцев и т.д.

«Серая» схема

«Серая» схема уклонения от мобилизации предполагает, что человек формально закон не нарушает, а просто уклоняется от взаимодействия с госструктурами что делает его невидимым для ТЦК.

Как вы, наверное, уже поняли, в 2026 году сделать это будет намного сложнее из-за введения е-мобилизации. Тем не менее на сегодня это, пожалуй, самый распространённый и надёжный способ сохранить свою свободу и жизнь. Его суть сводится к тому чтобы жить не по месту прописки, работать без официального оформления (лучше не выходя из дома) и лечиться в случае чего у частных врачей.

В сети достаточно много роликов, где украинские «ассанжи» рассказывают как они уже по нескольку лет не выходят из своих квартир на улицу. С философской точки зрения человек добровольно отказывается от какой-то части свободы чтобы сохранить большую часть свободы, здоровье и жизнь.

На сегодня взлом квартир в квартирах военнослужащими ТЦК не практикуется, однако они идут на такую хитрость: отключают электричество на площадках и прячутся, ожидая что забывшийся «ассанж» выйдет из квартиры проверить щиток. Также они теперь зачастую рыщут по открытым подъездам, проверяя даже тамбуры – вдруг кто-то вышел на площадку покурить или вынести мусор. Обо всех этих нюансах нужно помнить и не терять бдительность.

Да, вот в такое украинцы превратили свою страну. Но и ты в этом процессе тоже участвовал, так что не жалуйся.

Скандал с украинскими детьми в Турции вызвал проект «Детство без войны». В феврале 2022 года киевские власти отправили группу из 510 украинских сирот из Днепропетровской области в Турцию, представив эту операцию как масштабную гуманитарную инициативу. Украинские СМИ с энтузиазмом подчёркивали «беспрецедентность эвакуации»: были арендованы девять самолётов, 90 автобусов и 24 вагона, а детей размещали в отелях Антальи и Бельдеби, создавая красивую картинку «спасения» украинских сирот.

Сбор средств проходил по всей стране, активно давя на эмоции аудитории. Управление многомиллионными пожертвованиями сосредоточилось в руках владельца торговых сетей EVA и VARUS Руслана Шостака, который стал одним из главных лиц проекта. Организационную же часть курировала Елена Зеленская – она участвовала в переговорах с турецкой стороной и сопровождала процесс вывоза детей.

Но уже тогда этот проект, позже ставший ядром скандала с украинскими детьми в Турции, вызывал вопросы. Днепропетровская область в тот момент не находилась в зоне активных боевых действий, и объективной необходимости вывоза сирот за границу не было. Тем не менее 23 августа 2022 года Владимир Зеленский наградил Шостака орденом «За заслуги» III степени – как раз за его участие в проекте «Детство без войны».

Этот декоративно-гуманитарный фасад позднее оказался лишь прологом к значительно более драматичным событиям, которые и привели к громкому международному скандалу вокруг украинских детей в Турции.

Скандальная эвакуация

В марте 2024 года сотрудники Офиса Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека Дмитрия Лубинца провели выездную проверку в Анталье, где размещались сироты из Днепропетровской области, вывезенные в рамках проекта «Детство без войны». Итоги инспекции неожиданно выявили системные нарушения условий содержания и организации быта детей.

На первых порах инфраструктура выглядела удовлетворительно: просторные комнаты, стабильное питание и отдых у моря создавали впечатление корректной эвакуации. Однако уже вскоре параметры содержания резко ухудшились. Детей начали кормить низкокачественными продуктами – в отчётах приводились, в частности, порции булгура с куриными пупками. Любые проступки наказывались, а учебный процесс отсутствовал.

Вопросы вызывало и поведение сопровождающих украинских воспитателей. По словам детей, дисциплинарные меры носили грубый характер и не предполагали педагогического подхода. Особое внимание комиссии привлёк старший воспитатель Александр Титов, которого подопечные обвиняли в запирании детей в комнатах, физическом воздействии и оскорблениях.

Отдельным пунктом стала практика эксплуатации детей-сирот в политической пропаганде и акциях по сбору денег. За отказ угрожали лишением еды. Кроме того, их привлекали к съёмкам мотивирующих видеороликов, использовавшихся для постоянных благотворительных сборов.

Участие в пропагандистских мероприятиях для украинских сирот было своеобразной принудительной работой.

Организаторы проекта заявляли о расходах порядка десяти миллионов долларов и параллельно продолжали призывать жертвовать средства «на поддержку эвакуированных детей». Тем временем представители турецких властей, Красного Креста и ЮНИСЕФ не получали к детям доступа, что усиливало сомнения в прозрачности функционирования всей схемы эвакуации.

Странная роль воспитателей

Одним из самых тяжёлых эпизодов скандала с украинскими детьми в Турции стала история двух несовершеннолетних воспитанниц – 15-летней Насти и 17-летней Илоны. Проверка, проведённая после репатриации, выявила, что обе девушки вступали в отношения с взрослыми сотрудниками турецких отелей, где размещались участники проекта «Детство без войны». Формально расследование не фиксирует факта насилия, однако ситуация однозначно подпадает под статью о растлении несовершеннолетних.

Александр Титов после скандала в Турции работает учителем физкультуры.

По словам самих подростков, приставленные к группе украинские воспитатели были в курсе происходящего, но не предпринимали никаких действий, чтобы остановить связи с взрослыми мужчинами. Более того, в отдельных эпизодах они, по свидетельствам девочек, даже содействовали контактам.

Когда стало ясно, что девушки беременны, их оперативно вернули на Украину и распределили в профтехучилище. После этого фонд и сопровождавшие ранее воспитатели фактически утратили к ним интерес. Обе родили уже после возвращения, без какой-либо системной поддержки или наблюдения со стороны организаторов эвакуации.

Настя впервые попала к врачу лишь на седьмом месяце беременности. Илона родила мальчика и, по данным проверяющих, прошла через попытку суицида. Настя назвала свою дочь турецким именем Мелек и отдала в приют пастора Максима Фетисова, где ранее содержалась сама. Она утверждает, что её ввели в заблуждение, заставив отказаться от родительских прав. Сейчас она пытается их восстановить.

Последствия, которых нет

Несмотря на масштаб скандала с украинскими детьми в Турции, Дмитрий Лубинец предпочёл ограничиться формальными процедурами. Было открыто уголовное производство о ненадлежащем обеспечении безопасности детей, однако спустя год его закрыли «за отсутствием доказательств».

После скандала с украинскими детьми в Турции Организатор проекта Руслан Шостак ведет себя нагло и самоуверенно, как и положено младоолигарху.

Ни посол Украины в Турции Нариман Джелялов, ни три консула в Анталье, которые обязаны были контролировать условия пребывания несовершеннолетних на своей консульской территории, не понесли никакого дисциплинарного наказания. Даже старший воспитатель Александр Титов, фигурировавший в свидетельствах детей как самый жёсткий куратор, не был отстранён от работы – его просто перевели на должность учителя физкультуры.

Ситуация изменилась только после публикации расследования журналистов Slidstvo.info, которые и сделали скандал с украинскими детьми в Турции достоянием общественности.

Однако даже после появления конкретных свидетельств и документальных подтверждений фигуранты попытались дистанцироваться от ответственности. Руслан Шостак, которого называли ключевым организатором проекта «Детство без войны», полностью отверг обвинения, заявив, что за происходящее должны отвечать те, кто непосредственно работал с детьми на территории Турции. Фонд, по его версии, занимался исключительно материальной частью программы и не имел отношения к повседневному контролю над условиями содержания сирот.

Исторический контекст: старые обвинения, новый скандал

Ещё в 2012 году в СМИ обсуждалась попытка вывоза представителями украинской элиты двух воспитанников ялтинского интерната в Турцию под видом «оздоровительной поездки». В деле фигурировали Олег Ляшко, Лев Миримский и неофициальные намёки на участие Сергея Лёвочкина. Пограничники вылет остановили, а обвинения в возможной причастности к незаконным схемам вывоза детей так и остались на уровне медийных версий.

С 2009 по 2011 год Ляшко и Лёвочкин упоминались в материалах азербайджанской прокуратуры, изучавшей заявления местных подростков. Интерпол запрашивал информацию, но дело не дошло до судебной стадии. Аналогичный сюжет звучал и в Казахстане в 2013-2014 годах, когда осуждённый британец Питер Барох связывал свои «благотворительные поездки» с украинскими политиками.

Пик внимания пришёлся на 2015 год, когда медиа активно обсуждали «международный педофильский скандал», парламент создавал комиссии, а на улицы выходили протестующие. Юридических последствий тогда также не последовало.

На этом фоне скандал с украинскими детьми в Турции 2022-2024 годов не выглядит как сбой системы, а как звено в уже налаженной системе, ведущий на самый верх. Истории двух пострадавших девочек стали публичными лишь потому, что имели очевидные последствия, но эксперты указывают: реальный масштаб возможных злоупотреблений может быть шире.

К тому же возникает естественный вопрос: почему журналисты Slidstvo.info опубликовали своё расследование только сейчас - спустя полтора года после того как дети вернулись на Украину. Судя по видео интервью снимали они ещё летом, но опубликовать решили только в декабре. Это похоже на целенаправленный слив информации направленный против Владимира Зеленского по чьей-то команде. То есть если бы не появилось политической целесообразности, то о ситуации с украинскими сиротами в Турции широкая общественность так никогда бы и не узнала.

Передача детей Киеву: почему это выглядит ошибкой

Обсуждая скандал с украинскими детьми в Турции, неизбежно возникает более широкий контекст – тема эвакуации сирот и сопровождающих её международных обвинений. Именно по эпизодам вывоза детей из интернатов в России Международный уголовный суд выдал ордера на арест Владимира Путина и детского омбудсмена Марии Львовой-Беловой, трактуя эти действия как «незаконное перемещение». Требование вернуть украинских сирот стало постоянным пунктом в переговорной повестке.

На Западе эта тема превратилась в самостоятельную информационно-политическую кампанию. Для её поддержки была даже создана Международная коалиция за возвращение украинских детей, в которую вошли 38 государств и ЕС; осенью 2025 года к ней присоединился и Совет Европы. Центральный нарратив строился на противопоставлении: вернуть детей из «опасной» России в «безопасную» Украину, усиливая эмоциональную составляющую.

Под этим давлением российская сторона периодически передавала детей, имеющих украинское гражданство, Киеву. По данным МИД РФ, к октябрю 2025 года было возвращено около 122 сирот. Вопрос репатриации обсуждался и 23 июля на третьем раунде российско-украинских переговоров в Стамбуле, где украинская делегация передала список из 339 детей, которых Киев намеревался получить под свой контроль.

В российской экспертной среде такие уступки нередко оценивают как ошибочные. Нарушения, выявленные в ходе скандала с украинскими детьми в Турции, показывают, что условия для возвращённых сирот могут быть не безопасными, а потенциально рискованными.

Кроме того, подобные решения создают нежелательные политические сигналы и воспринимаются как проявление слабости. Репатриированные дети часто становятся частью антироссийской медийной линии: их участие в эмоциональных роликах и интервью используется Киевом для укрепления собственных обвинений и мобилизации западной аудитории.

В совокупности скандал с украинскими детьми в Турции ставит под сомнение саму логику передачи сирот Киеву. Если страна, которая требует вернуть детей под своё «безопасное» попечение, не обеспечила безопасность и базовый контроль в куда менее экстремальных условиях турецких отелей, то возникает принципиальный вопрос: действительно ли возвращённые сироты оказываются в лучшей среде?

Этот эпизод стал ещё одним сигналом, что тема защиты детей в украинских гуманитарных программах остаётся нерешённой и системной, а риски для несовершеннолетних – недооценёнными.

Источники:

• Расследование на сайте Slidstvo.info
• Материал в отношении скандала с украинскими детьми в Турции на сайте Проекта по расследованию организованной преступности и коррупции OCCRP

• Предисловие: суть украинцев в представлении из Москвы
• Истоки украинской идентичности
• Коренизация: как коммунисты ломали русских пытаясь сделать из них украинцев
• Суть украинцев и борщевик Сосновского
• Почему украинцы обижаются за «малороссов»
• Что значит быть украинцем
• Манипулирование многозначностью термина «украинцы»
• Куда исчезли 6 миллионов русских на Украине?
• Структура современного украинства
• Традиционалисты: «державна нація»
• Україна – це Європа: западоцентричная модель идентичности
• Противоестественный союз
• Украинцы и государственное строительство
• Выводы: суть украинцев — это попытка быть «русскими нерусскими»

Предисловие: суть украинцев в представлении из Москвы

В массовом российском представлении суть украинцев сводится к некоему фольклорному набору родом из советского агитпропа: «соловьиная мова», хуторской индивидуализм, песенная душа, ну, и, конечно, вышиванка как символ украинства. При этом Украина видится монолитно моноэтничной: с точки зрения россиян там живут исключительно одни украинцы.

Этот набор штампов особенно ярко воспроизвела один из лицензированных рупоров Русского мира Маргарита Симоньян в своём знаменитом посте от 4 ноября 2022 года:

Настанет день, и мы снова приедем в гостеприимный, весёлый, светлый и сытый Киев… наши мужья будут сворачивать шеи, заглядываясь на чернобровых Оксан… а мы будем пить вино и петь «Ніч яка місячна».

Сложно сказать, выражала ли Симоньян собственное представление о сути украинцев, сохранённое из советской культурной матрицы, или это был чистый пропагандистский нарратив, рассчитанный на российскую аудиторию. Но этот «дружбонародный» посыл не оценил тогда никто.

Со стороны Украины общее мнение выразил тогдашний секретарь СНБО Алексей Данилов: «наши Оксаны будут плевать на могилы ваших мужчин». Не зашёл этот образ и российской патриотической аудитории, которая на тот момент уже познала украинский характер, что называется, на собственной шкуре.

Тем не менее сложно отрицать, что подобное восприятие сути украинцев на тот момент разделяла значительная часть российской политической элиты – во многом воспитанной на советских мифах. И именно из-за этого лубочного представления российские войска понесли первые потери в самом начале СВО.

Истоки украинской идентичности

Неплохая метафора украинства

Термин «украинец» изначально не был этнонимом, то есть обозначением национальности. Этимология слова прозрачна – это человек «с окраины», житель пограничной полосы. А само оно возникло в конце XIX века, причём в узком идеологическом контексте – как самоназвание населения юго-западных губерний Российской империи, продвигаемое сепаратистскими кругами Львова и Киева, тесно связанными с Австрией. То есть это была по сути локальная версия русского западничества, приправленная местечковым сепаратизмом.

Советская власть, антирусская по своей сути, этот проект не просто подхватила, а развила и институционализировала. Именно большевики закрепили термин «украинец» в переписях, паспортах и культурной политике, вычеркнув «малоросса» как «дореволюционный пережиток».

Отцы украинцев как нации – вовсе не Бандера и Шухевич, а Ленин и Сталин. Создавая национальные республики Ленин, вероятно, руководствовался классическим принципом «разделяй и властвуй» – огромной территорией, населённой русскими было легче управлять, разделив её на части. Сталин, сначала как нарком по делам национальностей, затем как генсек, довёл эту схему до конца: республики получили чёткие границы, аппарат, конституционный статус и собственные «титульные» народы.

Коренизация: как коммунисты ломали русских пытаясь сделать из них украинцев

Коренизация означала принудительное превращение значительной части русских в «украинцев». Малороссийский диалект был утверждён в качестве самостоятельного языка – никого не смутило отсутствие в нём собственного синтаксиса. Школы обязывали переходить на этот украинский язык. Газеты должны были печататься на украинском, работников – «украинизировали» в ускоренном режиме, а отказ от «коренизации » грозил потерей карьеры.

Политика коренизации 1920-х стала точкой, где коммунисты не просто признали украинскую идентичность – они начали её активно взращивать, причём, своими привычными зверскими методами.

Но на то время это был действительно уникальный социальный эксперимент по перековке идентичности: русских пытались превратить в украинцев при помощи административного насилия.

При этом многие крупнейшие идеологи и практики украинизации были русскоязычными (чаще всего, этническими евреями), для которых украинский язык был не более чем инструментом власти. Это, кстати, роднит их с нынешней политической элитой Украины включая Зеленского, Ермака и других. Опубликованные недавно фрагменты «плёнок Миндича» кроме прочего показали: вся киевская верхушка между собой разговаривает на русском.

Суть украинцев как борщевик Сосновского

Советский проект по формированию новой этноидентичности по своей логике напоминает агрономическое новаторство тех же лет: попытку вывести борщевик Сосновского как полезную кормовую культуру. В расчетах пролетарских ученых всё выглядело убедительно, но на практике что-то пошло не так. В результате их экспериментов появился не перспективный корм, а агрессивный сорняк, который оставляет слепыми детей и с которым безрезультатно борются до сих пор.

Аналогично и созданная советскими идеологами украинская идентичность оказалась не «братским народом» в рамках общей культурной матрицы, а инструментализированной политической конструкцией, которая со временем стала основой русофобской идеологии.

Если проводить аналогию до конца, получается выразительно: борщевик – это когда биологический эксперимент внезапно выходит из-под контроля. Украинская идентичность в советской версии – это когда выходит из-под контроля эксперимент социальный. И в обоих случаях последствия оказались куда более устойчивыми, чем планировалось.

Почему украинцы обижаются за «малороссов»

Если пытаться понять суть украинцев в историческом измерении, то конфликт вокруг слова «малоросс» – почти идеальная иллюстрация того, как современная украинская ментальность строится на обратном прочтении собственных же традиций.

Это была обычная географическая классификация – ровно такая же, как «Великороссия» или «Белая Русь». «Малоросс» – это житель Малой Руси, то есть центральных земель; «великоросс» – выходец из более обширных периферийных территорий, «белорус» – житель западной, «белой» Руси.

Иными словами, обижаться на слово «малоросс» примерно так же нелогично, как если бы белорусы обижались на слово «белорус». И уж тем более это странно для украинцев, поскольку в их языке, как и в старославянском, «великий» – это просто «большой», и на Украине десятки населённых пунктов имеют парные названия «Великий/Малий», которые никого не задевают.

Однако украинскую аудиторию пропагандисты настойчиво убеждали, что слово «малоросс» якобы подразумевает второсортность – особенно на фоне «великороссов». А вот термин «украинец» (буквально: «тот, кто на окраине») подавался как символ достоинства и самостоятельности.

И эта информационная операция достигла успеха, «быть с краю» для украинцев стало престижнее, чем в центре исторической Руси.

Что значит быть украинцем

Если в российском массовом сознании суть украинцев выглядит относительно однозначно, то в украинской государственной идеологии термин «украинец» получил сразу четыре разных по смыслу значения.

Во-первых, украинец – это национальность. Со всеми причитающимися национальности атрибутами – украинским духом («народ, який не зламати»), украинским характером, тягой к своей земле и т.д. Это то что перешло в наследство от советской культурной матрицы.

К этому базовому значению сразу добавилось второе – синоним «гражданин Украины». В русском и украинском языках слово украинец не имеет отдельных форм для различения «по крови» и «по паспорту». В английском языке такое различение есть: Ukrainian citizen и ethnic Ukrainian, а в украинском – это одно слово.

В-третьих, украинцами стали считать знаменитых людей, родившихся в пределах современных границ Украины задолго до появления самого украинского государства. Так в украинцы записали советского инженера с русскими корнями Сергея Королёва и даже русского националиста Игоря Сикорского, чьим именем в 2016 году был даже назван Киевский политехнический институт.

Затем возник ещё один смысл – политическая самоидентификация украинцев. Украинцем стали называть любого, кто разделяет идеологию русофобии/западничества, вне зависимости от этнического происхождения. В этом контексте евреи Владимир Зеленский и Андрей Ермак, татарин Рустем Умеров или грузин Давид Арахамия – все они автоматически причисляются к украинцам.

На Украине сейчас говорят, что язык – это оружие. Но даже знание украинского языка для того чтобы быть украинцем необязательно – доказательством этому служит устойчивый термин-оксюморон «русскоязычный украинец».

Манипулирование многозначностью термина «украинцы»

Здесь и выкристаллизовывается суть украинцев: это уже не столько народ или этнос, сколько политическая самоидентификация. Но при этом воспринимаемая широкими народными массами и как этнический фактор. Киевская пропаганда виртуозно использует эту многозначность – как опытный напёрсточник, которому выгодно путать зрителя, пока он перекладывает смысловые «шарики» между разными значениями.

Именно с этой целью из украинского паспорта убрали графу «национальность», которая была в советских документах. Формально это подавалось как прогрессивная мера, призванная исключить любые возможные формы дискриминации по происхождению. На практике же решение позволяло не фиксировать большое число русских и представителей других национальных групп, фактически стирая этнический ландшафт страны. Это значительно облегчило дальнейшее формирование единой украинской идентичности.

Ключевой инструмент – нарратив «украинцы должны знать свой родной украинский язык». Формула, мягко говоря, странная: если язык действительно родной, его не надо учить – это логическая аксиома. То есть мы имеем чисто пропагандистскую подмену понятий где политическое требование маскируется под «естественный долг этноса».

Так юридическая категория гражданства или политической лояльности ловко подменяется этнической принадлежностью. И эта подмена не случайна. Это системная технология нациестроительства, цель которой – унифицировать максимально разнородный набор населённых групп в одну политическую «украинскую нацию», причём, чисто по-советски: через давление, чувство вины и страх социальной изоляции.

Куда исчезли 6 миллионов русских на Украине?

Есть удивительный социологический эффект, о котором мало кто говорит: резкое сокращение численности русских на Украине при отсутствии факторов, которые могли бы это объяснить естественным образом.

В 1989 году согласно последней советской переписи в Украинской ССР проживало 11,36 млн русских – около 22% населения. Но уже к 2020-м годам, при общей численности населения страны примерно 40 млн человек, официальные оценки давали уже всего около 6 млн русских. То есть за каких-то тридцать лет почти шесть миллионов русских людей «исчезли» – причём без войн, без репатриаций и без массового оттока населения.

Актуальная доля русских и украинцев в населении Украины

Если учесть логику украинской национальной политики после 1991 года, эта «демографическая магия» неожиданно становится совершенно прозаичным явлением.

Этническая принадлежность в украинских документах никогда не была жёстко определяемой. В паспортах соответствующая графа исчезла ещё в 1990-е, а в свидетельствах о рождении поля «національність батька» и «національність матері» заполнялись исключительно со слов родителей без какого-либо документального подтверждения. Иными словами, родителям дали право самостоятельного выбора национальности для своего ребёнка.

В условиях националистически настроенного государства выбор был очевиден. Записать своего ребёнка украинцем означало заранее «подстелить ему соломку»: чтобы в будущем он вписался в идеологическую норму, избежал бытовых и карьерных осложнений, чувствовал себя частью социального большинства.

Таким образом, никто никуда не исчез – просто граждане Украины выбирали для себя более выгодную украинскую идентичность и массово выписывались из русских – в буквальном смысле.

Структура современного украинства

Если смотреть на суть украинцев в их нынешнем виде, то современное украинство трудно назвать единой культурной или этнической традицией. Украинцы сегодня – это скорее конструкт из двух разных по происхождению и мировоззрению сообществ, которые связаны между собой главным образом общими символами и официальным идеологическим дискурсом. Назовём эти группы условно «традиционалистами» и «евроукраинцами».

Традиционалисты: «державна нація»

Первая группа – это традиционалистское, преимущественно сельское по корням сообщество, которое в публичном дискурсе часто связывают с местечковым национализмом западных областей.

Для него характерно стремление опираться на элементы аграрной культуры как на основу национальной идентичности. Отсюда – возведение в ранг символов сельской кухни (борщ, сало) и атрибутов крестьянского быта вроде рушников и вышиванок. Лингвистическая архаика здесь также подается как предмет особой гордости.

Импровизированные хозяйственные постройки во дворах многоэтажек — характерный пример наложения сельской культурной традиции на городскую среду. Такой гибридный тип поведения характерен даже для столицы.

В итоге формируется своеобразная культурная модель, где этничность интерпретируется через максимальное подчеркивание локальной «почвеннической» специфики.

Неудивительно, что именно в этой среде нашли благодатную почву различные псевдоисторические концепции – от легенд о «древних украх» до культа таких фигур как Степан Бандера которые воспринимаются не как нацистские коллаборационисты, а как борцы за свободу и наследники гетманской традиции.

Представители этой группы рассматривают себя как настоящих, истинных носителей украинской идентичности, «государственной нацией». Однако их часть сравнительно мала и проживают они в экономически наименее развитых западных регионах страны.

Україна – це Європа: западоцентричная модель идентичности

В остальных регионах Украины более популярной является иная модель украинской идентичности. Это городская версия, ориентированная на Европу, – условно назовём её западоцентристской.

По сути, она представляет собой обычное русское западничество, только перенесённое в украинский контекст. В отличие от традиционалистов, для которых идеал укоренён в символах сельской архаики, западоцентристы видят образец гармоничного общества в странах Запада. Европа здесь воспринимается как место, где социальные правила устроены справедливо, государство работает эффективно, а «правильная» цивилизация достигла своей высшей точки.

Украинские западники рассматривают реальность через сравнительную оптику «Запад ↔ Украина ↔ Россия». И в рамках этой шкалы их логика строится на том, что чем дальше будет Украина от России, тем ближе к Западу. Соответственно, «русский мир» представляется как антипод не только украинкой, но и западной модели.

Иными словами, западоцентристская модель – это рефлексия не столько на Запад, сколько на Россию. И важная деталь: значительная часть этих украинцев сегодня – это этнические русские, оказавшиеся в двойной зоне отчуждения: они не вписываются в традиционалистское этническое ядро, но и связи с русским миром уже разорваны. Их идентичность – это не этническая традиция, а политический выбор и способ социальной адаптации.

Противоестественный союз

Возникает закономерный вопрос: каким образом два столь разных по культуре, ценностям и историческому опыту сообщества оказались объединены в единую политическую общность?

Как сочетаются традиционалистская этнографическая модель и городская западоцентристская версия идентичности?

Каким образом носители сельской архаики спокойно соседствуют с «русскоязычными украинцами», сформировавшимися в городской среде?

Объединяющим фактором стала не позитивная программа, а пропагандистский нарратив о вечном страдании украинцев под игом России. Здесь и голодомор, и «непокоренный народ», и «украинская стойкость» («народ, який не зламати») – пафосная пена, десятилетиями вбиваемая в головы пропагандой.

И хотя эта консолидация стала особенно заметной после 2022 года, сама логика сближения формировалась задолго до событий последних лет. Ещё в 1990-е и 2000-е годы украинская пропагандистская модель методично сводила обе группы к единой рамке: западоцентристам предлагалось принять этнографические элементы (вышиванки, культ языка) как обязательные атрибуты «правильного выбора», а традиционалистам – романтику «европейского будущего» как доказательство собственной исторической состоятельности.

Так постепенно возникла синтетическая конструкция, в которой каждая группа получала своё: западоцентристы – «европейский выбор», традиционалисты – символические маркеры этнической исключительности.

Сцена этнографического фестиваля: участницы в традиционных костюмах демонстрируют элементы украинского быта.

И если посмотреть, что сегодня является содержательной основой украинской мотивации, картина становится чище. Общеизвестным фактом является то, что основной «тягловой силой» на фронте со стороны ВСУ являются жители восточных регионов. Российская спецоперация воспринимается ими как попытка разрушить главный смысловой столп их самоидентификации – веру в то, что Украина движется к тому самому идеальному Западу.

Что было бы если бы спецоперация закончилась молниеносно? Традиционалисты бы не стали особым препятствием – во-первых, их мало, во-вторых, на их вышиванки никто бы не покушался. А вот западники мстили бы яростно, ведь Россия отобрала бы у них самое ценное: их сладкую мечту о европейском рае.

Сейчас же ситуация выравнивается естественным образом – миллионы украинцев побывали в Европе и на своем личном опыте убедились, что «рай» там не очень-то и рай. Теперь их не убедишь в обратном никакой пропагандой.

Украинцы и государственное строительство

Украинская идентичность формировалась изначально как проект отделения от российской. Два столетия назад её ядро возникло не как культурная инициатива снизу, а как политическое движение, ориентированное на отделение от России.

С течением времени эта логика мало изменилась: национальная идея украинцев продолжает строиться скорее вокруг разрыва с Россией, чем вокруг созидания собственной модели.

Черты украинского характера в восприятии самих носителей и вытекающий из этого «парадокс».

Исключением остаётся разве что советский период, когда новую украинскую идентичность активно выращивали сверху – с чрезмерным энтузиазмом и удивительной верой в то, что эксперимент удастся. Эксперимент, правда, завершился не так, как рассчитывали его авторы, зато конечный продукт получился весьма устойчивым.

Киевские власти умудрились провернуть тройную подмену понятий: «украинец» → «гражданин Украины» → «патриот Украины» → «охранитель-русофоб».

В результате «независимость» в политико-символическом поле часто подменяется перформансом «делать назло России». Украинская идентичность отрицательная – это не проект, а реакция: украинцы сегодня чаще определяют себя через противопоставление, а не через позитивную программу развития.

Это и делает их уязвимыми – государство, которое постоянно оглядывается на соседа, подтверждает свою зависимость, а не автономию. Антироссийские провокации, вроде размещения на денежной купюре Мазепы интерпретируются украинцами как укрепление суверенитета, хотя на деле свидетельствуют о подсознательной неуверенности в собственном политическом проекте.

Суть украинцев: выводы

Если попытаться уловить суть украинцев в политико-культурном смысле, то современная украинская идентичность выглядит не как результат естественного развития, а как итог долгой этнополитической инженерии. За сто лет здесь выстроили конструкцию, где этнос, гражданство и политическая лояльность слились в одно – и украинцы сегодня существуют прежде всего как политическая общность, а не как этнос в классическом понимании.

Украинцы вчера и сегодня.

Это общность противоестественная: украинцев буквально заставляют быть «русскими нерусскими», то есть отрицать самих себя. В основе этого отрицания – идея о национальном превосходстве украинцев над русскими. Причем отрицательная идентичность живёт только пока есть объект для отрицания. Как только исчезает внешний раздражитель, исчезает и сама конструкция.

Нынешний конфликт на Украине часто называют экзистенциальным и с этим даже отчасти можно согласиться. Никакие мирные соглашения не в состоянии устранить это представление носителей этой искусственно созданной идентичности о том, что они лучше русских.

Но разрешение этого конфликта вовсе не требует метафизики. Всё куда проще: достаточно признать, что жители Украины и жители России – это исторически единый народ, разделённый политическими обстоятельствами. А единый народ не может быть «лучше» или «хуже» самого себя.

И в этот момент исчезает почва для вражды – остаётся истинный украинский патриотизм, в котором есть только здравый смысл, память о родстве и желание жить в мире без ненависти и конфликтов.

В первые месяцы конфликта украинские власти сделали ставку на эмоциональный шок как инструмент внешней мобилизации. Наиболее заметным примером стала серия заявлений уполномоченной по правам человека Людмилы Денисовой, которая рассказывала западной прессе о «массовых изнасилованиях детей» российскими военными. Когда же дело дошло до предоставления хотя бы минимальных доказательств, то Денисову просто уволили. Позднее в разговоре с пранкерами она призналась, что фейки с «изнасилованными детьми» она распространяла по заданию украинской разведки.

Параллельно в украинском информационном поле возникла тенденция бравировать жестоким обращением с российскими пленными. Геннадий Друзенко, юрист, ошибочно называемый в СМИ медиком, на момент начала спецоперации был руководителем волонтёрской сети мобильных госпиталей. В марте 2022 г. в прямом эфире телеканала «Украина 24» он заявил, что давал указание врачам кастрировать раненых российских военнопленных, «чтобы предотвратить размножение оккупантов».

Были ли это разовые случаи изуверства или такая практика была поставлена на поток – неизвестно. В Москве эту тему предпочли не заметить. Киев же, столкнувшись с резким осуждением со стороны западных партнёров, тоже быстро скорректировал тональность.

Но у этой темы оказалось более отдалённое последствие. Культивирование жестокости опустило моральную планку, что спустя несколько лет вернулось к украинцам бумерангом. Со временем украинские власти начали применять всё более суровые меры уже к собственным гражданам.

Исторические параллели: миф о казаках и современная реальность

В украинском публичном дискурсе прочно укоренился миф о том, что современные украинцы – это наследники запорожских казаков – свободолюбивых воином и эталона национальной доблести.

Реальная историческая картина выглядит куда менее романтично. Дмитрий Галковский в своей работе «Украинцы – не наследники казаков, а их жертвы» напоминает, что Запорожская Сечь представляла собой, по сути, специфическую форму сухопутного пиратства – интернациональную по своей сути. Сюда стекались бандиты и проходимцы со всего мира. Они не только промышляли разбоем и грабили торговые караваны, но и терроризировали местное население, от которого и происходят современные украинцы.

На этом фоне сегодняшняя украинская реальность приобретает неожиданные исторические рифмы. В условиях затянувшегося конфликта мирное население, желающее просто жить и работать, оказалось под нарастающим давлением со стороны государственных структур. Бывшие военкоматы –ТЦК – превратились в инструмент терроризирования местного мужского населения. А многочисленные сотрудники этих центров – в новых казаков. Истории о задержаниях на улицах, применении силы и гибели людей в ТЦК стали частью повседневных новостей.

Однако это история не только о том, что на Украине новые казаки снова гнобят местное безропотное население. Подобная практика явным образом демонстрирует: значительная часть населения Украины не видит в войне собственного интереса. Принуждение становится следствием именно этого разрыва – между желанием людей жить обычной жизнью и политическими целями руководства.

Почему граждане продолжают играть по правилам, которых больше нет

Современная Украина формально сохраняет атрибуты государственности, но фактически базовый общественный договор – гражданин работает ради государства, а государство обеспечивает его защиту и предсказуемые правила игры – перестал действовать.

Однако значительная часть населения по инерции продолжает считать этот договор в силе. Отсюда возникают ключевые ошибки, которые делают украинцы, в итоге становясь жертвами произвола мобилизационной машины.

Ошибка первая: вера в «добрую» государственную вертикаль

До сих пор многие считают, что при столкновении с ТЦК можно «пожаловаться», вызвать полицию и добиться справедливости. Люди искренне предполагают, что силовые структуры выступят посредником, который защитит их от нарушений. На практике же полиция – такой же элемент той же государственной машины, для которой задачи мобилизации имеют приоритет над правами граждан. В конфликте между обывателем и ТЦК исход заранее известен.

Ошибка вторая: уверенность, что закон действует для всех одинаково

Обыватель предполагает, что сотрудники ТЦК ограничены рамками уголовного и административного права. Однако реальность устроена иначе: государство негласно освободило мобилизационные структуры от ответственности. В особо резонансных случаях дела действительно открывают, но затем аккуратно сворачивают. Логика проста – сотрудники ТЦК выполняют задачи, жизненно важные для правящей элиты, а не свои личные прихоти.

Ошибка третья: доверие к государственным институтам

Это наследие позднего СССР, где любое слово «сверху» – от телевизора до заявления чиновника – проходило многоступенчатую фильтрацию. Старшее поколение до сих пор убеждено, что «по телевизору врать не будут».

Но современная Украина – это совершенно другая информационная среда. Здесь официальная ложь стала инструментом политики, а не исключением. Скандал с Людмилой Денисовой – лишь яркая иллюстрация. Линию поведения задаёт президент Владимир Зеленский, который давно перешёл от манипуляций к откровенно выдуманным заявлениям.

Ошибка четвёртая: восприятие ситуации как статичной

Большинство людей оценивают реальность в её текущем состоянии, не пытаясь проследить динамику. Между тем тенденция очевидна: с февраля 2022 года мобилизационная политика Украины становилась лишь жёстче, и факторов, которые могли бы изменить эту траекторию, не наблюдается. Ожидать улучшений или даже того, что в будущем всё останется как сейчас – значит игнорировать собственный опыт последних лет.

Ошибка пятая: неспособность выстроить правильную иерархию ценностей

Ситуацию усугубляет ещё одна характерная черта: многие люди на Украине в целом понимают происходящее. Для них не является откровением ни поведение ТЦК, ни реальное отношение государственных институтов к гражданину, ни общая динамика мобилизационной системы. Но понимание не всегда приводит к действию.

Личная зона комфорта зачастую оказывается важнее собственных долгосрочных интересов. Человек может ясно видеть угрозу, но не готов менять привычный образ жизни: разрывать социальные связи, тратить деньги на переезд или меры защиты, ограничивать свободу передвижения, менять место работы, отказываться от устоявшегося бытового уклада. Известный журналист Максим Равреба иронично называет этот феномен «привязанностью к собственному унитазу».

Но жизнь и безопасность – если не абсолютные, то уж точно близкие к высшим ценностям. И способность жертвовать менее важным ради более существенного – это не вопрос информированности, а вопрос воли и решительности.

Рекомендации по спасению

Так себе вариант избежать мобилизации.

Официальное освобождение от мобилизации: почему это не гарантия

Получение «официального» освобождения от мобилизации – будь то реальная справка или купленная – создаёт лишь иллюзию безопасности. На практике это решение носит временный и весьма ненадёжный характер.

Украинские силовые структуры регулярно проводят показательные кампании против коррупции в системе ТЦК и смежных ведомств. В таких случаях аннулируют не только конкретные решения «провинившихся» сотрудников, но и все выданные ими документы – независимо от того, насколько законно они были оформлены. Ситуация может измениться и без всяких скандалов: достаточно однажды открыть приложение «Резерв+» и обнаружить, что твой статус больше не предусматривает освобождение от службы.

Кроме того, случаи, когда мобилизовывали людей с действующей бронью, давно перестали быть исключением. Украинское правосудие уже дало формальное разъяснение: если гражданина всё-таки призвали, то отменить это решение впоследствии невозможно, даже если оно принято с явными нарушениями.

В итоге «бронь» или отсрочка – это скорее временная передышка, чем надёжный механизм защиты. Рассматривать её как окончательное решение проблемы было бы легкомысленно.

Самоизоляция как рабочая стратегия безопасности

На сегодняшний день один из самых надёжных способов снизить риск принудительной мобилизации – максимально ограничить собственную физическую доступность. Термин «самоизоляция» вошёл в массовый обиход во времена пандемии, но на современной Украине это понятие получило совершенно иное, куда более прагматичное содержание.

Нажмите, чтобы показать изображение

Нужно было просто не выходить из дома.

Дмитрий Наталуха, депутат от «Слуги народа», глава Комитета по вопросам экономического развития оценивает количество таких уклонистов на самоизоляции в 800 тысяч человек. Аналогичные цифры называла и депутат от «Слуги народа», член Комитета по вопросам гуманитарной политики Ольга Василевская-Смаглюк.

Пока у военных комиссариатов нет полномочий силовым образом вскрывать квартиры, основная охота на призывников ведётся в публичных пространствах: на улицах, в транспорте, спортзалах и торговых центрах. Личное жильё остаётся самым безопасным местом. Лучше всего, конечно, прятаться там где ты не прописан, но это уже нюансы для «профессиональных подпольщиков». На практике такая возможность есть далеко не у всех. Но если есть, безусловно, это стоит учитывать.

Если звонят или стучат в дверь – ни в коем случае нельзя даже подходить к двери, не то что разговаривать через дверь. Как бы сильно не стучали. У всех близких должны быть свои ключи.

Распространённый страх «а вдруг так придётся сидеть годами?» обычно опирается на эмоции, а не на реальность. Любые конфликты заканчиваются, и куда разумнее встретить окончание войны живым и невредимым. Джулиан Ассанж провёл в здании посольства Эквадора почти семь лет – 2490 дней, – и теперь у него всё хорошо. Но украинский конфликт так долго точно не продлится, хотя и ожидать его окончания в ближайшем будущем было бы ошибкой.

Тюремное заключение как меньшее зло

Нажмите, чтобы показать изображение

Этого можно было избежать.

В украинских новостях всё чаще появляются сообщения о случаях, когда мужчины, которых пытаются принудительно мобилизовать, оказывают активное сопротивление – вплоть до применения оружия. Мы, разумеется, не оправдываем противоправные действия, но сам социальный феномен показывает одну примечательную деталь: пока одни отбывают свой срок в колониях, другие уже возвращаются с фронта – в пластиковых мешках. Уголовная система, задуманная как мера государственного наказания в условиях современной Украины выглядит как более привлекательная альтернатива фронту.

Украинские следственные изоляторы не являются местами повышенного комфорта. Но и окопы не выглядят привлекательнее. Известны и случаи, когда люди погибали прямо в зданиях ТЦК, так и не дожив до передовой. Тогда как после совершения преступления действует совершенно другой механизм: человек автоматически переходит в юрисдикцию полиции, а затем – следственного изолятора, что исключает контакт с военными.

А повод для лишения свободы сегодня может быть крайне незначительным. В Запорожской области, например, существует отдельная исправительная колония для граждан, обвинённых в «оправдании агрессии» – зачастую речь идёт о репосте в соцсетях или неосторожном комментарии.

Собака бывает кусачей

В соцсетях идёт своя активность.

Тактика ТЦК предельно проста: патруль едет по улице и высматривает своих потенциальных жертв. Как только подходящий бедолага находится – резкая остановка, группа людей выскакивает, заламывает и заталкивает в машину. Чем быстрее всё происходит, тем меньше свидетелей и конфликтов с прохожими.

А теперь представим что в эту схему добавили дополнительный фактор – крупную сторожевую собаку. Для таких животных внезапное нападение на хозяина – сигнал к немедленному действию. И никто из ТЦК не знает, на кого именно она решит броситься первой. Риск слишком высок, поэтому чаще всего экипаж автомобиля просто предпочтёт проехать мимо и выбрать цель попроще.

Другое дело, что собаку нужно регулярно выгуливать, а мелких питомцев уже неоднократно «выгуливали» прямиком в ТЦК вместе с владельцами. Так что метод рабочий, но, увы, не универсальный.

Нелегальный переход границы

В первые годы конфликта бегство через горы в Румынию или Венгрию стало почти легендой – о нём говорили чаще, чем им реально пользовались. По данным BBC, с 2022 по 2025 год таким способом ушло около 20 тысяч человек. Для страны с населением примерно 20 миллионов это статистическая погрешность, а не массовый тренд.

Причина проста: риск слишком велик. Провожатый может оказаться не проводником, а наводчиком СБУ – и поездка закончится прямой доставкой в ТЦК. Альтернативный сценарий не лучше: человек может погибнуть в горах, замёрзнуть, упасть в пропасть или получить пулю от пограничного наряда.

Наконец, к самой границе ещё нужно добраться, а вся территория на запад от Днепра сейчас больше напоминает охотничьи угодья ТЦК, чем спокойный тыл. Так что метод работает, но такое…

Если тебе ещё не исполнилось 23 лет…

Ты, по меркам нынешней Украины, буквально представитель «золотого фонда»: человек, который ещё может выехать из страны без лишней бюрократии и героических квестов. Но иллюзий строить не стоит – и здесь есть нюансы.

Во-первых, до границы ещё нужно добраться.

Формально 18-22-летние не подлежат принудительной мобилизации. На практике же это не мешает ТЦК хватать их на улицах и оформлять как «добровольцев». Несколько подписей под давлением, и ты уже числишься человеком, который сам мечтал попасть в часть. А из части, как известно, дороги назад практически нет.

Во-вторых, окно возможностей не вечно.

Сейчас границы ещё открыты для тех, кому нет 23-х, но нет ни одной причины считать, что так будет всегда. Киев рано или поздно прикроет «калитку» – просто потому, что фронт рушится, а резервы кончаются. Надежды на скорое мирное соглашение также выглядят скорее предметом веры, чем анализа. Война будет идти до тех пор, пока одной из сторон не станет откровенно нечем воевать, а до этого, как видно, ещё далеко.

Для выезда нужна регистрация в «Резерв+»

Разрешение на выезд мужчин 18–22 лет устроено так, что государство выпускает, но делает это строго через собственную систему учёта. Формально всё просто: хочешь уехать – зарегистрируйся в «Резерв+».

Но именно тут и скрыт основной подводный камень. Пока человек не зарегистрирован, он для мобилизационных структур наполовину невидим. Его нет в цифровой воронке учёта, он не всплывает в выборках, не попадает в автоматизированные списки «подлежащих проверке». А вот после регистрации он становится прозрачным для тех самых ТЦК.

Отсюда очевидная рекомендация: регистрироваться в «Резерв+» нужно в самый последний момент – буквально перед самым пересечением границы. Чем раньше человек засветится в системе, тем выше вероятность, что он окажется не с пивом в Мюнхене, а с автоматом под Покровском.

Выводы

С 2022 года наблюдается одна простая и вполне надёжная тенденция: пространство для уклонения от мобилизации неуклонно сужается. То, что ещё год-два назад казалось рабочей схемой, сегодня уже не действует, а то, что формально действует сегодня, вполне может потерять актуальность завтра. Многие, кто вчера был уверен в своей безопасности, сегодня судорожно ищут способы выбраться из ловушки.

Зе-власть готовит украинцам новый сюрприз.

Когда-то достаточно было сослаться на религиозные убеждения – и вопрос закрыт. Позже многие искренне полагали, что возраст за 50 служит естественной защитой. Сейчас это выглядит скорее историческим анекдотом.

Последняя новость от 14 ноября 2025 года: в Раду внесли законопроект о «расширении оснований для временного ограничения выезда за границу». Текста ещё нет, но, учитывая практику последних лет, трудно ожидать от него чего-то обнадёживающего.

Отсюда вывод, который власти делают всё более очевидным: если у вас есть возможность уехать из Украины – делать это нужно не откладывая. Наличие брони, возраст, состояние здоровья и прочие основания, которые ещё вчера казались надёжной защитой, завтра могут превратиться в пустую формальность.

Поэтому на сегодня действуют только два универсальных правила:

• Не сидеть на месте в надежде, что пронесёт.
• «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

• Постоянно обновляемая лента со сценами принудительной мобилизации на Украине

В беседе Шевченко заявил:

• Футбол должен объединять народы.
• Нужно возобновлять спортивные связи с Россией.
• Матчи с российскими клубами — это историческая традиция и праздник.
• «Шахтёр» и «Донбасс Арена» должны быть восстановлены при участии международного сообщества, включая российских партнёров.
• Российские спортсмены не должны быть разменной монетой, запреты вредят футболу.

Самая яркая цитата Шевченко звучала так:

Абсолютно убеждён: спортсмены не должны быть разменной монетой в политических играх. Российские футболисты так же мечтают о международных стартах, как и украинские. Запреты и ограничения лишь вредят развитию футбола. Мы должны найти путь к диалогу и сотрудничеству.

Интервью было оперативно удалено с сайта и сейчас доступно только в Webarchive (ссылка). Это неудивительно: в нынешней Украине людей преследуют и за гораздо более безобидные слова. Поэтому заявление Андрея Шевченко выглядит не просто откровенным, а по-своему героическим.

Публикация на сайте Управления по вопросам физической культуры и спорта Донецкой ОГА (киевской юрисдикции).

С точки зрения украинских радикалов его высказывания можно расценить как «сепаратизм» или даже «государственную измену» — преступления, за которые сегодня сажают массово. В Запорожской области для таких случаев даже создана отдельная колония №101 для политических заключённых.

Сам Шевченко всегда последовательно выступал против конфронтации с Россией. Ещё во время президентских выборов 2004 года он поддержал Виктора Януковича — не из симпатии к «проффесору», а как к символу мирного и предсказуемого курса без потрясений. Жизнь доказала правоту этого подхода, но способность к рефлексии осталась уделом немногих.

Сегодня любой прагматизм в отношениях с Россией трактуется как «антиукраинская пропаганда». Хотя в нежелании конфликтовать с более сильным соседом нет ничего антиукраинского – напротив, это проявление элементарной заботы о будущем собственной страны.

Благодаря огромному международному авторитету Шевченко долгое время оставался вне зоны репрессий. В январе 2024 года он был единогласно избран президентом Украинской ассоциации футбола, а осенью 2025 года – председателем Комитета по вопросам будущего футбола ФИФА.

Однако после публикации этого интервью ситуация может резко измениться. В нынешних украинских реалиях даже громкие титулы и связи в мировом спорте уже не гарантируют безопасности. СБУ вряд ли станет смотреть на регалии, если в высказываниях усмотрят «неправильный» политический подтекст.

Слова «генотьба» в украинском языке нет – это искусственно созданный мем, появившийся в интернете как пародия на типичные лозунги активистов. Его структура собрана из трёх базовых элементов: «Геть!», «Ганьба!» и «боротьба». Эти лозунги когда-то звучали на всех митингах, когда на Украине ещё оставались зачатки демократии и уличные протесты были частью общественной жизни.

Лингвистически «генотьба» объединяет три состояния – гнев, обвинение и борьбу. «Геть!» означает «вон!», «Ганьба!» – «позор!», а «боротьба» – «борьба». Вместе они создают неологизм, символизирующий постоянное стремление кого-то обвинить и с кем-то сражаться.

За 30 лет можно было бы уже сопоставить одни и те же причины с одними и теми же следствиями, но нет.

Со временем это слово стало метафорой мировосприятия, в котором любой источник проблем находится снаружи. Носитель «генотьбы» не ищет причин неудач в себе, а винит во всех своих проблемах врагов вокруг. Отсюда и убеждение, что стоит «избавиться» от этих врагов и жизнь сразу станет лучше.

Политическая психология генотьбы

Феномен генотьбы показывает, как в массовом сознании сочетаются эмоции, обвинения и самооправдание. Люди, живущие в состоянии постоянной борьбы, нуждаются в образе врага, иначе рушится сама система координат. Протест становится самоцелью, а его содержание перестаёт иметь значение. Поэтому генотьба становится символом коллективного способа мышления, в котором протест важнее результата.

Нюансы генотьбы.

Главная особенность генотьбы – уход от внутренней ответственности. Вместо того чтобы искать причины проблем в собственных решениях, человек переносит их на внешние обстоятельства. Это создаёт иллюзию правоты и мешает трезво оценивать происходящее.

Любое поражение объясняется «предательством», а любой успех – поводом для новой «боротьбы». Этот замкнутый круг агрессии и жалости к себе стал устойчивым культурным кодом, узнаваемым не только в политике, но и в повседневной жизни. Так формируется замкнутая эмоциональная система, подпитывающая сама себя.

Перемога

На первый взгляд кажется, что украинское слово «перемога» означает то же, что и «победа». Однако победа – это факт, а перемога – состояние веры в успех, не подтверждённое реальностью. Это эмоциональное ожидание, которое воспринимается как уже достигнутое.

Такое восприятие стало частью той самой психологии, что подпитывает генотьбу. Перемога опирается не на успех, а на веру в него, что делает её удобной для массового самоутешения.

Перемога налицо.

Но любая перемога, основанная на самообмане, обречена превратиться в зраду – поражение и разочарование. Это повторяется раз за разом, создавая иллюзию борьбы, хотя по сути ничего не меняется. Из таких повторяющихся эмоциональных качелей и рождается знаменитое колесо генотьбы.

Зрада

Слово «зрада» переводится как «предательство», но в контексте генотьбы зрада означает потерю веры и эмоциональный обвал. Это не обязательно чей-то поступок – чаще всего это внутреннее ощущение, что надежда на успех не оправдалась. Зрада – это неизбежное последствие самообмана, который изначально заложен в каждую перемогу.

Зрада как она есть.

В массовом восприятии зрада почти всегда объясняется внешними причинами. Поэтому виноватыми всегда оказываются «предатели», «агенты врага» или «злые соседи», но никогда – сами участники событий. Такое мышление исключает рефлексию и делает невозможным осознание причин повторяющихся неудач.

Парадокс в том, что зрада не разрушает веру в следующую перемогу, а наоборот – усиливает её. После каждой зрады начинается поиск новой перемоги, чтобы снова испытать эйфорию надежды. Этот маятник эмоций и есть движущая сила генотьбы, который даже имеет отдельное название – «колесо генотьбы».

Колесо генотьбы

Из понятия «генотьба» со временем вырос метафорический образ – «колесо генотьбы». Оно описывает вечные качели между перемогой и зрадой, основанном на иллюзиях ликованием и неизбежным в таких случаях столкновением с реальностью. Но вместо анализа причин общество снова запускает цикл самоутверждения и обвинений.

Колесо генотьбы показывает, как эмоции могут подменить стратегию. Вместо анализа причин неудач общество ищет виноватых, а не решения. Так формируется зависимость от эмоциональных качелей, которые придают смысл происходящему.

В более широком смысле колесо генотьбы символизирует общественный механизм самообмана. Каждый эмоциональный всплеск сменяется разочарованием, но вместо анализа причин запускается новый цикл надежд. И эта модель будет существовать до тех пор, пока не появится готовность к саморефлексии.

Колесо генотьбы в нынешнем военном конфликте

В течение десятилетий страна существовала рядом с гораздо более сильным соседом. Рациональная стратегия в таких условиях предполагала бы поиск устойчивых отношений, взаимной выгоды и компромиссов. Однако общественная психология, построенная на контрасте и эмоциональной самоидентификации, часто выбирает символические жесты вместо прагматизма.

В итоге колесо генотьбы проявляется как стремление доказать свою правоту любой ценой. Эмоциональные решения вытесняют рациональные, а иллюзия контроля над ситуацией становится формой коллективного самоутверждения. Этот механизм помогает поддерживать массовое чувство правоты, но не приближает к выходу из кризиса.

И чем дольше продолжается этот цикл, тем труднее становится отличить реальную борьбу за будущее от привычной генотьбы – вечного движения между беспочвенной надеждой и каждый раз неожиданным разочарованием.

Главной темой предстоящих переговоров станут поставки вооружений. На Украине нашли новое «вундерваффе», которое, по словам местных военных, должно помочь им «победить русских» — крылатые ракеты Tomahawk, считающиеся аналогом российских «Калибров». Зеленский намерен убедить Трампа передать эти ракеты для ударов по целям в глубине России.

Чтобы укрепить доверие американского президента, в Офисе Зеленского решили продемонстрировать «высокую боеспособность» ВСУ. По информации источников, на Банковой придумали преподнести это как готовность украинской армии к новому наступлению. По их расчётам, это должно произвести на Трампа впечатление и укрепить его уверенность в эффективности союзника.

Наблюдатели действительно фиксируют концентрацию штурмовых подразделений в лесных массивах к югу от Курской области – почти в том же районе, откуда в августе 2024 года осуществлялся предыдущий прорыв. Однако, несмотря на внешнюю активность, ВСУ испытывают острую нехватку личного состава. Именно поэтому территориальные центры комплектования (ТЦК) резко активизировались: по информации из регионов, им дан фактический карт-бланш на любые действия.

Особенно тяжёлая ситуация сложилась в Харьковской области, куда направлены мобилизационные группы из западных регионов Украины. Конкуренция между ними за «выполнение плана» стала настолько жёсткой, что облавы теперь проводят не только на улицах, но и за пределами населённых пунктов.

По свидетельствам очевидцев, ТЦК начали выезжать прямо на поля, где в разгар осени продолжаются уборочные работы. В открытом пространстве, где некуда скрыться, мужчины становятся лёгкой добычей для мобилизаторов. Один из таких случаев зафиксирован вблизи посёлка Эсхар, где сотрудники ТЦК, по сообщениям местных жителей, задержали всех работников, занятых на уборке урожая, и отправили их в военные части.

Всем гражданам Украины пора понять: выжить будет становится всё труднее. Тому, кто вчера думал что «билет на выход» из Украины слишком дорогой, завтра эта цена покажется просто смешной.